— Гидромассажная ванна за этой дверью, сауна за той, — указала Эви на деревянную дверь. — Туалет рядом. — Эви указала, где была каждая комната, перед тем как подошла к шкафу и достала два свернутых коврика, раскатывая их на полу рядом друг с другом. — Бет купила эти коврики, как ты просил.

Коннер усадил Уинтер на один из них.

— Сегодня я хочу посмотреть, на какой стадии восстановления ты находишься, и покажу Эви несколько упражнений, которые ты должна делать утром и вечером. С сегодняшнего дня я буду регулярно приходить, и мы около часа будем заниматься. Звучит неплохо?

Обе женщины согласно кивнули. Спустя час Уинтер уже не была так уверена. Она сбросила с себя футболку и сидела на коврике после завершения занятия, покрытая потом.

— Готова к гидромассажной ванне? — спросил Коннер.

— Да, — простонала Уинтер в ответ.

— У меня есть купальник для тебя. — Подойдя к шкафу, Эви достала маленький пакет и последовала за Коннером, который нес Уинтер к ванной комнате, где ее быстро переодели.

— Кто выбирал этот купальник?

— Я. Тебе он не нравится? — улыбнулась Эви.

— Не в этом дело, это стринги. Я не ношу стринги, и лифчик слишком маленький, — запротестовала Уинтер.

— Ты выглядишь отлично, кроме того, никто не увидит его, кроме меня и Коннера.

Она была права. Уинтер уступила из вежливости, так как не хотела заставлять Коннера ждать, и Эви открыла дверь в ванную комнату. Уинтер старалась не смущаться, когда он медленно опустил ее в гидромассажную ванну. Они расслабленно сидели десять минут, когда Коннер сказал, что пора заканчивать. Эви помогла ей надеть халат, после чего проводила Коннера наверх в комнату Вайпера. Уинтер уже засыпала, когда он положил ее на кровать.

Коннер вышел, помахав Эви. Она подождала, пока он выйдет, перед тем как развязать халат Уинтер, не желая, чтобы она намочила кровать. В дверях появился Вайпер.

— Я позабочусь об этом. — Эви вышла из комнаты, и Вайпер снял с Уинтер халат и влажный купальник. Затем достал футболку из комода и надел ей через голову, заметив, что ее соски напряглись в прохладной комнате. Накрыв девушку пледом, он немного прибавил температуру и лег рядом с ней на кровать.

Следующие два дня были физически тяжелыми для Уинтер, но она стала чувствовать себя более сильной. Она не позволила бы Эви помогать ей, если бы ей не нужно было пользоваться инвалидным креслом, чтобы добраться до ванной. К счастью, дверной проем и комната были достаточно большими. Вечера она проводила наверху в комнате Вайпера, где либо Эви, либо Бет присоединялись к ней за ужином. Вайпер приходил лишь когда она спала. Уинтер научилась делить кровать с Вайпером ночью. Трудно было спорить с кем-то, кто ожидает, пока ты отключишься в медикаментозном сне.

Она узнала, что у Вайпера не было и грамма стеснения. Он отказывался надевать что-либо в кровать и сверкал своим обнаженным телом, когда вставал или выходил после душа. Уинтер отводила взгляд, но так или иначе его образ отпечатывался в ее голове — и это убивало, особенно, когда она читала в тишине или отдыхала на диване за просмотром телепередач. К счастью, ей удалось убедить себя, что влечение, которое она к нему испытывала, прошло. Она не даст ему еще одну возможность причинить ей боль.

Уинтер позволила себе непринужденный флирт с Коннером. Она могла сказать, что он привлекал ее и заставлял почувствовать то, что она не ощущала долгое время. Он помогал ей чувствовать себя вновь нормальной. Несмотря на инвалидное кресло, она начинала делать что-то самостоятельно. Уинтер больше не чувствовала себя инвалидом.

Каждое утро перед приездом Коннера, Вайпер спускал ее на руках вниз, а потом приходил в конце занятия, чтобы отнести наверх. Коннер и Вайпер не разговаривали между собой, только обменивались друг с другом сухими словами благодарности.

Был вечер пятницы. Усталость и беспокойство нахлынули на Уинтер, замкнутую в одном месте. Книга, которую она читала, не могла привлечь ее внимания. Вздохнув, она закрыла книгу. Наступило почти время ужина, и она знала, что будет в компании Эви несколько часов. Эви принесла ей поднос, одетая в короткие шорты и кружевной красный кожаный топ, под которым ничего не было. Уинтер посмотрела на нее с удивлением. Девушка улыбнулась ей.

— Сегодня вечер пятницы. Мы всегда устраиваем вечеринку внизу, чтобы расслабиться.

Уинтер старалась удержать нейтральное выражение лица, чтобы не показать Эви, что ее чувства были задеты.

— Возможно, на следующей неделе, Уинтер, когда ты окрепнешь, — сказала Эви, поняв эмоции Уинтер.

Уинтер неуверенно улыбнулась, поднимая вилку. Было понятно, что Эви спешит уйти, поэтому она отпустила ее и взяла свою книгу, чтобы почитать после ее ухода. Она слышала музыку, смех мужчин и хихиканье женщин, доносящиеся снизу. В конце концов, неспособная сосредоточиться на книге, она приготовилась ко сну. Скользнув между прохладных простыней, она выключила свет и уснула.

Тяжелый удар о стену напугал ее, и она проснулась посреди ночи. Негромкий вскрик испуга сорвался с ее губ, прежде чем она смогла сдержать его. Теплой рукой Вайпер обхватил ее затылок, возвращая обратно к себе на грудь.

— Ш-ш-ш… засыпай, — пробормотал он.

— Что это было? — спросила она сонно.

— Ничего, засыпай. — Он поглаживал ее спину, пока не почувствовал, что она снова уснула.

В субботу Уинтер рано проснулась и оделась раньше Вайпера. Она сидела и читала в своем кресле у окна, когда он лениво потянулся, просыпаясь.

— Ты давно встала?

— Недавно. Я подумала, что почитаю, пока ты не проснешься.

— Буду готов через минуту.

Вайпер справился быстро, и Уинтер была внизу и ела свой завтрак прежде, чем большинство остальных вытащили себя из постелей. Эви вошла на кухню, одетая в треники и футболку, ее волосы были собраны в «конский хвост». Джуэлл и Эмбер также заняли места за столом, обе были с темными кругами под глазами.

— Смотрю, вы хорошо повеселились, — сказала Уинтер с улыбкой.

— Можно и так сказать, — улыбнулась Эви.

Бет и Рейзер вошли на кухню, и это удивило Уинтер. Они наполнили свои тарелки и присоединились к Уинтер за столом.

— Мы как раз говорили Уинтер, что хорошо провели время прошлой ночью, — сказала Эви, пока Бет откусывала кусочек яичницы.

Бет покраснела, продолжая смотреть в тарелку. Уинтер посмотрела на нее с любопытством.

— Я сказала Уинтер, что она может присоединиться на следующей неделе, если окрепнет, — сказала Эви, наблюдая за общей реакцией.

Бет и остальные посмотрели на Вайпера, чтобы увидеть его реакцию. Уинтер поспешно вмешалась:

— Все в порядке, я не хочу навязываться. Я и так уже доставила…

— Я думаю, это хорошая идея, — прервал ее Вайпер, подбирая бекон, который она оставила несъеденным на своей тарелке.

— Хорошо, у меня как раз есть наряд, который ты можешь позаимствовать.

— Ох, нет, не нужно. — Бет покачала головой. — Она может одолжить один из моих, и я поговорю с ней перед этим. Не хочу повторения моего первого опыта.

Уинтер поняла, что это не простая вечеринка.

— Возможно, я пропущу. Но все равно спасибо.

— Думаю, тебе понравится. Будет не так много народу, как обычно. Некоторые разъедутся в среду по домам на День Благодарения. Мы обычно устраиваем ужин здесь, и каждый вносит свою лепту, но некоторые из ребят всегда едут домой, — пояснила Джуэлл. Темные волосы, свободно падающие вокруг лица, в сочетании с зелеными глазами придавали Джуэлл чувственный вид. Рядом в ней Уинтер чувствовала себя обычной и блеклой.

— Я подумаю об этом, — сказала Уинтер, ковыряясь в тарелке.

— Давай приступим к твоим утренним упражнениям.

Эви упорно работала с ней в то утро, и Уинтер была довольна результатами, которые видела. Она перестала принимать обезболивающие таблетки, предпочитая справляться с терпимой болью, чем принимать лекарства дольше необходимого. Они решили отказаться от гидромассажной ванны, вместо чего предпочли посидеть на кухне и выпить холодного пива. Рейзер тоже тренировался, поэтому Эви напрягла его, чтобы он отнес Уинтер наверх на кухню. Затем Эви попросила Трейна перенести Уинтер на диван в гостиную, и он вежливо сделал, как ему сказали, перед тем как вернулся на кухню за своей едой. На ней все еще были одеты шорты и розовый спортивный бюстгальтер, но так как больше никого не было в комнате, Уинтер не позволила этому беспокоить себя.