– Что вам надо? – хрипло проговорил он, опуская клинок и всем телом ощущая накатившее похмелье.

– Для начала и облегчения последующей беседы я бы попросил вас все же убрать меч в ножны и выпить это, – Маар‑си протянул полуэльфу кружку с ароматным травяным настоем. – Это облегчит ваши муки, вызванные вчерашним злоупотреблением.

По‑прежнему не доверяя непрошеному гостю, Мантикора все же переложил клинок из правой руки в левую и взял кружку. Горячий, густой напиток с необычным ароматом и вкусом пламенной волной прокатился по жилам, словно бы очищая кровь от воздействия алкоголя. Допив настой, Талеанис почувствовал себя значительно лучше.

– Где Лианна? – спросил он, едва обретя способность связно мыслить.

– Девочка в данный момент находится у меня в гостях, – улыбнулся Маар‑си.

– Я буду с вами о чем‑либо разговаривать лишь тогда, когда она окажется здесь, – категорично заявил полуэльф. Его ужасала сама мысль о том, что Лианна, его Лианна находится в непосредственной близости от этого чудовища, Левиафана.

– К сожалению, это невозможно. Я охотно верю, что вы стали бы со мной разговаривать, спи сейчас девочка мирным сном в своей комнате, но ни на минуту не допускаю мысли, что, выслушав мои слова, вы не велели бы мне убираться к Ярлиговой матери. Вы воспринимаете меня как врага, и никакое ваше честное слово не будет для вас иметь значение. – В голосе париасца звучала скука, словно бы ему приходилось растолковывать непонятливому собеседнику естественные и общеизвестные вещи.

– Какие у меня гарантии в том, что с Лианной ничего не случится? Я видел, что собой представляет Левиафан, и не верю, что молодая и красивая девушка может оставаться в безопасности, находясь рядом с ним!

– Господин Талеанис, на ваше счастье и счастье Лианны, лорд Левиафан сейчас очень занят и поручил мне позаботиться о том, чтобы девочка оставалась в наших руках, а вы не пытались нам помешать и, более того, помогли бы. Лианна сейчас находится у меня, и лорду Левиафану нет до нее дела. Пока вы выполняете то, что от вас требуется, с ней ничего не случится, но я не советовал бы вам, господин Талеанис, злоупотреблять терпением лорда Левиафана. Он может, разозлившись, не обратить внимания на данное мной слово, что с девочкой все будет в порядке, и… Вы сами понимаете.

– Понимаю, как же не понимать, – прошипел Мантикора сквозь сжатые зубы. Его душили ненависть и ярость, в первую очередь обращенные на самого себя. Не уследил, не уберег, не сохранил самое свое драгоценное, что только могло быть… – Но вы мне пока никакого слова не давали!

– Это легко исправить, господин Талеанис, – в который раз улыбнулся Маар‑си. Полуэльфа уже раздражала эта его странная, немного печальная улыбка. – Но, как вы понимаете, я не могу вам гарантировать ровным счетом ничего, пока вы не пообещаете мне выполнить условия лорда Левиафана. Думаю, мне нет нужды пояснять вам, какая судьба ждет девочку в случае вашего отказа.

В воздухе повисла глухая, давящая тишина. Полуэльф лихорадочно просчитывал в уме варианты развития событий и не находил выход. Исходов было два: либо он соглашается и служит столь ненавистному существу, как Левиафан, навсегда забыв о грустных и мудрых глазах Дианари, либо он отказывается, и… Треклятая память тут же услужливо подбросила воспоминание о несчастной тифлинге и ее судьбе. Мантикора на миг представил на ее месте Лианну и содрогнулся всем телом.

– Что я должен делать? – тихо спросил он.

– Ничего такого, что было бы вам не по силам. Вскоре в окрестностях будет проходить небольшая компания. Их трое – слепая девушка со светло‑золотыми волосами и белым посохом, татуированный орк с коротким чубом и рыцарь из Ордена Грифона, с мечом, но без доспеха.

– Приметная компания, ничего не скажешь.

– Абсолютно верно подмечено, господин Талеанис. Ваша задача – предложить им кров на ночь и ужин, а также разговорить рыцаря. Он расскажет вам о своей встрече с лордом Левиафаном и намерениях своих и его друзей. Если вы, конечно, будете задавать правильные вопросы.

– С чего вдруг этому рыцарю откровенничать со мной?

– С того, что в вино, которым вы будете его угощать, вы добавите содержимое этого флакона, – Маар‑си выложил на стол небольшой пузырек из прозрачного стекла, наполненный красноватой жидкостью, напоминающей вино.

– Хорошо.

– Далее, если вам удастся вытянуть из него информацию, – а я верю, что вам это удастся, – вы должны отправиться с ними в Хайклиф – именно там господин рыцарь надеется найти лорда Левиафана. Впрочем, небезосновательно надеется. Ваша задача – при помощи артефакта, который я вам дам, сообщать мне о каждом их шаге.

– Хорошо. Когда я увижу Лианну?

– К сожалению, это решаю не я. Но обещаю приложить все усилия к тому, чтобы лорд Левиафан как можно скорее остался доволен результатами нашей с вами совместной работы. И, естественно, я даю вам слово, что пока вы добросовестно выполняете свои обязательства, с головы Лианны и волос не упадет. Я надеюсь на понимание с вашей стороны.

– Взаимно.

– В таком случае, если вы более ничего не желаете мне сказать, разрешите откланяться. Вот кольцо для связи – вам нужно будет всего лишь повернуть камень и мысленно четко назвать мое имя. До связи, господин Талеанис. И, ради вашей девочки, прошу – будьте благоразумны.

Маар‑си встал, коротко поклонился и вышел, оставив полуэльфа наедине с тяжкими раздумьями.

Мантикора мутным взглядом обвел пустые бутылки, в немалом количестве скопившиеся под столом. Утренний разговор никак не шел из головы, хотя полуэльф и старался забыться в алкогольном бреду. Удивляло все – и вежливость, с которой говорил париасец, и его обещание лично позаботиться о безопасности Лианны, и сквозившая в голосе странная смесь жалости и презрения…

И, конечно, Талеанису не давала покоя мысль о девочке. Он боялся за нее, боялся безумно, и еще он боялся себя и своего страха. Только теперь, находясь в шаге от того, чтобы потерять Лианну, полуэльф осознал, как дорога она стала ему. И как сильно он ее любит.

Но больше всего Мантикора сейчас боялся, что ему когда‑нибудь придется вновь посмотреть во всевидящие глаза Дианари и увидеть в них… что увидеть? Он не знал. Но был уверен, что ничего хорошего точно не будет. Если Мерцающая Звезда вообще позволит ему посмотреть ей в глаза, конечно, а не уничтожит при первой же встрече…

В общем, полуэльфу было плохо, как еще никогда в жизни. И потому он сперва не обратил внимания на необычную компанию, подходящую к его дому. Слепая девушка с золотыми волосами и белым посохом несла в руках лютню без чехла и что‑то тихо наигрывала, татуированный орк с коротким чубом и рыцарь из Ордена Грифона, с мечом, но без доспеха, яростно спорили.

Перепутанные нити Судьбы начинали сплетаться в понятный одному лишь Создателю узор.

Близился Час несчастного мира. И где‑то очень далеко Палач открыл глаза и внимательно всмотрелся в пылающее тревожными огнями энергетическое поле, окружающее сферу, в которую был заключен мир. Всмотрелся – и запомнил. Мир еще не звал его, и Палач не чувствовал, чтобы воля Создателя посылала его на Суд, но это вскоре должно было произойти.

Хранитель Прайма, вышедший в тот момент из таверны на пути к Ямато, столице Номикана, почувствовал внимание Палача и тихо выругался. Времени оставалось совсем немного.

В Цитадели Безумия, медленно плывущей по бескрайнему Междумирью, серебряная дракона бросилась к терминалу, устанавливая связь с теми Хранителями, с которыми вместе она контролировала сектор h‑35.

Творец Прайма Раадан на далекой Земле захлопнул крышку ноутбука, перешел в свою вселенную и вслушался в фон миров. И проявление интереса Палача к миру, на который были возложены им немалые надежды, ему очень не понравилось. Он и сам был обеспокоен происходящим в том мире, но сейчас создавались какие‑то совсем уж непредставимые кармические завязки.

Что‑то начиналось…


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: