– Опоздали. Так точно. Шесть трупов. Высушенные. Свежие. Молодежь, – несколько секунд молчания. – Никак нет. Не обнаружено, – пауза в несколько секунд. – Вызывайте.

Он сделал знак рукой отряду и бойцы бесшумно, словно тени, распределились по отдаленно стоящим гражданским машинам, используемых для операции, чтобы не вызывать подозрения у объектов. Через пару минут глухо, рокоча двигателем к дверям тату-салона, задним ходом подъехал тентованный армейский грузовик с красным медицинским крестом на дверцах. Из него выскочили солдаты и нырнув в помещение быстро, словно ковры стали выносить завернутые в черный пластик тела. Буквально через минуту погрузка была закончена и к дверям приблизился гражданский, который осмотрев дверь, вставил маячок на разрыв контакта в щель у пола и закрыв, запер ее на два оборота. После чего не оглядываясь, деловито покинул место событий. Вся операция заняла несколько минут. Снова воцарилась тишина и покой. Еще несколько окон зажгли электрический свет, не догадываясь кто и что этой ночью жило под их ногами.

***

Небольшой поток пыли и жженного мусора, осыпавшихся вслед за нырнувшим вниз Сагитаем превратился в пыльный поток, безудержно сваливающийся вниз и норовящий придавить и засыпать с головой. Сагитай сделал несколько шагов вперед в сторону освещаемого в этой пыльной среде прохода. Поток мелкого мусора за спиной не прекращался, наоборот он вдруг усилился и с потолка начали отваливаться и падать куски досок и вспучиваться ржавые куски металла. Поняв, что дело плохо, боец рванул вперед, но тут же опрокинулся на спину. Удерживающая его веревка, застрявшая или зацепившаяся за что-то, остановила его. Быстро сообразив в чем дело, Сагитай перерезал ее ножом и слыша, как сыпется ему на голову и маску надвигающаяся сзади гора мусора рванул вперед. Фонарь уже не давал ничего кроме столба света перед собой в котором невозможно было разглядеть даже из чего сделаны стены и насколько широк или высок коридор, по которому он шел вперед, выставив АК перед собой. С потолка упало несколько блоков, сделанных непонятно из какого строительного материала и что-то громоздкое выперло из стены. Очевидно, что мусорный отвал, в котором он находился был крайне нестабилен. Разбереженный бомбардировками он словно вспенился и обзавелся выгоревшими пустотами, разорвавшими устоявшиеся слои, сделав их неустойчивыми и непредсказуемыми. Обвал позади продолжался и размышлять о том, чтобы вернуться было бесполезно. Облако пыли и сажи, которое обгоняло бойца уже, наверное, бы задушило его, если бы не респиратор под пластиковой маской. Респиратор начал забиваться, и чтобы сделать вздох Сагитаю приходилось открывать рот и буквально высасывать воздух через фильтр. Наконец он отошел, как ему показалось достаточно далеко от места обвала, чтобы остановиться, осмотреться и заменить фильтрующий элемент. Если здесь окажутся зомби, он будет в уязвимом состоянии. Отчего-то он ярко вспомнил рассказ Калмыка, когда тот менял свою разбитую маску на Ростке. Луч фонаря давал лишь частичное понимание об окружающей остановке. Потолок был низкий, его можно было нащупать ладонью над головой, стены состояли из склеенного друг с другом или прессованного мусора. Здесь явно прослеживалась человеческая деятельность. Прижавшись к стене, Сагитай приподнял маску, задержал дыхание и несколькими движениями выкрутил плоскую шайбу фильтра респиратора, тут же вкрутив на ее место свежую. Опустив забрало, он наконец свободно вздохнул, ощущая облегчение. Тем временем позади движение грунта остановилось и тяжелая, медленная, густая пыль серыми занавесками колыхалась в воздухе, медленно оседая и подрагивая. Боец сел на одно колено выставив автомат вперед. Верный укороченный АК102 с пластиковым увеличенным магазином, через который можно было увидеть сколько патронов в рожке, съемными прицелами, которые он не взял с собой, должен был без проблем выдержать загрязнения и верно отработать по мишени, которая могла возникнуть в свете его тактического фонаря. План Сагитая был прост, дождаться пока осядет пыль, затем осмотреться что сзади и, если выхода как он был уверен не будет, двигать вперед. Наблюдая и почти слыша как медленно оседает пыль он терпеливо ждал, не снимая пальца со спусковой скобы автомата. Может быть за ним наблюдают, может быть ждут момента, может быть там впереди в этом тоннеле к нему медленно крадется гнус? Он не мог этого знать. Единственное на что он мог полагаться сейчас это на слух и лишь немного на зрение, а еще на своих армейских или сталкерских богов, которые должны были бы искать его в этом подземелье, потому что… потому что он хороший солдат, не трус и не дурак, а еще он верный товарищ, а таких не дают в утрату без хорошего боя.

Еще несколько минут прошло без движений и звуков. Только легкий шум воздуха, проходящего через респиратор и ровный, мощный, но спокойный стук собственного сердца. Видимость наконец улучшилась и узкий тоннель, который с легким наклоном шел вниз, теперь просматривался на десяток метров. Тоннель был шириной всего в пару метров, такой же высоты, утоптан и даже имел следы как будто бы каких-то тележек, продавивших след в прессованном мусоре. Стены были укреплены распорками, некоторые из которых явно не были второсортным материалом, а представляли собой вполне приличные деревянные опоры, потолок обтянут ржавой железной сеткой, прибитой разномастными кольями. Сагитай обернулся назад. Преследовавшая его лавина мусора застыла далеко позади, рухнувшие сверху крупные куски непонятно из чего сделанных блоков, частично засыпали проход, очевидно сделав всю конструкцию сводов еще менее надежной. Идти назад и пытаться разгрести завал, рискуя обрушить несколько метров мусорных масс на себя было глупо. Запах, кислятины и какого-то перегара, который наверху был лишь намеком здесь был жесток и немилосерден. Боец ощущал его даже через респиратор, который задерживал лишь механические частицы, против химических соединений тот был бессилен. Очевидно дышать этим "перегаром" продолжительно было невозможно. Происходящие вокруг процессы окисления воровали кислород и теперь боец понял почему он ощущал биение собственного сердца. Воздуха решительно не хватало. Нужно было выбираться. Сагитай двинул вдоль стен, постоянно отвлекаясь мыслью на вопрос: откуда в мусорной свалке подобное сооружение? Выкопать червям такой объем за те пару недель, которые возможно были в их распоряжении, представлялось маловероятным, кроме того материал, который использовался для опор вряд ли можно было отыскать здесь, хотя…

Тяжело дыша и постоянно испытывая желание вдохнуть больше воздуха, он осторожно шел по едва уловимому спуску. Недостаток кислорода уже давал о себе знать шумом в ушах, слабостью в руках и холодной испариной.

Таким образом, освещая пространство перед собой он прошел несколько минут и с жуткой отчетливостью вдруг услышал впереди топот бегущих людей. Шаги были едва слышные, тем не менее не скрывающие своего присутствия, очевидно бежали босиком или в легкой обуви, судя по нарастанию, к нему и уже очень близко. Луч его налобного фонаря осветил четыре человеческие фигуры, бегущих не таясь, посередине тоннеля. Незнакомый холод в груди, где на прочном шнуре в кожаном мешочке висел защищающий его артефакт, подтвердил его худшие опасения. Четыре фигуры, практически без одежды, с характерными венозными рисунками на все тело и нижнюю часть лица, без повреждений, очевидно его ожидали. Трое мужчин и женщина, низкорослые и худые. Сагитай короткими очередями, прицельно, вкладывая по несколько патронов в очередь, быстро семеня ногами назад, уронил первого, затем второго, затем немного замешкавшись ловя в прицел, рыскающую из стороны в стороны фигуру, уронил третьего зомби и уже четвертого, а точнее четвертую встретил в упор и отступил в сторону, дав телу упасть не на него, а на пол. Быстро перечертив пространство тоннеля фонарем, он отступил на десяток метров перезаряжаясь. Магазин с сорока пятью патронами был пуст наполовину, но сейчас думать о рациональном расходовании было некогда, и он вставил новый рожок, сразу же ловя в прицел нового зомби. Еще несколько выстрелов и отступление, затем еще один, затем еще, затем опять баба, причем та же самая с обвисшими разноразмерными сиськами, уронив которую он снова отошел назад… и тут до него дошло. Их всего было четверо. Просто они вставали после того как он отступал, восстанавливаясь в несколько секунд там в темноте и опять атаковали. У него просто не хватит патронов чтобы действительно уничтожить их, скорее наоборот, они доберутся до него. Ох, ему бы сейчас один из тех мечей, что принесли с собой сталкеры, почему он не попросил ни одного себе, перед тем как кинуться в эту ловушку? Или… догадка мелькнула в голове, если он не отойдет от тел, то экранирует их своим артефактом. Луке это мешало кормиться на расстоянии трех с половиной метров, значит и ему нужно сделать так, чтобы они легли у его ног. А после? А после использовать нож, чтобы отрезать им к чертям головы, если он не хочет чтобы они напали на него со спины. Занятная перспектива.