— Выйди, — сказала Киоши художнице. Девушка убрала набросок под руку и пошла к двери, а потом вспомнила, что нужно было разрешение Лорда Огня. Зорью махнул ей уйти.

— До этого дня она вышла бы из комнаты, не оглянувшись, — сказал он Киоши, когда они остались одни. — Я делаю прогресс.

Так и было.

— Где вы нашли двойника?

— Тайны правящей семьи, — сказал он. — Господин Цзянжу и Юн сами посоветовали вернуть эту программу, еще до того, как я узнал о вас. Они сказали, что двойник Юна может пригодиться. Видимо, это на случай речей и обмана убийц.

Зорью рассмеялся от иронии.

— Люди не такие уникальные, как они думают, а страна Огня густо населена. Вам стоит проверить Царя Земли. Вы удивитесь, узнав, чьи копии у него есть для лжи.

Он окинул ее взглядом.

— Хотя вряд ли есть еще кто-то, как вы, так что не переживайте. Аватар Киоши будет только одна.

Этого уже могло быть слишком много.

— Что будет с кланом Саовон?

— Я арестую всех Саовон в столице. Другие кланы сделают так на своих островах, выполняя поручение Лорда Огня. А потом я прикажу их убить.

Не сделав паузы, чтобы обдумать вес своих слов, он указал на карту на столе.

— А в случае с Ма’инкой, думаю, Саовон отступят в горные крепости, начнется продолжительная осада. Это всегда неприятное дело, но осады не должны быть кровавыми. Остальные дома аристократов объединятся со мной, и я смогу подавить клан Саовон голодом. Или они просидят там до смерти.

Целый клан будет стерт с лица земли. Так просто. Он обошел стол, стукнул по нему костяшками.

— Это лучше, чем то, что произошло бы в ином случае. Думаю, три пятых кланов объединились бы с Саовон против меня, если бы все так продолжилось. И страну охватила бы война.

Зорью не стал мириться с конфликтом, а изолировал врагов, назвал их преступниками и поймал на острове. Он сыграл умело. Но в его плане был один опасный изъян.

— Если появится настоящий Юн, ваш обман раскроется, — сказала она. — Все развалится.

— О, я знаю. Страна Огня будет охвачена хаосом и смятением. Я просто дал вам больше времени на его поиски.

Когда Зорью только объяснил ей проблему страны Огня, это был крик о помощи. А теперь это звучало как ультиматум.

— Ты все еще помогаешь мне, Киоши, — мягко сказал он. — Ты не хочешь страданий моего народа, как не хочу и я. Мы с тобой в этом вместе.

Правитель держал свою страну в заложниках. Она переживала, что превратится в Цзянжу, словно мудрец Земли был особым чудовищем, которое могло переродиться в ней и только в ней. Теперь это было смешно. В мире таких, как Цзянжу, было много. Они прорастали из земли кустами, прибывали с морей. Люди пытались подражать Цзянжу всей душой.

Киоши забыла о своих клятвах даофэй. Став слугой короны, она заслужила наказание. За то, что она покорилась воле Зорью, ее должны были растерзать молнии.

И в своем поражении она могла лишь постараться спасти как можно больше жизней.

— Если вы хотите моей помощи, я прошу о помиловании клана Саовон.

— С чего мне это давать? Даже если они не были заодно с Юном, они подрывали мой авторитет. Думаешь, если бы они захватили трон, Чеджин просто отправил бы меня в изгнание?

Киоши подумала о фразе ее друга Вонга, которую он произнес, когда она была еще с Летающей оперой. «Битва окончена, когда так говорит победитель». Ей нужно было убедиться, что Зорью не совершит ужасное, празднуя победу.

— Накажите их за обман, но не за измену, которой они не совершали. Не нужно их всех убивать.

— Я буду выглядеть слабым.

— Хорошо, что вы — хитрый политик, который может изменить свой облик так, как ему необходимо.

Он прищурился, глядя на нее.

— Только если ты не просишь невозможного. Есть еще требования?

— Да. Двойник Юна. Я хочу, чтобы его отослали домой живым и с наградой за его страдания.

Зорью помрачнел. Это было серьезнее для него, чем судьба его противников.

— Нет. Я должен провести казнь. Мне нужно тело, иначе честь всей страны будет запятнана. Я слышал истории о тебе, Киоши, и я знаю, что ты видела. Какое тебе дело до жизни или смерти одного простолюдина?

Она прошла к нему и прижала закрытый веер под его подбородком, почти надавила на его горло.

— За его жизнь я переживаю сейчас больше, чем за вашу, — сказала она, глядя, как расширяются глаза Зорью. — Позвольте, прояснить мое мнение. Вы живете на том, чем я управляю. Ваши острова окружают мои волны. Вы дышите по моей воле. И если я услышу, что двойник Юна был казнен, вы узнаете, что такое, когда духи бросают на растерзание стихиям.

Зорью сжался перед ее речью. Так они делали всегда. На краткий миг Лорд Огня узнал, что такое быть поистине беспомощным.

Но, в отличие от многих бандитов до него, он нашел силу своего титула в спине. Он правил страной Огня, а Киоши была Аватаром. Ей нужно было думать о своей репутации, хоть та и была неважной. Зорью медленно, но уверенно улыбнулся от ее блефа.

Он не стал говорить, как она перегнула. Но решил изобразить жалость.

— Позволь дать тебе совет насчет следующей встречи с Юном, — сказал он. — Я много об этом думал с его первого появления, и теперь я понимаю, похоже, почему тебе так тяжело с ним. Ты не понимаешь его чувства.

Она прижала веер сильнее под челюстью Зорью, но он не дрогнул.

— Юн ненавидит нас, — сказал Зорью. — Все это он делал из-за ненависти к нам. В тебе, ко мне, к лейтенанту.

— Это не так, — прорычала Киоши. — Мы были друзьями. Он действовал из мести. Он так сказал.

Зорью покачал головой.

— Вряд ли он сам это понимает. Подумай о его поступках, Киоши, а не словах. Кому он причинял больше всего боли? Для начала — мне. Думаю, он злится на меня за то, что я посмел править своей страной без его помощи. Он злится и на лейтенанта за то, что у нее есть любовь матери. То, что Цзянжу давал ему, не было такой любовью. А потом появилась ты, Киоши.

Потом появилась она.

— Юн не смог смириться с тем, что он — не Аватар, — сказал Зорью. — По сей день он страдает из-за того, каким должен был стать. Он горюет по утраченной судьбе, и это горе стало обвинением, — он отодвинул веер, ожидая, что она вот-вот потеряет контроль над эмоциями. — Цзянжу и остальные врали ему, но только один человек лишил его статуса Аватара, Киоши. Ты.

Она не могла ответить, и он заметил это, отошел от нее и вернулся к столу с картами.

— Он наказывает нас, Киоши, за то, что мы живем дальше, за то, что у нас есть то, чего нет у него. И если ты не примешь правду, он накажет тебя так, что я не могу и представить.

Киоши сглотнула ком в горле. Она не могла возразить Зорью ничем, кроме упрямой веры, что знала Юна лучше.

— Думаю, все это вы поняли, потому что играли с ним в пай-шо, — хрипло сказала она.

— Нет. Просто меня не слепит прошлое, как вас двоих. Может, его все-таки захватил дух. Это не меняет того, кто нужно сделать.

Он махнул на дверь.

— Теперь, пожалуйста, оставь меня. У тебя есть работа, а мне нужно планировать будущее моей страны.

23

Второй шанс

Киоши нужно было в путешествие одной. У нее не было сил объяснять не до конца продуманный план Джинпе, и она не хотела, чтобы он был рядом, когда она будет его выполнить. И она отправилась к министру дворца с просьбой дать ей корабль и скрыть дело от ее секретаря.

Следующим утром, узнав, что корабль ждал ее в гавани, она покинула дворец одна. Стражи открыли много дверей и ворот, и ей даже не пришлось просить или замедлять шаги. От этого она ощущала себя как животное на ферме, которое выводили из стойла.

Она села в карету, и та повезла ее по городу Кальдере, вниз по склону вулкана и по Портовому городу. Новости о предательстве клана Саовон разнеслись за ночь по столице, и улицы были почти пустыми, о Фестивале Сцето забыли от такой измены. Платформы для парада остались в переулках, накрытые брезентом. Фонари покачивались на ветру, не горели. Киоши чуть не поразилась тому, как быстро разнеслись сплетни, но поняла, что Зорью мог сам распространить информацию на острове.

Как многие главные кланы, Саовон каждый день присутствовали в столице. По делам или просто жили там. Этого уже не было. Киоши всюду видела следы быстрой зачистки. Одинокий магазин на улице был закрытым и темным, хотя соседи были открытыми. Красивый дом, явно принадлежащий аристократу, был без знамени клана на шесте. Завитки черного дыма поднимались вдали, но слишком близко друг к другу, чтобы это было совпадением.

Ей приходилось подавлять тошноту. Ей не нравилось, что это было лучше открытой войны. Но людей это устраивало.

Она добралась до пристани и нашла свой корабль. Это был хорошо сделанный шлюп с низким килем, быстрый в океане, в отличие от приземистых кораблей Царства Земли. Но она скривилась от названия на боку.

«Улыбка Сулан». Покойный Лорд Черью точно заказал его для своей жены до их смерти. Казалось, его почти не использовали.

Киоши решила, что Хуазо была права. Мать Зорью не была виновна в недавних событиях, или ее вина была не больше, чем у всех, связанных с этим делом. Киоши поднялась на борт, старалась игнорировать соседний грузовой корабль, с которого команда матросов соскребала украшения в виде каменной камелии, красная краска сыпалась в воду, будто засохшая кровь.

Экипаж «Улыбки Сулан» не беспокоил ее, они плыли в сторону, которую она указала. Она стояла на палубе, ощущала, как вода хватает корабль пальцами, замедляет сильнее, чем разреженный воздух делал с Иньюном или Пеньпень. По сравнению с полетом, остальные способы передвижения были медленными. Она могла бы ускорить их магией воды, но слышала, что корабль мог пострадать или перевернуться, если маг воды не знал, что делал.

Они добрались до темного участка под волнами, который она искала. Киоши приказала бросить якорь. Капитан Джунхо, бакенбарды которого напоминали хвою ели, стоял во главе потрепанных погодой матросов и ждал следующего приказа.

— Оставайтесь тут до моего возвращения, — сказала ему Киоши. — Не идите за мной, что бы ни произошло.