- Не пора ли наведаться в библиотеку? – предложил Ва-Йерк.

 - С удовольствием, - ответил послушник. – Я заглянул в комнату нашего воинственного антигуса - его там уже нет.

 - Он так пленился мечом, карающим колдунов?

 - Мне показалось, что Хефнет намеренно сообщила о нем Гродвигу.

 - Тише, юноша! Неужели ты подозреваешь верховную жрицу в крамоле? Остерегайся говорить об этом вслух. 

 - Хорошо, – Ларенар понизил голос до шепота. - Но как нам найти хранилище книг?

 - Обратимся к кифрийке. Ты очаровал ее своим чистым наречием. Магнус блестяще обучил тебя языку детей Песка. Хотя, - тмехт хитро улыбнулся. – Боюсь, что девушка, глядя на тебя, забыла обо всем на свете, и вся обратилась в зрение, совсем не слушая, о чем говорит с ней красивый чужестранец. Уж не знаю почему – девушки Кифры не равнодушны к степнякам, на которых ты очень похож. 

 Рабыня Хефнет, как и ожидалось, охотно откликнулась на просьбу и проводила их на четвертый уровень, затем - до входа в библиотеку. Поблагодарив, они отпустили ее, отклонив предложение показать хранилище.

 Библиотека изумила гостей своими размерами. Ва-Йерк пришел в восторг, обходя залы со стеллажами и читая заглавия книг. Он доставал книги, открывал их, зачитывал вслух целые абзацы.

 Они прошли Мозаичный и Круглый залы, остановившись в Золотом, где стены над полками украшены были широкими фризами из драгоценного металла. 

 - Я полжизни отдал бы за то, чтобы перечитать все эти сокровища! – то и дело восклицал тмехт. – Но в моем распоряжении катастрофически мало времени! Пожалуй, я соглашусь стать рабом улхурской госпожи, только чтобы иметь возможность брать в руки эти шедевры!

 Ог Оджа не заметил, как остался один. Спутник его давно отстал, обнаружив нечто интересное для себя в зале Арахна, самом темном из всех залов библиотеки. Полки здесь были сделаны из черного мрамора, так же как колонны и стены. На отшлифованном до зеркальности полу виднелись какие-то знаки, объемные, сделанные кроваво-красной краской.

 Не обращая внимания на то, что Ва-Йерка уже не было рядом, Ларенар погрузился в изучение древнего манускрипта, пока некий посторонний шум не заставил его оторваться от чтения. Он осмотрелся. И тогда снова услышал это…

 Звук усилился, напоминая утробное рычание большой твари, и шел, казалось, откуда-то сверху. Нечто подобное послушник слышал однажды в пустыне Хэм-Аиба, когда на него напал безобразный ящер.

 Ларенар двинулся в темноту прохода, сжав рукоять меча, но, не вынимая его из ножен. Оказавшись в центре залы, свободной от стеллажей, он снова осмотрелся и прислушался. Ничего.

 - Ва-Йерк? Вы где?

 - Я здесь, – едва донеслось из соседней залы.

 Удивившись, послушник быстро прошел к началу полок, обозначенных массивной квадратной колонной и, завернув за нее, на полном ходу натолкнулся на девушку.

 … Привычного мира не стало. Он расплавился, зыбкие границы раздвинулись.  Глубокая темнота глаз распахнулись перед Ларенаром, увлекая в бездну, пронизанную незнакомым, таинственным светом. Он проник в душу, растревожив, сладко опалив её и меняя уже безвозвратно. Такое бывает во снах, когда ты уже и не ты, а только голос внутри тебя, загадочное нечто, что нашептывает непонятное, но такое важное, главнее чего уже не может быть.

 Наверное, он никогда бы не сошел с места, пораженный, как громом небесным, если бы она сама  не освободила его от магического притяжения своих глаз. Но, отступив, их обладательница продолжала изумленно и растерянно смотреть на него.

 Чужой голос вернул их обоих в реальность:

 - Что с тобой, госпожа?

 Опомнившись, Ларенар нашел в себе силы пошевелиться, вздохнуть, еще не совсем воспринимая окружающее.

 - Уходи, чужеземец! – прикрикнула кифрийка, легко отталкивая его. – Уходи же.

 Плохо понимая, послушник повиновался. Но пройдя немного, обернулся. И никого уже не увидел.

 - Что это было? – он тряхнул головой. Снова осмотрелся.

 В зале стояла звенящая тишина.

 «Надо вернуться к тмехту», - подумал Ларенар, но тут же забыл о своем намерении. Всё изменилось. Душа его охвачена была странным и незнакомым смятением. Чувства обострились. Сухой и пыльный воздух хранил ещё аромат цветов. Темное пространство наполнилось новыми звуками. И даже краски стали другими, насыщеннее, ярче.

 Машинально раскрыв книгу, снятую с полки и плохо понимая, что видит перед собой, он снова вспомнил ее глаза. И вздрогнул, услышав рядом радостный голос:

 - Что скажешь? Задержимся здесь на пару месяцев, хоть рабами?  

 - Они не имеют права читать, - отозвался Ларенар, унимая волнение. – И вас, бывшего жреца Эморх, не оставят даже рабом. Но сейчас не об этом. Взгляните. Мне кажется, я видел раньше и этот зал, и это сочинение.

 - Как бы я не уважал твоего отца, - улыбнулся тмехт, глянув на манускрипт, –  но этой книги никогда не было в Антавии. Ее автор – улхурский жрец. Она написана на заре становления нашего царства.

 - Но сам Улхур? – продолжал послушник, с усилием вспоминая те мысли и чувства, что занимали его до встречи – теперь они казались оставшимися в другой жизни. А в этой и подземелья стали вдруг ближе и понятнее. – Мне все здесь знакомо. Эти гроты, залы, статуи, бесконечные коридоры с колоннами, даже рисунки и надписи на стенах – все.

 Ог Оджа внимательно посмотрел на него.

 - Магнус слишком красочно рассказывал тебе об Улхуре. И эти картины врезались в твой детский разум, как навсегда запоминаются нам сказки матери.

 - У меня ее не было. И отец не говорил о ней. Никогда.

 - Прости, что спрашиваю, но мне не показалось, что магистр родной твой отец.

 - Не родной. Он подобрал меня на улице. Забрал у бродяги.

 - Вот как? – Ва-Йерк задумался. Потом кивнул на ряды с полками. – Здесь хранится много тайн. Может и страшные сказки о подземельях Магнуса, который ведь не просто так вспоминал их.

 - Уйдем, – попросил Ларенар. – Мне душно здесь. Пора возвращаться.

 - Да, - тмехт кивнул, снова погружаясь в чтение книги, и добавил, - пойдем, только дай просмотреть еще один лист, и еще…

 Хмурясь и шевеля губами, он стал переворачивать страницы, совершенно забыв о послушнике.

 А тот снова раскрыл рукопись, которую принес с собой. Ритуалы улхурских жрецов сопровождались красивыми гравюрами, которые снова заворожили его, вороша в душе что-то давно забытое и тревожное.

 - Думаю, Хефнет не будет возражать, если я заберу эту книгу с собой? – подал голос Ва-Йерк и взял рукопись из рук послушника. - Это мы тоже прихватим. Никто не заметит. У них здесь нет смотрителя.

 - В ней есть план Улхура, - заметил Ларенар. – И очень кстати.

 - Отлично! Значит, не заблудимся, и откроем много нового. То, что мы знаем, - ограничено, а то, что мы не знаем – бесконечно, - добавил Ог Оджа многозначительно. - Улхур – кладезь древних знаний, и не воспользоваться ими – кощунство. Тем более, мы ведь никому не мешаем.

 - Хозяйка предупредила нас, чтобы мы были осторожнее.

 - Нас никто не заметит, – заверил тмехт. – Я не могу упустить возможность осмотреть подземелье! Знаешь, осторожность – хорошая вещь, но даже черепаха не сделает ни одного шага, если не высунет голову из панциря. Мы ни на волосок не приблизились к цели. Я даже предположить не могу, где искать сигиллу. Нужно с чего-нибудь начинать. Книги – самый лучший источник знания. За мной, мой юный друг!

    Они вместе осмотрели зал Арахна, обнаружив большое количество манускриптов, считавшихся утерянными. Ва-Йерк не уставал восхищаться. Ларенар ходил за ним со скучающим видом, не решаясь больше торопить или оторвать от такого интересного занятия.

 - Уже, наверное, очень поздно, – тмехт сам остановился. – Нас могут хватиться. И будет неудобно заставить нашу хозяюшку беспокоиться.

 - Дверь – там, – устало вздохнув, Ларенар показал в сторону.      

 Она оказалась не запертой, скрывая вход в длинный, темный коридор. Дышалось в нем на удивление легко. Казалось, сюда проникал свежий воздух, но не свет, поэтому продвигаться приходилось на ощупь. Через какое-то время им пришлось остановиться, чтобы решить, куда двигаться дальше. Идти вперед казалось неразумным, возвращаться – нелепым.