— Мы можем поговорить о чем-то другом? — спрашиваю я, откидываясь назад в кресле и скрещивая руки.

Дейзи отламывает половину от своего маффина и кладет мне на салфетку. Это предложение мира, и я его принимаю.

— Ладно, ладно. Мы с твоим братом много занимаемся сексом.

Мне хочется треснуться лбом о стол, желательно с такой силой, чтобы вызвать кратковременную потерю памяти.

— Как насчет того, что мы вообще опустим тему секса?

— Что? Это все, о чем я думаю. Оплодотворение тут, оплодотворение там.

Мне становится не комфортно за то, что шиплю на нее.

— Как продвигаются дела?

Она пожимает плечами.

— Я должна пройти тест на беременность через несколько дней. Прошлой ночью у меня были боли в правом боку, которые могли бы обозначать нидацию — ранний признак беременности.

Я хмурюсь.

— Да ладно, Дейзи, ты же лучше знаешь. Нельзя верить в подобные вещи. Ты просто сойдешь с ума. Вспомни, несколько месяцев назад ты клялась, что тебя пучило больше обычного?

Она отщипывает от своего маффина.

— Да, ну, сейчас у меня другое ощущение.

У меня не хватает наглости разразиться смехом, не тогда, когда она так долго пытается забеременеть.

— Ну, через несколько дней мы точно это узнаем.

— Да, — она кивает, не встречаясь со мной взглядом. — Если бы у меня было что-то, чем можно было отвлечься до тех пор. Столь долгое ожидание похоже на пытку…

Я стону.

— Ладно! Хорошо. Вчера мы занимались сексом, — шепчу я. — В его машине.

Она хлопает в ладоши.

— ДА! Я знала это. Твое лицо кирпичом — фигня. Я имею в виду, ты улыбалась своему маффину, а никто так сильно не любит их с лимонным вкусом.

Я стараюсь удержать улыбку, но это невозможно.

— Он остался на ночь?

— Нет. Мы вернулись ко мне и приготовили ужин, выпили вина, играли с Мышонком. Это было невероятно нормально, учитывая то, что мы делали буквально несколько минут до этого, но я не приглашала его остаться. Подумала, что пространство нам сейчас не помешает.

— Да. Кажется, в этом есть смысл. Он хорош?

Мои щеки теперь напоминают красную кирпичную стену рядом с нами.

— Черт! Я знала, что он не промах. Нельзя выглядит так хорошо и не знать, что делать в постели. Это была бы такая пустая трата… Оу! Вспомнишь дьявола.

Я оборачиваюсь через плечо и вижу, как Адам входит в кафе в шортах для тренировки и футболке. Вчера вечером я упомянула, что постоянно пью кофе с Дейзи в субботу утром в «Кофейне Гамильтона». Уверена, что он здесь специально, и когда просматривает помещение и находит меня, его улыбка это подтверждает.

— Ты его приглашала? — с любопытством спрашивает Дейзи.

— Нет.

Да.

— Ха. Тогда ты, должно быть, тоже была хороша. Он не может держаться подальше.

Но он держится подальше. После того, как делает заказ у стойки, берет газету и забирает кофе на столик в противоположной стороне помещения рядом с окном. Меня это невероятно раздражает. Конечно, он пришел ко мне... так ведь?

Дейзи кажется, что он делает это нарочно.

— Было бы странно, если бы он пришел и прервал наше кофейное свидание. Может, он хочет тебя видеть, но не против подождать, пока я не уйду.

— Тогда уходи!

Она встает и ворует последний маффин.

— Я съем его в отместку. Получай удовольствие с мистером Ауди.

Все за окружающими столиками слышат ее — черт, Адам, вероятно, тоже — и мне требуется вся моя сила воли, чтобы не сделать подруге подножку, пока она проходит мимо моего стула. Единственная причина, по которой я воздерживаюсь, это то, что она может быть беременной.

— Я позвоню тебе позже, — обещаю я.

Она машет Адаму по пути к выходу, и после он смотрит на мой столик. Я киваю головой на пустой стул Дейзи. Он встает, берет свой кофе и газету.

— Проезжал мимо? — подстегиваю я, когда он садится.

Парень улыбается.

— Был по соседству.

— Мхм.

— Надеюсь, я не прервал твое короткое кофейное свидание.

— Неее, мы здесь уже некоторое время.

Это правда. Пошел наш второй раунд маффинов за утро.

— Значит, я не буду чувствовать себя так плохо.

Не думаю, что он вообще плохо себя чувствует.

— Дейзи думает, что ты не можешь держаться подальше, потому что прошлая ночь была очень веселой.

— Какая конкретная ее часть? Ты сверху на мне в моей машине?

Клянусь, женщина, сидящая за нами, поперхнулась.

Я закатываю глаза.

— Да, эта часть.

— Может, я просто захотел кофе.

— Или, может, ты не мог держаться подальше.

Он склоняет голову, изучая меня.

— Может.

Я улыбаюсь.

— Как дважды два.

— Что делаешь после этого?

— Веду Мышонка в парк. На улице хорошо, и в течение последних нескольких дней я обещала ему побросать мяч. Хочешь поехать?

— Мне можно сначала допить свой кофе?

Я киваю и встаю.

— Ага, мне все рано нужен другой маффин.

Три дня спустя мне приходится везти Мышонка обратно в клинику на очередные прививки. У меня есть ровно тридцать минут, чтобы свозить его на прием, отвезти домой и вернуться на работу вовремя. Адама не волнует нехватка у меня времени. Мы находимся в смотровой, где он должен сделать прививку моей собаке, а вместо этого прижимает меня к двери, скользя рукой под мое платье… как любой правильный ветеринар.

— Ты делаешь это со всеми своим пациентами? — дразню я, всего лишь полушутя отбивая его руку.

На это нет времени, не говоря уже о том, что у меня нет ни расчески, ни косметики, и нечем привести себя в порядок, если он решит трахнуть меня перед работой.

Он прокладывает дорожку поцелуев вниз по моей шее, и мои глаза закрываются.

— Адам.

Кто-то стучит в дверь смотровой, и мы отскакиваем. Это просто его ассистентка с вакцинами для Мышонка.

Я провожу рукой по шее, которая, очевидно, розовая из-за губ Адама, и сажусь на один из стульев.

— Как вы сегодня, мисс Тэтчер?

Я улыбаюсь ассистентке.

— В порядке, — оттягиваю свою юбку, которая на несколько дюймов выше, чем следовало бы. — Хорошо, да. Как у вас дела?

Она тщетно пытается подавить улыбку.

— Отлично. В последнее время у доктора Фокса очень хорошее настроение.

Адам занимается шприцами, а затем щедро угощает Мышонка лакомствами. Но я все равно вижу улыбку, которую он пытается скрыть.

Когда ассистентка делает шаг, чтобы выйти из комнаты, я встаю.

— Это все? Я пойду с вами, чтобы оплатить счет.

Женщина смотрит на Адама, затем на меня.

— О, он не сказал вам? У нас скидка на семью и друзей.

Я подергиваю бровью, глядя на Адама.

— Как же мне повезло.

Когда я ухожу через несколько минут, каждая пара глаз в приемной приклеена ко мне. Сплетни быстро облетят город, и хоть я должна быть против, но нет. Ни капли не возражаю.

Сегодня вечером Адам собирается приготовить жареного цыпленка с картофелем и розмарином, а после этого я соблазню его на диване. Не уверена, какая часть меня больше волнует.

Нет, цыпленок.

Определенно, цыпленок.

Через неделю Адам покупает фермерский домик. Мы проводим все утро в компании, подписываем документы и решаем последние несколько оставшихся вопросов. Я едва могу усидеть в своем кресле, зная, что через несколько секунд отнесу чек с комиссионными в банк. У меня все распланировано: я собираюсь заплатить за аренду (и позаботиться обо всех просроченных платежах), положить деньги на сберегательный счет и, может быть, наконец отвези машину в ремонт. Не знаю, кого больше волнует последнее, Адама или меня.

Я предлагаю ему помочь с переездом. У него не очень много вещей, так как дом, который он снимал, полностью меблировался. Есть несколько коробок с одеждой и личными вещами, и все равно мы укладываемся в две ходки. Оставляем коробки в гостиной, убирая их с прохода, и я останавливаюсь на секунду, чтобы осмотреть пустое пространство.