Он нахмурился.

— Я навещал тебя прошлой ночью, — я покачала головой, и он обиделся. — Думаю, время отличается с другой стороны.

— Это несправедливо, — надулась я.

Его глаза нашли дневник, лежащий на полу.

— Ты это читала?

— Это все, что у меня осталось от тебя. Почему ты не рассказывал мне о себе и Арианне?

— Это старая история.

— А обо мне?

— Я не хотел, чтобы ты верховодила в наших отношениях. Если бы ты знала, что я чувствовал… — вздохнул он.

— Я бы любила тебя больше, хотя сомневаюсь, что такое возможно.

Мы легли на кровать, и было приятно снова оказаться в его объятиях.

— Так ты уже передумала насчет помощи?

— Да, я знаю, что ответ находится у Тании, но мне страшно за Бекки и Джорджа.

Он подпрыгнул вверх.

— Я говорил, что именно тебе нужно узнать правду.

— Сэмми мне не доверяет. Бекки и Джордж занимаются этим.

— Елена…

— Пожалуйста, просто позволь им. Они узнают правду.

— Нет, не смогут. Я… — слова, казалось, не хотели приходить.

— О, ради всего святого, что такое?

— Я не могу тебе рассказать. Тебе нужно найти правду. Не им.

— Я говорю тебе, что не могу. Сэмми мне не доверяет. Мы уже потратили много времени на этот план, чтобы представить членам Совета старейшин. Начать все с начала будет означать еще один месяц, если не больше; но, если они отвергнут нас, то это другое, не знаю, сколько месяцев и Блейк превратится, несмотря на наши усилия.

— Я неправильно истолковал дату.

— Что ты имеешь в виду?

— Он может обратиться в любое время, Елена.

— Что?

— Ответ о дате содержится в моем предсказании. Это все, что я могу сказать. Попроси помощи.

Я проснулась. Я не хотела просыпаться и оглядывалась в поисках Люциана, но его уже не было. Реальность сработала, и эти сны, какими бы замечательными они ни были, собирались сделать меня слабой. Взгляд упал на дневник на полу. Он сказал, что ответ кроется в дате. Это не имело никакого смысла.

Я снова посмотрела на его предсказание. Я просмотрела еще пару страниц, и не смогла найти ничего, что было связано с этой глупой загадкой. Не было никакого ответа. Попроси помощи.

Когда мы вошли в библиотеку, мальчики, как сумасшедшие, искали информацию. Я отдала Ченгу дневник.

— Я не думаю, что дата была посвящена Блейку. У меня странное чувство, что это о чем-то другом, — солгала я, я не могла сказать Ченгу, что мне снился мой мертвый парень, который помогал мне.

— Елена, — позвала Сэмми, — что это?

— Дневник Люциана.

— Почему ты не сказала мне, что он у тебя? — резко спросила она.

— Потому что это все, что у меня осталось от него. Я не думала, что есть что-то, что может нам помочь, до прошлой ночи. Его загадка не имеет смысла, — я села напротив Ченга, который листал дневник. — Ты должен помочь мне найти ответ, Ченг.

Он кивнул, и я обратила его внимание на страницу, где загадка была написана почерком Люциана. Он прочел ее пару раз про себя, а потом просто устремил взгляд в никуда. Я могу сказать, что он очень много думал. Он снова посмотрел на загадку, а затем на Сэмми.

— Елена права. Это не дата, когда Блейк обратится, Сэмми. Смотри? — он показал ей дневник.

— Ты видишь, сколько вопросительных знаков рядом с предсказанием. Он даже пару раз подчеркивал дату.

Сэмми уставилась на предсказание.

— Он все время сомневался в дате.

Ченг забрал дневник у Сэмми и прочел предсказание вслух. Мы все прислушались.

— Все написано в прошедшем времени, — сказал Дин.

— Что!? — мы все посмотрели на него.

— Дата — это не будущее, она в прошлом, — он повернулся и снова начал печатать.

Множество дат 23-го августа заполнили экран и прокручивались по мере появления каждой новой.

— Это займет целую вечность, чтобы просмотреть их, — сказала Бекки.

— Так что же это означает? Блейк уже был злом? — спросила Сэмми.

— Я не знаю, дорогая моя, — Дин обнял ее. — Но одно можно сказать наверняка, это определенно связано с ним.

— Откуда тебе это известно? — спросила Сэмми.

— Вайден, она говорила в прошедшем времени. Ее загадки никогда не бывают в прошедшем времени. Это также дата, но она имеет значение. Нам нужно выяснить, что случилось 23 августа.

— Поэтому мы должны проверить все эти даты? — приуныл Джордж.

Ченг встал и нажал кнопку печати.

— Я думаю, что пришло время работать на полной скорости, ребята. Встреча состоится через пару дней.

Каждый из нас получил по паре страниц и начал их просматривать. Мы по очереди спрашивали друг друга, не значит ли для них что-то та или иная дата, и что могла тогда произойти, но никто из них не ответил.

— Нам нужна помощь, — сказал Ченг рано утром в субботу. Мы провели всю ночь в поисках и ничего не нашли.

— Какого вида помощь? — спросила я.

— Оставь это мне, — сказал он.

— Но сначала нам всем нужно поспать.

Мы согласились и легли спать. Я чувствовала себя плохо из-за Блейка. С тех пор, как его усыпили, у меня больше не было ощущения, что я хочу его убить. Оно исчезло, и часть меня стыдилась того, как сильно я хотела его смерти.

Я заснула и надеялась, что снова проснусь с Люцианом, но ничего не произошло. Если месяц был похож на день, я бы, наверное, увидела его снова в следующем месяце, который был вечностью.

Мы втроем проснулись около трех. Бекки сделала нам всем по чашечке кофе перед тем, как пойти в библиотеку на встречу с Ченгом.

Я не могла не пялиться, когда мы нашли Табиту, сидящую рядом с ним.

— Ты что, с ума сошел? — прошипела Бекки.

— Она не расскажет, но может помочь.

Табита посмотрела на меня.

— Только пообещай, что не убьешь его.

— Я сказала, что сделаю все возможное, чтобы помочь найти способ остановить его. Когда он обратится ко злу и станет всё крушить, я не смогу стоять и смотреть, Табита.

— Поклянись, что поможешь, — выплюнула она.

— Я сделаю все, что в моих силах, — буркнула я в ответ.

— Отлично, — она повернулась и начала печатать. Табита зашла на сайт Стены и архивов.

— Мы уже пробовали, — сказали мы с Бекки.

Ченг поднял руку.

— Пожалуйста, вы еще ни хрена не сделали, — сказала Табита.

Ченг подавил улыбку, и я уставилась на него.

Он постучал себя по лбу, и я смотрела, как Табита печатает коды и ключи.

— Что ты делаешь?

— Тише, ради Блейка, я сделаю, что угодно. А теперь заткнись, мне нужно сосредоточиться.

— Она взламывает систему, — процедила я Ченгу.

Он кивнул.

Мы все просто смотрели на нее, как она печатала, словно сумасшедшая. Коды появлялись и исчезали, а затем еще коды, и через десять минут девушка остановилась. Экран заполнил другой архивный файл.

— Та-дам, — сказала она, и я уставилась на нее. — Что ты хочешь, повтори, какая дата?

— 23 августа. Года нет.

— Сначала просто имя, а теперь отсутствие года.

Я закатила глаза, зная, что она имела в виду тот случай, когда пыталась помочь найти моего отца.

Было шесть августовских дат и две, которые приходились на 23.

— Мэтт вошел сюда, и кто-то по имени Тания Ле Фрей вышла, — сказала Табита.

Мы все ликовали, и вся библиотека на нас шикала. Мы захихикали, вздрогнули и снова затихли.

— Тания Ле Фрей, я догадываюсь, — сакрастично заметила Табита, и я заметила, как Бекки осторожно кивнула головой.

— Итак, ответ действительно находится у Тании. Люциан был прав.

Они все посмотрели на меня.

— Вы знаете, что я имею в виду, — сказала я, надеясь, что они не видели насквозь. — Ты можешь найти фотографию Тании? — спросила я Табиту.

Табита не ответила, но ее пальцы замелькали над клавиатурой. Она остановилась, и мы все уставились на монитор, наблюдая, как исчезают коды.

— Что-то не так? — спросил Ченг.

— Я не знаю. Это невозможно взломать. Я никогда не видела ничего подобного, — ответила Табита, попробовав еще раз. Мы снова наблюдали, как исчезали ее коды. — Кем бы ни была эта Тания, они не хотели, чтобы кто-нибудь знал о ней.