— Убирайся!

— Ты злишься, потому что хочешь признать это или нет, тебе понравилось. Тебе это очень понравилось, и мне это очень понравилось. И тебе придется смириться с этим. — Он скользнул руками вниз по ее влажному животу, опускаясь к промежности, тщательно вымывая ее намыленной ладонью.

— Нет, я не смирюсь. — Она смахнула его руки.

— Смиришься. Я люблю трахаться и играть, и когда делаю это, меня не волнует, наблюдает кто-то за мной или нет. Большинство из нас не волнует. Все ходили на цыпочках вокруг тебя. Это закончилось сегодня, — сообщил он ей с безжалостными нотками в голосе.

— Я не новобранец в твоем маленьком клубе. Я не такая, как те женщины, которые хотят присоединиться к байкерскому клубу «Последние Всадники». В отличие от них, я не трахалась бы со всеми за голоса, — она кричала на мужчину, которого, как было известно, все боялись. У него был полный контроль над байкерским клубом, и он был сильным и достаточно жестким, чтобы уничтожить любую угрозу, с какой бы они не столкнулись.

Вайпер рассмеялся.

— Милая, сегодня вечером ты получила голоса Кэша и Трейна, и тебе не нужно трахаться со всеми, лишь с шестью из восьми главных членов клуба.

Игнорируя ее проклятья, он повернул струю воды, смывая с нее мыло. Подняв ее, он вышел из душа, затем снял полотенце с вешалки и вытер ее, а потом отнес в кровать. Расположившись рядом с ней, он натянул на них одеяло.

— Что ты делаешь? Я хочу надеть свою ночнушку.

— С этого момента, рядом со мной ты спишь голой. Только когда у тебя критические дни, ты можешь надеть трусики, — уступил он с последним.

— Катись к черту, — огрызнулась она.

Вайпер улыбнулся ее характеру, прижимая ближе к себе:

— Я так понимаю, ты не хочешь заработать мой голос сегодня?

Она попыталась ударить его, но он перехватил ее руку, осторожно поворачивая, пока не прижался к ее спине.

— Приму это, как нет. Засыпай.

Уинтер хотела накричать на него, но усталость из-за долгого дня истощила ее тело. Душ расслабил мышцы, и теперь она только хотела удобно лежать рядом с Вайпером. Она разберется с ним утром, пообещала она себе.

Уинтер разбудило утреннее солнце. Она лежала неподвижно, не желая разбудить Вайпера. Осторожно подвинувшись к краю кровати, Уинтер перебралась в свое инвалидное кресло. Взяв вещи, она направилась к тумбочке рядом с кроватью и, убедившись, что Вайпер все еще спит, схватила его телефон. Оказавшись в ванной, она сделала быстрый телефонный звонок. Одевшись и собрав волосы в хвостик, она подъехала к двери ванной комнаты и выглянула, чтобы удостовериться, что он все еще спит.

Двигаясь не спеша, чтобы скрип половиц не поднял тревогу, она медленно ехала по спальне, пока не достигла двери. Выглянув в коридор, она никого не увидела. Девушка надеялась, что все еще спят после долгой ночи. Она выкатила свое кресло в коридор и тихо закрыла за собой дверь. Уинтер покатила по коридору в полной уверенности, что на этот раз ей удастся сбежать. Когда она добралась до верхних ступенек лестницы, из нее ненамеренно вырвался крик испуга.

Шейд стоял, небрежно прислонившись к стене — его не было видно из коридора. Он выглядел уставшим и раздраженным, и взгляд у него не был добрым, он был пугающим.

— Куда-то собралась? — спросил он небрежно.

— На завтрак, — Уинтер старалась не казаться виноватой.

— Еще все спят.

— Я могу приготовить сама.

— Как ты собиралась спуститься по лестнице? — спросил он холодно.

Уинтер не ответила на его вопрос.

— Что ты здесь делаешь? — нетерпеливо спросила Уинтер.

— У Вайпера было предчувствие, что ты попытаешься сбежать после прошлой ночи, — Шейд пожал плечами. — Похоже, он оказался прав.

— Он попросил тебя стоять здесь всю ночь? — недоверчиво спросила она.

— Да. Тебя спустить вниз или ты вернешься в постель?

— Спусти вниз, пожалуйста, — Ей нужно быть внизу, чтобы план сработал. Дверной звонок раздался в тот момент, когда Шейд уже собирался поднять ее на руки.

— Твой сообщник?

— Кто это? — спросил Вайпер позади нее.

Уинтер напряглась. Он был одет в потертые джинсы, низко сидящие на его бедрах, и на нем не было рубашки. Он даже не надел обувь. Она чуть было не ответила ему, но знала, что стоит ему открыть дверь, он сразу получит ответ на свой вопрос. Она решила, что будет глупо пререкаться.

— Пастор Дин.

Вайпер ухмыльнулся.

— Могло быть хуже. Шейд, открой дверь, пока я возьму Уинтер.

Ожидая, что Вайпер вернет ее обратно в комнату, она была удивлена, когда он поднял ее на руки и понес вниз.

Пастор Дин вошел в дверь, когда Вайпер достиг нижней ступени лестницы.

— Вайпер, Шейд, Уинтер, рад видеть вас всех снова. — Пастор Дин улыбнулся каждому из них. Уинтер был смущена тем, что красивый священник видел ее на руках у Вайпера.

— Хочешь кофе? — спросил Вайпер и, не дожидаясь ответа, понес Уинтер на кухню и усадил за стол, после чего поставил кофейник.

— Звучит неплохо. — Пастор Дин сел за стол рядом с Уинтер, ободряюще ей улыбнувшись.

— Я иду спать, Вайпер.

— Спасибо, Шейд. — Он вышел, не сказав ни слова ни ей, ни пастору Дину. Сердитый взгляд Уинтер следовал за ним до двери.

— Так что тебя привело в такое раннее утро, Дин?

— Я позвонила ему.

Вайпер облокотился на столешницу, сложив руки на груди. Его взгляд пригвоздил ее к стулу, потом он взял кружки и налил в каждую кофе. Поставив их на стол, он сел за него.

— Зачем?

— Я попросила его отвезти меня домой.

— В таком случае, он зря приехал. Ты не готова еще жить самостоятельно. Подожди еще пару недель, и если все еще будешь хотеть уехать домой, тогда я отвезу тебя сам, — сказал он, поднося свою кружку к губам.

— Я хочу поехать домой прямо сейчас.

— Это невозможно.

— Почему?

— Я думаю, это очевидно, — ответил он.

— Нет, не очевидно. Я могу сама забираться и слезать с коляски. Могу одеваться и готовить. Есть люди и в худшей форме, чем я, и они остаются сами по себе.

— Это так. Но есть ли у тебя спортивный зал со всем оборудованием, которое тебе нужно? У тебя есть гидромассажная ванна, чтобы расслаблять твои мышцы; кто-то, кто будет массировать твои ноги от спазмов, от которых ты все еще принимаешь лекарства? Конечно, ты можешь быть сама, но это сильно замедлит твое выздоровление. — От сурового напоминания Вайпера о ресурсах клуба, которые способствовали ее восстановлению, Уинтер почувствовала себя неблагодарной.

Ей не хотелось это признавать, но он был прав. Он даже не упомянул, что Эви занимается с ней по утрам и вечерам.

— Я все равно хочу вернуться домой, — сказала Уинтер, все еще не сдаваясь.

— Ты просто хочешь сбежать из-за прошлой ночи.

— Что случилось прошлой ночью? — спросил пастор Дин, когда Уинтер промолчала. — Все в порядке, Уинтер, я могу догадаться. В первый раз, когда Бет пошла на одну из этих «пятничных вечеринок», она перестала видеться с Рейзером и начала встречаться со мной. Позволь мне задать тебе вопрос, и я хочу, чтобы ты была честна. Они заставляли тебя делать что-либо, чего ты не хотела? — Серьезное выражение лица пастора не оставляло сомнений, что он заботится о ней.

— Нет.

— Она позволила мне трахнуть себя пальцами на глазах у Трейна и Кэша, — сообщил Вайпер пастору без угрызений совести.

— Вайпер…

Он пожал плечами и посмотрел на Уинтер.

— Это ты втянула его в это. Я не смущаюсь.

Уинтер сгорала от стыда.

— Ну да, какое смущение. Вероятно, ты делаешь это каждый вечер пятницы, — ответила Уинтер с ненавистью.

— Красотка, обычно по пятницам я делаю больше, чем это. Я сдерживал себя ради тебя. — Уинтер ошеломленно смотрела на него. Этот придурок думал, что сделал ей одолжение.

— Не надо мне делать никаких одолжений, ты, придурок! — закричала она на него.

— Будь осторожна, разговаривая со мной, или в следующий раз я не буду сдерживаться. Я не из стыдливых. Меня не волнует, кто видит, как я трахаю тебя, — предупредил он.