взаимодействующих элементов.

Как известно, генотип (конкретный геном) биологической

особи «записан» в наборе его хромосом, имеющемся в каждой

клетке, из которых она состоит. Другими словами, для данного

«объекта строительства» «внешний» (по отношению к фенотипу

в качестве информационного плана) его геном как материальное

5

6

К. Маркс, Ф.Энгельс. Соч., т. 1. − С. 568.

П.И. Борисковский. Древнейшее прошлое человечества. − М.-Л., 1957. − С. 210.

184

образование по локализации имеет «внутренний» характер7.

В многоклеточном организме благодаря набору генов, связанному с каждой клеткой, формируется как морфологическая его

структура, так и нервная система, в которой генетически заложен также определенный способ функционирования в среде

обитания, обеспечивающий выживаемость в ней данной особи.

Нас здесь больше интересуют те существенные отличия,

которые имеют место в случае «составного» биологического организма, состоящего из отдельных особей – сверхорганизма, поскольку в данном случае в процесс создания организма как некоторой целостности в отношении окружающей среды включается «прародительница» техники – прототехника. В биологическом сверхорганизме становление и развитие каждой отдельной

особи осуществляется способом, аналогичным тому, который

реализуется для любого многоклеточного организма. Однако в

нервной системе каждой особи заложена программа поведения,

целью которой является обеспечение выживания даже не столько данной особи самой по себе, сколько всего сверхорганизма

как единого целого. Эта программа и играет роль своеобразного

«генотипа» при строительстве и поддержании существования

сверхорганизма, в том числе и программы создания «прототехнических» устройств как дополнительных («небиологических»)

его составляющих, образуемых из материала среды и включаемых в определенном смысле в его состав для использования с

целью повышения эффективности функционирования. Здесь уже

на уровне «прототехнических» образований реализуется важный

момент, в дальнейшем ставший характерным для собственно техники. Но в этих случаях имеются и существенные отличия.

Применительно к этим отличиям Маркс писал: «Мы предполагаем труд в такой форме, в какой он составляет исключи7

Правда, это относится только к многоклеточному организму. Скажем, в организме одноклеточном набор хромосом составляет его часть, своего рода

ведущий элемент, как бы использующий внешние ресурсы для создания

данного организма. А в некоторых случаях (например у вирусов) – вообще в

известном смысле самостоятельную часть, непосредственно создающую

данный организм. Существует даже точка зрения, согласно которой эволюционирующим объектом во всех случаях как раз и является сам набор генов

(см., напр., Ричард Докинз. Эгоистичный ген. − М., 1993).

185

тельное достояние человека. Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых

ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый

плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что, прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально»8.

Это и верно, и нет. Архитектор действительно прежде чем построить дом должен иметь его образ в своей «голове». Но ведь и

пчела только потому строит ячейки из воска определенной формы,

что соответствующий «образ» уже «зашит» в ее инстинкте, т. е.

моделирован информацией, хранящейся в нервных клетках пчелы.

Чем же в действительности отличается от нее архитектор?

Любое «прототехническое устройство» в конечном счете

представляет собой объективацию программы, заложенной в

инстинкте животного. Однако эта объективация не есть опредмечивание некоего «идеального образа». В инстинкте животного не заложен «образ» объекта, который мог бы быть воспроизведен путем его своеобразного вещественного «отображения» –

такого преобразования некоторой ментальной структуры в структуру материальную, когда каждую часть или элемент (как и связи между ними) первой можно поставить в строгое однозначное

соответствие аналогичной части или элементу второй. Заложена

только последовательность определенных действий (т. е. говоря

упрощенно не «чертеж», а «технологическая карта») по ее созданию. И только в результате определенной последовательности

этих действий, а вовсе не в результате внешней реализации

(«объективации», «опредмечиванию») некоего «идеального образа предмета», возникает данный предмет. Как мы видели ранее, в данном отношении только на сравнительно высоких ступенях эволюции и только частично благодаря опыту вырабатывается обратная связь, которая уже в определенных изменениях

характера и последовательности действий некоторым образом

«учитывает» конечный результат.

В противоположность этому, «в голове» у человека существует идеальный образ как раз самого предмета, который пред8

К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., Т. 23. − С. 189.

186

стоит реализовать внешне. Здесь объективация идеального образа представляет именно опредмечивание, вещественное воспроизведение последнего. Другое дело, что существует также и

идеальная картина последовательности действий по достижению

данного результата, но существует не сама по себе, а уже в «привязке» к создаваемому предмету, с которым она постоянно соотносится. Поэтому в общественном сознании вообще, и в сознании

индивида в частности существуют две взаимосвязанных системы

представлений. Одна – структура технического объекта, вторая –

определенная последовательность операций, касающихся как

создания самой этой структуры (в том числе и с использованием

других технических объектов), так и достижения посредством

данной структуры определенного полезного эффекта, т. е. достижения неких технических или нетехнических результатов.

Таким образом, важное различие «прототехники» и техники

состоит в том, что в первом случае внешнее устройство получается в результате реализации программы, содержащей указание

на характер и последовательность действий. «Идеальный образ» создаваемого объекта как определенная «ментальная структура» отсутствует. Во втором случае создание внешнего объекта

осуществляется путем объективации, внешнего воспроизведения его идеального образа.

Так в чем же состоит главное отличие «архитектора» от

«пчелы»? Во-первых, в том, что он именно строит в своем мозгу, т. е. первоначально создает в нем нечто такое, чего изначально там не было. Значит ли это, что он при этом строит «из ничего», создавая нечто принципиально новое? Вовсе не обязательно. Если бы архитектору ничего не было известно об устройстве

тысяч уже существующих домов, ничего бы он и не «построил».

Он должен сначала «распредметить» существующие аналогичные материальные объекты, «идеально» скопировать один из

существующих домов, а может «в голове» создать определенный «гибрид» из элементов домов различных − но во всех случаях он для создания «генотипа» дома получает уже готовую и

вне его сущую информацию о его структуре и элементах, как и

правила соединения его элементов в определенную структуру.