Нет, Антоха прав! Когда ты, словно какой‑то муравей, час за часом таскаешь в кузова подогнанных к самому парапету склада фур всевозможные ящики, коробки и тюки, времени на разные самокопания не остается совершенно. Хорошая, простая и честная физическая работа. «Бери больше – кидай дальше». Тот самый труд, который, по словам классиков, облагораживает. А заодно превращает обезьян в людей, а людей впоследствии – в тягловых лошадей. Но зато всю муть из головы словно ветром выдуло. Хотя нет, скорее – помтом вымыло.

Понятное дело, подмять под себя все у нас не получилось, да и не ставил я перед нами такой цели. Просто не уволокли бы мы такую кучу одни. За один только «узкий» момент переживал, но вопрос о повторном переделе семнадцати УАЗов, на которые мы, прибыв первыми, с наглыми физиями наложили лапу, ни «собры», ни долгопрудненцы с подольцами даже не поднимали. Мы ведь совсем уж наглеть не стали и, когда они подъехали, как раз были заняты тем, что все остальное: ящики с патронами, гранатами и гранатометными выстрелами, пистолеты, автоматы, сумки с бронежилетами и шлемами, коробки с радиостанциями по‑честному растаскивали на четыре равные кучи. Словом, вышло вполне по совести и справедливости. Но сколько ж тут всякого добра! Никогда себя считать слабаком повода не имел, но тут – выдохся. А все из‑за электричества, вернее – его отсутствия. Раньше‑то все проще было: поставил все нужные тебе ящики на погрузчик‑«рохлю»[82] и потащил к лифту, на нем спустился на первый этаж, и все на той же «рохле», по специальному трапику – прямо в кузов грузовика. А вот теперь так не выйдет – электричества нету и лифт не фурычит. Вот и приходится все по лестнице вручную вниз тащить. А потом по второй лестнице (чтоб на той, по которой с вещами вниз идут, толчеи не создавать) – снова вверх, за следующей партией. Натуральная муравьиная тропа!

Под конец погрузки выдохлись настолько, что внезапно сиганувший через забор мутант мог нами закусить, вообще не напрягаясь: лично у меня автомат поднять и в его сторону направить силенок еле хватило. А уж попал я в него или нет, даже врать не буду, не знаю. Но тут нас всех здорово выручила предусмотрительность мужиков из «Булата», которые хоть и умучились при погрузке больше всех, зато оставили в одном из «Тигров», на которых приехали, аж четырех часовых, да при крупнокалиберном «Корде». Эти не растерялись, все ж таки у каждого из них боевого опыта на десяток бойцов ОМОН разом хватит, да еще и останется. Оглушительно загрохотал «крупняк», длинным колеблющимся «лисьим хвостом» вспыхнула и заплясала дульная вспышка. Запрыгали по асфальту золотистые гильзы. В общем, мутант, очень сильно похожий на упокоенного нами на Ленинском проспекте «халка», всех пусть и напугал едва ли не до мокрых штанов, но реальных проблем создать не успел. В споре между горой ожившего мертвого мяса и пулями калибра двенадцать и семь десятых пули победили, как на соревнованиях по разным единоборствам говорят, «за явным преимуществом». Но зато всем сразу стало понятно, что эвакуировали мы склад вовремя. У здешней охраны ничего калибром крупнее девяти миллиметров не было. Равно как и опыта схваток с зомби. Не забредали они сюда пока. Поэтому, думаю, с мутантом они просто не справились бы. И нам от того, что «база снабжения» превратилась бы в рассадник живой мертвечины, никакого прибытка. Понятно, что зачистили бы в конце концов, но чего нам это стоило – вопрос отдельный и серьезный. Заставленные стеллажами складские закоулки, особенно если электричества не будет – это вам не подъезд жилого дома. Если дизель‑генератор заглохнет – лампочки погаснут, окон нет, планировка – натуральный лабиринт. Весело было бы – словами не передать. И один бог знает, каких потерь нам бы стоило склад назад, под свою руку отбить. Лучше уж как сейчас: самое необходимое забрали, а если что понадобится – позже вернемся. Пустой многоэтажный сарай сам по себе, как мне кажется, зомби не сильно интересен. Их живые люди привлекают, а не залежи милицейских бушлатов. А чтоб все‑таки не забрели случайно, мы все двери и ворота закроем. Живому человеку навесной замок – не преграда, даже если ключа нет, а вот для мертвеца, будь он хоть трижды мутантом – вполне.

Фу, кажется, все. Теперь можно мозолистой лапой утереть с рожи трудовой пот, в очередной раз позавидовав Мише с его черной банданой, торопливо поручкаться на прощанье со знакомцами из Подольска и «Булата»… И валить отсель к чертовой бабушке! Глядя на изодранную пулями гипертрофированную тушу посреди двора, желания задерживаться на складе дольше необходимого лично у меня вообще не возникает. И, похоже, не у меня одного. Набрали всякого‑разного – пора и честь знать.

г. Москва, Триумфальная площадь – Ярославское шоссе,

24 марта, суббота, ночь – утро

– Значит так, Антоха, докладаю по порядку: все самое важное и самое ценное мы совместными усилиями со складов вывезли. Наша колонна под охраной вашей «приблудной» «семидесятки» ушла в Пересвет. Всех складских, как и было велено, доставил сюда и даже уже разместил. Какие будут дальнейшие команды?

– Да, собственно, никаких, Борь. Этот домик мы оставляем за собой как опорный пункт, и вообще, на всякий случай. Как говорится: «шоб було». Гарнизон – сводный, дежурить будем сменами по неделе, вахтовым методом. Отцы‑командиры между собой уже все порешали, так что я с большей частью своей группы тут остаюсь. А ты с утра забирай всех остальных, один «Урал», «восьмидесятку», БРДМ ваш да выдвигайся следом за колонной. В Посаде, как я понял, дела тоже фиговые, так что без дела сидеть не будете. А пока – отбой. Отсыпайтесь, пока возможность есть.

Коротко кивнув, спускаюсь во внутренний двор и топаю прямо в «Ростикс». Не ошибся, именно там и сидят все мои архаровцы. Я ж говорил уже, среднестатистический боец ОМОНа, как тот Винни‑Пух, всегда не прочь немного подкрепиться. Как гласит древняя армейская мудрость: «Хороший солдат ест всегда, когда не спит». Собственно, этим моя «бригада‑ух!» сейчас и занимается. В смысле, хомячит так, что за ушами трещит. С удивлением замечаю там же компанию давешних «скубентов». Выглядят они несколько лучше, чем вчера, видимо, общение с медиками не прошло даром. Кроме медицинской помощи, гляжу, им еще и материальную оказали. В смысле – переодели. На девушках вчера вообще одни обрывки висели, которые на одежду никак не походили. Да и у парней куртки, свитера, джинсы были сильно кровью и грязью заляпаны и порваны местами. Сейчас на всех – толком не обмявшийся еще армейский камуфляж. Судя по расцветке и пошиву – старый, образца начала девяностых «бутан». Со склада какого‑нибудь, наверное. Чувствую, граждан, одетых в стиле «милитари», скоро сильно прибавится. Вытаскивали‑то их по‑разному: кого из дома, дав при этом время на сборы, а кого и с работы, как ту барышню в колготках… Вот куда она сейчас на своих каблуках и в обтягивающей короткой юбке? А ведь полно таких, вот и распотрошили, видно, под их нужды какой‑нибудь склад. Благо, у Родины в закромах много всего припасено. Мне вон в свое время предлагали по знакомству недорого комплект настоящей комсоставовской ПШ‑43: штаны‑галифе, гимнастерка с воротом‑стойкой, да плюс сапоги хромовые. Мне оно вроде как не нужно было, да и денег в тот момент лишних как‑то не водилось… В общем, не взял. Теперь, кстати, иногда жалею. Все‑таки хочется иметь что‑нибудь такое, необычное. Исключительно из тяги к прекрасному. И ведь если по армейским складам резерва порыскать, думаю, и формы времен Великой Отечественной, и застойных времен «повседневки» или «парадки», и афганской «эксперименталки»… да много чего на тех складах лежит, своего часа ждет. Кстати, к вопросу о барышне. Где она, интересно? Надо бы найти да извиниться, что ли.

Но, как выяснилось, всех привезенных нами гражданских еще часа три назад увезли в лагерь беженцев в подмосковное Ашукино, поближе к базе Софринской бригады. Ну, значит, не судьба.

– Как самочувствие, «лыцари»? – присаживаюсь я рядом со студентами.

– Спасибо, лучше, – отвечает за всех Сергей, который в этой группе явно лидер.