Тело фюрера без особых эксцессов было изъято из часовни. Оба тела были доставлены в одно из укромных мест в горах, где были сооружены два навеса, на которые и положили тела. По моей команде зажгли собранный под навесами хворост, и в небо стал подниматься чёрный дым и запах жареного мяса, как будто где невдалеке готовили шашлык.

— Господа, — обратился я к собравшимся, — на этом закончилась история тысячелетнего Рейха. Все вы свободны, идите и живите до тех пор, пока не придёт новый фюрер и не призовёт вас на бой с мировым злом. Хайль!

Вернувшись в городок, я к своему удивлению застал деда Сашку в гостинице. Мой умудрённый годами друг крутил роман с одной жгучей креолкой и никак не мог остановиться, не потому что его деньги не кончались, а потому и не кончалась любовь его дамы.

Но я остановил эту романтическую связь, сказав, что мы продулись до последнего центаво. Креолка исчезла так же внезапно, как и появилась, зато прекрасная Изабель предложила мне немного денег в долг.

Чистая душа. Она ко всем относилась с чистой душой, и у меня даже язык не поворачивался сказать о том, что она мне изменяла. Она любила всех чистой девической любовью. Наоборот, я дал ей ещё немного денег, чтобы она, в конце концов, смогла открыть новую гостиницу или какую-нибудь забегаловку в надежде на то, что городок станет место паломничества, и его будет захлёстывать приток туристов из всех стран.

Дед Сашка некоторое время дулся на меня за то, что из-за меня ушла его креолка, но потом его доброе сердце отмякло, и он снова стал тем же человеком, каким его я его знал. Я ему постарался объяснить, что опасность для него представляют не только блондинки, но и жгучие брюнетки, которые выпьют из него все соки и жизненные силы.

— Выбирай, — сказал я ему, — как тебе нравится погибнуть: либо от пули ревнивой блондинки, либо скончаться в порыве страсти на жгучей брюнетке?

— Кто его знает, Дон Николаевич, как оно лучше, — сказал дон Алехандро, — кому-то суждено от коня своего погибнуть, а мне видать так на роду написано — скончаться на женщине. Ты вот стихи пишешь, написал бы что-нибудь про меня, а я пока вспомню мою ненаглядную Кармелиту. Знаю, что за деньги была её любовь, но зато уж товар был качественный, не подделка какая-нибудь.

В дальней дороге, а дороги в то время все были дальние, нужно чем-то занять себя, чтобы и время быстро пролетело, и что-то полезное было сделано в это время.

Кто-то читает книги, кто-то играет в шахматы, кто-то в карты, кто-то тараторит без умолка, а я достал свою записную книжку и стал потихоньку описывать заболевание моего подопечного. Что получилось, судите сами, но дон Алехандро Гривас был в полном восторге, вырвал у меня страницу из блокнота и спрятал в своём потёртом бумажнике. Вообще-то, не дело вырывать листы из чужих записных книжек, но для друга можно сделать исключение.

— Дон Николаевич, — сказал он, — ты её описал так, что мне захотелось снова найти её и пуститься с ней во все тяжкие.

Буэнос-Айрес жил своей жизнью, не подозревая о том, какие страсти кипят в провинциальных городках Аргентины.

По обусловленному каналу связи через посольство я передал сообщение о том, что мною обнаружены останки Мюллера и Гитлера. Вероятно, моя информация вызвала эффект взорвавшейся бомбы, потому что мне целую неделю пришлось ждать условного сигнала о том, что моё сообщение доставлено по назначению. Пешком они его в Москву оправляли, что ли? Затем через тайник мне была передана записка об ожидании представителя Центра.

В это время в СССР шла активная борьбы с пережитками культа личности и вытравливания всех сотрудников, которым пришлось работать вместе с Берия. Разведка была обезглавлена. Все опытные сотрудники либо были уволены, либо посажены в тюрьмы по статье об антигосударственной деятельности. Сделали статью, и объекты по этой статье стали сыпаться как из рога изобилия.

Какую статью ни сделай, всегда найдётся достаточное количество лиц, подлежащих суду по ней. Не верите? Попробуйте сами. Придумайте самую невероятную статью. Например, подача световых сигналов с целью установления преступной связи с внеземными цивилизациями. Для этих придётся строить дополнительные концлагеря. Или, ещё например. О мысленном противодействии экономическим преобразовании в СССР. И тут найдётся много виноватых. Хитрый взгляд — реализовал свои козни против экономики. Хмурый взгляд — готовит козни и так далее.

Мне казалось, что затяжка с информацией о встрече с представителем Центра связана с новым арестом генерала Миронова. Не везёт мужику. Есть такая категория людей, которые всегда и во всем виновны. Где-то даже стихи есть про таких людей, все не помню, но вот два четверостишия врезались в память:

Я как в воду глядел. В условленное время в условленном месте с оговорёнными опознавательными знаками прибыл неизвестный мне человек. Кто его знает, что это такое? Вдруг предательство и контрразведка враждебного государства с распростёртыми руками примет меня в свои объятия и выделит отдельную камеру в секретной тюрьме. Я не стал дожидаться приключений и покинул место встречи.

В этот же день по каналу связи передал информацию о вызове на встречу представителя Центра. Снова недельное ожидание и получение сигнала о том, что моя информация передана.

Ничего не сделаешь, советская система — все бегом, скачками, перенапряжение сил и средств, получение результата и вдруг оказывается, что этот результат никому и не нужен. И это не только в разведке. Во всех отраслях. То вдруг бросаются огромные силы и средства для взятия ничем не приметной высотки. Положили две дивизии, десятки тысяч человек, взяли высоту. Доложили наверх о взятии высотки. Взяли? Ну и ладно. Для чего людей гробили? Никто не знает? Знают, решили сделать приятное верховному начальнику.

Или работают в три смены для выполнения плана по выпуску резиновых галош. К полуночи последнего дня месяца выполнили план и доложили о выполнении повышенных обязательств, а на следующий день собирается совещание по затовариванию складов не имеющей спроса продукцией.