— Ну, в общем, не знаю, как тебе сказать, — Вадим замялся. — Да важно ли это?

— Значит, не сон… — девушка выпрямилась, ее губы задрожали. — Я убила человека.

— Да не человек это был, а сволочь, — Крот обнял Ладу и поцеловал. — Ты ничего ему не сделала, а он походя влез в твою судьбу и гадали как мог. У этих гадов от безнаказанности крышу сносит, это уже не люди, а зверье мерзкое. Они даже не понимают, что утратили все человеческое. Чем меньше их будет на земле, тем легче станет жить.

— Я тебя понимаю, — девушку ответила на поцелуй и вернула его обратно. — Я не сказала, что он хороший человек. Дело не в нем, а во мне. Для тебя темные и светлые силы лишь слова, а для меня реальность. Начни творить зло и оглянуться не успеешь, как у тебя энергии не останется, и потемнеешь. А что я без дара? Простая, не очень симпатичная девчонка, каких вокруг немало?

— Я тебя все равно буду любить. И ты красивая…

— Глупый ты, но продолжай врать, мне приятно, — улыбнулась Лада. — Я реально себя оцениваю, поэтому не хочу остаться без дара.

— На тебя напали, похитили, могли убить, ты просто защищалась.

— Защищаться можно и от зверя и от человека, но убивать нельзя. Мы не имеем права, потому что не знаем, кто и для чего здесь находится. У Брэдбери человек случайно убил бабочку, и весь мир изменился. И неважно была ли эта бабочка плохой или плохой, ее не стало, и все стало другим.

— Это всего лишь рассказ, к жизни он не имеет никакого отношения. Ивашев мог изнасиловать и убить тебя, а через день даже не вспомнил бы об этом.

— Изнасиловать? — Лада на мгновение закрыла глаза. — Нет, слава богу, обошлось, хоть все равно мерзко, каждый из охранников меня пытался пощупать, залезть под белье, а я даже не могла понять, сон это или реальность. Ох!

Вадим обнял ее, прижал к груди и почувствовал ее горячие слезы на своих руках. Его маленькая и такая сильная девушка плакала от бессилия и горечи, оттого, что людей вокруг становится все меньше, а зверья, которое управляется только инстинктами, все больше. А он где был? Крот вздохнул и нежно ее поцеловал в макушку.

— Неужели нам нельзя защищаться от них? Они могут убивать, а мы нет?

— Им тоже нельзя убивать, только они не знают об этом, потому что живут одной жизнью, сегодняшней, вот и пытаются все ухватить, отобрать у других. Они обычные бабочки однодневки, которым ничего не объяснишь. Они не знают, что впереди будет еще жизни, и нельзя в них идти с плохой энергетикой, иначе гибель, уничтожение…

— А разве мы не все такие же?

— Существуют те, кто помнит о своих прошлых жизнях. Они другие. Когда понимаешь, что твое сегодняшнее тело не последнее, что будет другая жизнь и другое тело, то начинаешь ценить то, что уйдет, когда погибнет плоть.

— И что уйдет?

— Душа.

— В это никто не верит.

— Да, и появляются такие сволочи, которые портят жизнь другим, — девушка тяжело вздохнула. — Но мне убивать нельзя, я могу потерять свой дар, он же накапливается с каждым перерождением, его вырастить трудно, на это требуется несколько жизней, а лишиться его легко.

— Ты ничего не потеряла, — он ее еще раз поцеловал, потом положил голову ей на колени, и ему стало тепло, приятно, покойно… — Когда ты спала, у тебя из пальцев шарики вылетали, красивые, разноцветные, они летали и таяли…

— Я такие любила пускать в детстве, — девушка вздохнула и погладила его по волосам. — Значит, не исчез дар. Это хорошо. Может и действительно нужно было эту сволочь убить?

— К тому же, ты не могла себя контролировать, потому что была под воздействием наркотиков…

— И это правда, — девушка грустно улыбнулась. — Спасибо.

— За что?

— За то, что поехал меня спасать, за то, что волновался обо мне, переживал. Знал, что тебя могут убить из-за меня, а все равно пошел.

— Это тебя могли убить из-за меня, ты к моему оберегу вообще никакого отношения не имеешь.

— Я к тебе имею отношение, а значит и ко всему, что у тебя есть.

— Не говори ерунды! Эта сволочь Ивашев решил, что имеет право похищать людей, накачивать их наркотиками и убивать. Он получил по заслугам.

— Наверное, ты прав, только его убила я, а делать этого не стоило, — Лада нежно поцеловала его. — Это тебе за то, что ты меня спасал. Значит, я тебе не безразлична.

— Я же сказал, что тебя люблю.

— Нельзя бросаться такими словами.

— А я и не бросаюсь. Когда мне позвонили и сказали, что тебя похитили, я думал, у меня сердце разорвется…

— Понимаю. И что с этим делать будем?

— Выходи за меня замуж.

— Раз у тебя все так серьезно, то буду думать.

— Хорошо, а пока ты ничего не решила, даже встречаться не будем, не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня.

— А мое мнение ты не спрашиваешь?

— Нет.

— А зря, — Лада улыбнулась. — Я тебя в беде не оставлю. Ты из-за меня жизнью рисковал, а я тебя брошу? Нет, так я поступить не могу, на мне долг.

— Да какой на тебе долг? Думаешь, я тебя спас? Не фига! Это ты нас спасла. Одурманенная, сонная, больная, а вырубила и охранников и Ивашева. Я же в это время пытался только выторговать тебе жизнь за мой оберег. Это из-за меня ты попала в такую ситуацию…

— Не бери на себя больше чем бог, это он решает, кто с кем встретится, и что из этого выйдет, — покачала головой девушка, впрочем, тут же его поцеловала, чтобы не принимал ее слова всерьез. — Еще расскажи, что ты меня родил. И вообще… наобещал, что приставать будешь, а не пристаешь, замуж звал…

— Сейчас пристану, только Волку позвоню, — Крот набрал номер. — Слава, это я Вадим, не бросай трубку. Знаю, что не любишь незнакомые номера.

— Вадим? Где ты?

— Дома.

— И я дома. Ивашев — твоя работа?

— Не совсем, но я там был.

— Понятно, значит, это твоя девушка с ним разобралась.

— А как ты догадался насчет Ивашева?

— Когда я понял, что тебя увезли, то потряс охранника в котельной. Долго бить не пришлось, парень все рассказал, когда я только собрался прижечь зажигалкой детородные органы.

— Ну ты садист!

— Работа у меня такая. Я же тебе рассказывал, что повоевать пришлось, а там мы все изучали методы быстрого допроса. В общем парень быстро понял, что я не шучу, и поведал все, что знал, правда, известно ему оказалось немного. Номера Газели он запомнил, по ней мне ребята вычислили маршрут, по которому она направлялась. Я поехал за ней и оказался у резиденции Ивашева. Позвонил Харону, чтобы тот мне помог, но он отказался. Сказав, что у нас такие проблемы появятся, которые нас прихлопнут. Я расстроился, уже собрался один идти, как увидел, что ворота открываются, а потом из них вылетает джип, причем едет зигзагами, словно за рулем пьяный. Подошел ближе к воротам, смотрю, охранник лежит без сознания. Это ты его?

— Ага, и на джипе я.

— Так я и подумал, поэтому сразу рванул оттуда. А потом уже по телевизору увидел, что с Ивашевым стало.

— Да, плохо получилось.

— Это точно. Попытаюсь дело замять или пустить по другому направлению, только мне нужно знать, что там произошло.

— Спрашивай.

— Оружие не засветил?

— Пистолет у меня отобрали еще в котельной, как и телефон.

— Хорошо. Заберу. Как погиб Ивашев?

— Размазало по стенам, как и охрану. Лада воздушный смерч вызвала.

— Тоже неплохо, оружия не применялось, значит, несчастный случай. Тебя видело много народу? Живые среди них есть?

— Из живых только охранник у ворот, которого я вырубил, когда уходил.

— Отлично, к тебе эти следы не приведут. Это твой новый телефон?

— Старый, новый забрали.

— Хорошо, будь на связи. Кстати, твоя девушка с тобой?

— Да.

— Не отпускай ее от себя, пока я информацию не соберу, а то вдруг она уже объявлена в розыск.

— Ладно, — Вадим отключил телефон и обнял Ладу. — Приказано тебя от себя не отпускать, так что сегодняшнюю ночь тебе придется провести со мной.

— Интересно, а твой Волк подумал о том, как ты сможешь меня задержать? — девушка встала. — Хотела бы я посмотреть на того, кто попытается остановить ведьму.