– Ничего вам не ясно, голуби вы мои. И голубки, – Ярл осмотрел туннели, принюхался зачемто. – Без жрецов ничего оттуда не вылезет, а ихто как раз и нету. Кончились все.

– А чего мы не поняли? – поинтересовалась Эльза, которой лорд Бер накладывал шину на сломанную руку.

– Видите? – Ярл указал вверх, там, высоко под сводом, застыла голова огромного каменного Змея. Статуя была изваяна чрезвычайно искусно, каждая чешуйка на своем месте, а белые зубы по размеру подошли бы как бивни элефанту. – Вон где должен быть глаз.

В самом деле, под каменным, аспидночерным лбом, там, где у порядочной змеи должны бы располагаться органы зрения, тускло мерцал грязнокрасный ограненный камень.

– Это и есть Глаз Сета? – хрипло спросил лорд Бер, задрав голову.

– Судя по описанию, как раз и есть, – подтвердил ярл. – Пришли бы на квадранс раньше, он бы еще не показался, а на квадранс позже – от нас бы и мокрого места не осталось.

– Это почему же?! – с задиристым видом воскликнула Айне.

– Этот змеюга ожил бы. А справиться с воплощением самого Сета нам не по силам.

– Упс, – ошарашенно заморгала девушка. – Такой огромный?

– И к тому же почти неуязвимый. А Глаз тот вроде как испепеляет все, на что посмотрит.

– И что теперь, командир? – Углук сидел на обломке камня и затравленно озирался по сторонам.

– Лара, надень. – Ярл кинул ведьме толстые кожаные рукавицы. – Леди Айне, помогите.

Вдвоем они подняли Лару к голове каменного исполина. Ведьма поковыряла ножом, и в руках ее оказался недобро багровеющий Глаз.

– Бросай, не разобьется.

Глаз слетел вниз, раздробив толстую каменную плиту пола, и запрыгал со странным, ноющим, вынимающим душу звоном. И лишь после того как лорд Бер прижал его к плитам ногой, тот малопомалу затих.

Когда Лару благополучно опустили обратно, ярл спросил, подвигав носком сапога диковинный артефакт:

– Ну, есть идеи, как уничтожить сей предмет?

– А это обязательно – уничтожать его? – Эльза глядела во все глаза. – Он ведь наверняка столько стоит…

– За обладание им будут такие войны, что страх берет, – покачал головой лорд Бер. – А применить его можно только во зло.

Углук подобрал свою секиру, от души приложился к Глазу обухом. Обломки оружия брызгами разлетелись в стороны, а полуорк сконфуженно пожал плечами.

– Огонь? Молнии? Да нет, не то, – бормотала Айне. – Тут тоньше надо.

– Как ты сказала? Тоньше? – вскочил ярл. Обвел всех взглядом.

– Не томи, командир.

– Чей это Глаз? Змея! А кто его извечный враг?

– Точно! – Лорд Бер хлопнул себя по лбу. – Битва между Птицей и Змеей.

– А кто у нас Птицей будет? – допытывался Углук.

– Дракон! – Ярл назидательно поднял кверху палец. – Нука, выворачивайте карманы, у кого есть чтонибудь драконье?

У Эльзы нашелся гребешок, выточенный из драконьего зуба, а лорд Бер достал крохотный пузырек:

– Вот. Слезы дракона.

Ярл озадаченно почесал в затылке:

– Мда. С таким набором не разгонишься. Хотя…

Он наклонился над Глазом и с силой провел по его поверхности острым краем гребешка. От пронзительного шипящего визга у всех слегка заложило уши. Затем ярл открыл пузырек и осторожно капнул на царапину в камне. Раздался такой вой, что ярл от неожиданности плеснул из пузырька чуть не половину. Вой перешел в рев исполинского, смертельно раненного зверя, который кричит в гневе и бессильной ярости.

Когда в глазах немного прояснилось, а уши снова обрели способность слышать, все увидели, что от Глаза Сета осталась только блеклозеленоватая пузырящаяся лужа. А статуя Змея раскололась на большие бесформенные глыбы.

Эльза прокомментировала произошедшее весьма энергично. Мол, экспериментаторы хреновы, сначала трамтарарам подумайте, а потом уж и трамтамтам, и тамтарам.

– Очень интересное заклинание, – повернулся к ней лорд Бер. – На досуге запишешь его мне?

Ведьма покраснела (вот это новость!) и спряталась за спину ярла.

– Ну что, все? – Углук неловко встал, опираясь на Лару.

– Да, пожалуй. Пора и домой, раны зализывать.

Лорд Бер, запинаясь, пробормотал заклинание, и услужливо распахнувшийся портал вывел их на храмовую площадь.

– Прямо в столицу нельзя было, что ли? – угрюмо проворчал Углук. – Если сейчас к целителю не попаду, нога совсем отвалится.

– Скромнее надо быть. Там сейчас еще светло, народ со страху обгадится. А целитель и тут есть. – Ярл немного задержался и вышел из портала последним, как и подобает командиру.

От развалин малого храма отделился всадник, и через несколько мигов все увидели шамана степняков верхом на зачуханной кобылке.

– Однако долго вы там. Великого Змея прибили хоть? – поинтересовался шаман, едва подъехав.

– Насмерть, – пробурчал Углук. – Только шкуру, жаль, попортили. Ты, что ль, целитель будешь? Давай делай свое дело.

Шаман оказался неплохим целителем. За два квадранса залечил и бедро полуорка, и руку Эльзы, а в порыве вдохновения залатал и плечо Ларе.

– Так что Великому кагану передать? – спросил он, уже вскочив на лошадку.

На грязном лице ярла мелькнула улыбка. Он провел по горлу пальцем:

– Нет больше Змея, издох совсем. А через две зимы, как и договаривались, приезжайте торговать.

Степняк кивнул, довольно оскалился и взмахнул плеткой.

– Хэйя!

Лошадка резво потрусила вперед, и вскоре целитель скрылся с глаз.

– И что теперь, командир? – Углук еще раз несколько недоверчиво ощупал свою ногу.

– Сейчас поедим, перекурим немного и начнем главный храм рушить.

– Вдребезги? – улыбнулась Лара.

– Вдребезги, – подтвердил ярл и стал доставать из воздуха еду.

– Уфф, теперь и жить можно.

Эльза отвалилась от импровизированного стола, устроенного прямо на рухнувшей стене какогото здания.

Лорд Бер, который поел на удивление немного, уже сидел на обломке колонны и лениво цедил холодное пиво.

– И даже, я бы сказал, нужно.

У стола остался один Углук. Он обреченно посмотрел на нетронутые блюда и махнул на все словесные выкрутасы рукой.

– Я только во вкус вошел. – С этими словами ухватил цельный кабаний бок и смачно впился в него зубами.

Лара обошла вокруг, присматриваясь к трупам и обломкам.

– Командир, а с кем теперь степняки воевать будут?

Ярл выпустил колечко дыма из трубки:

– С нами, с кем же еще. Но это так, для виду. Лишь бы жирок лишний согнать.

– Да если они еще раз наедут, в Стигии людей вообще не останется.

– Этт точно, – хмыкнул лорд Бер и налил себе еще пива. – Как от души магию попользую, так нападает жуткий сушняк. К чему бы это?

Ярл выбил трубку о каблук:

– А меня в сон тянет.

– А меня к парням, – подала голос Эльза.

– Тебя к ним завсегда тянет, – хохотнул ярл.

– А мне в воду залезть надо. Или на сильном ветру постоять, – добавила Лара.

– Вообщето, лорд Бер, это тоже исследовать надо. Айне, а тебе чего хочется после того, как попользуешься магией?

– В лес хочется. И чтоб побольше зелени. Только я в магии еще слабовата.

– Это пройдет, – добродушно махнул рукой лорд Бер. – Надо бы исследовать синдром магической усталости, но об этом пусть теперь у маменьки твоей голова болит. Она ж теперь всем верховодит.

– Ага. Я ее почти и не вижу. А если вижу, то уставшую и с тоской в глазах.

– А меня, как железом помахаю, на жор тянет, – отозвался Углук и тут же придвинул к себе тарелку с паштетом.

– У вас, воинов, все проще, – подвел итог лорд Бер. – Усталость, и все. А тут всю душу вымотает, пока с магией работаешь.

– Каждому свое, – мудро заключил полуорк и со вздохом отодвинул полупустую тарелку. – Кажется, хватит. А то топором орудовать не смогу.

– Да у тебя и топорато нет, – ехидно толкнула его в бок Айне.

– Ну и что? – беспечно заявил Углук. – Мое дело воевать. А чем вооружить да как накормить – про то пусть командир думает.

Все жизнерадостно засмеялись.

– И то правда, – согласилась Эльза и со вздохом налила себе пива. – Покрепче ничего нет?