– Да.

– Так сложились обстоятельства, что мы решили укрепить наш союз путём заключения брака. Поэтому…

– Шилол! – мягко перебил ее Великий Князь. – Не надо мне пытаться выдать версию, заготовленную вами для народа. Говори правду.

Мать Шилол широко распахнула глаза, не забыв придать лицу возмущенное выражение, мол, как Исиль мог вообще подумать о таком?

– Хорошо, Шилол. Давай поиграем в следующую игру. Я буду делать предположения, на которые ты, если я буду прав, будешь молчать. Если я буду неправ, то ты будешь говорить «нет». Идет? Рекомендую не лгать.

Шилол почувствовала, что у нее просто нет другого варианта, кроме как согласиться на предложение Великого Князя. Пусть угадывает, рассудила она.

– Идея свадьбы принадлежит не дроу.

Шилол молча шла дальше – Исиль прав. Инициатором является богиня Ллос.

– Сию идею предложила Ллос, каким‑то образом узнавшая о способностях Палаэля. Она приказала выдать Сиралосу замуж за Палаэля, – продолжал Исиль, краем глаза наблюдая за жрицей, лицо которой превратилось в каменную маску. – Причем, ее целью является не сам Палаэль, так как служить ей могут только представительницы женского пола. С уверенностью могу сказать, что ее целью могут быть только дети от него – дочки, которые с большой долей вероятности, унаследуют его способности. Думаю, Ллос не составит никакого труда при зачатии нужным образом изменить пол детей. Да какая Ллос! Это могут сделать архимаги‑целители, путем предварительного наложения на девушку некоторых заклинаний. Разумеется, вы будете настаивать на воспитании детей в Подземном Королевстве. Где я ошибся?

– Нигде, – вынуждена была признать Шилол.

– Я рассказал Палаэлю всю правду о вашем визите, – после короткого молчания, выдал Великий Князь, краем глаза наблюдая за реакцией Шилол.

– Зачем? – спросила та, не выразив по этому поводу никакого удивления или возмущения.

– Шилол, ты действительно считаешь, что Сиралоса способна до такой степени охмурить моего сына, что он, не оглядываясь, бросится за ней в Подземное Королевство?

– С чего ты решил, что мы хотим его переезда к нам?

Исиль с интересом посмотрел на нее.

– Интересно, а как вы, в ином случае, сможете оставить ребенка у себя? Или вы думаете, что Сиралоса и Палаэль будут жить раздельно, изредка встречаясь для… Думаю, ты поняла, о чем я говорю. Даже при этом варианте возникнет множество споров о том, где будет воспитываться их ребенок. Остается одно – переезд Палаэля.

– Ты прав, – призналась собеседница, – мы хотели реализовать именно такой сценарий развития событий. Но есть ряд нюансов, на первом месте из которых стоит твое легко прогнозируемое нежелание отпускать сына к нам.

– Я не против! – пожал плечами Исиль. – Пусть едет, если сумеете убедить его в этом. Сами. Я в этом вам помогать не буду.

– Так ты не станешь возражать, если мы его заберем с собой? – изумленно‑обрадованно воскликнула Шилол. – Я думала, что основной проблемой станет убедить тебя и Бииниэль!

– Не забрать, а убедить переехать. Это разные вещи. Насчет Бииниэль – она тоже возражать не будет. Я с ней поговорю по этому поводу.

– Но почему?

– Знаешь, Шилол, раньше бы я побоялся его к вам отпустить из‑за ярого матриархата, установленного в вашем королевстве Ллос. А сейчас не боюсь. Скорее, наоборот, стоит бояться за вас! Уверен, что вы надолго его у себя не удержите.

– Он стал настолько могуч? – коротко глянула на него Шилол.

– Сами увидите. И поговори с Сиралосой, пусть не особо его достает, – Исиль усмехнулся, – если Палаэль взбесится, то можно смело говорить, что ее жизни грозит серьезная опасность. Сколько бы жриц не встало на ее защиту.

– Ты так проникновенно говоришь, что я сама уже начала его побаиваться, – улыбнулась в ответ Шилол. – Если он такой могучий маг, то почему ты так свободно отпускаешь его из Леса к нам?

– В этом нет ничего удивительного. Палаэль скоро станет обладателем индивидуального портала, так что, в случае чего, всегда сможет прийти на помощь, где бы он ни находился.

Жрица замолкла, и Великий Князь тоже решил помолчать. Так они миновали еще одну залу, когда сзади послышалось:

– Отец! Подожди!

Они с Шилол синхронно обернулись, и увидели нагоняющего их Палаэля, небрежно покручивающего в руках плетью, хлыст которой цеплялся то за пол, то за стены, оставляя при этом в них глубокие борозды. Исиль едва не расхохотался в голос, увидев отвисшую челюсть у Шилол, взгляд которой был прикован к этой плети.

– Вы уже поговорили, сынок?

– Да, пообщались чуть‑чуть. Совершенно не представляю, как с ней жить! Я ее по попе погладил, а она сразу за плетку схватилась! Как так?

– Эх… Воспитывать ее надо! – деланно вздохнул Исиль. – Ремешком по ней надо было пройтись. По попке, которую погладить успел. А то действительно, как ТАК? – продолжил он с сарказмом. – Уже в своем дворце не погладить девушку, которую видишь пятый раз в жизни!

Мать Шилол отошла от первого шока, и, указав на плеть, спросила:

– Как… Как…

– Как я ее отобрал? – спросил Палаэль. – О‑о‑о!!! Это было легче, чем у ребенка конфету отнять!

– Нет! – почти выкрикнула жрица. – Как ты ее удерживаешь в руках?

– Как‑то удерживаю, – пожал плечами тот, – кстати, а почему я ее должен таскать? Нате! – с этими словами он протянул рукоятку Шилол, но та мгновенно отскочила в сторону.

– В чем дело? – нахмурился Палаэль.

– Ее нельзя брать в руки постороннему!!! На нее наложены заклинания, способные испепелить даже архимага!

– То‑то я покалывание в руках чувствую, – Палаэль озадаченно уставился на плеть. – И что теперь делать? Возвращать ее Сиралосе? Так она вновь ею размахивать будет по поводу и без оного, – он чуть постоял, а потом воскликнул, точно на него снизошло озарение свыше. – Придумал!

Палаэль сосредоточился, и дунул на свою ладонь, в которой покоилась рукоять плети. Ни Шилол, ни Великий Князь не увидели никакого заклинания, но от этого дуновения плеть начала осыпаться прахом. Сначала рукоять, а затем и сам хлыст.

На Шилол было больно смотреть – вытаращенные глаза, открывающийся и закрывающийся рот, не издающий ни звука, бледный вид.

– С вами все в порядке? – невинно спросил ее Палаэль.

– Все с ней в нормально, сынок, – ответил за Шилол Великий Князь, с некоторой ленцой взиравший на все представление, – ты что‑то хотел?

– Да! Дело в том, что я путешествовал с одним эльфом, который…

– Которого ты оставил с Виоэль?

– Точно! Где они?

– Виоэль где‑то ходит с сестрой Истамирэля, а человек, которого ты с помощью иллюзии выдал за эльфа, находится в гостевых апартаментах.

– Я пошел к нему, – явно обрадовался Палаэль, – Отец, мне еще понадобится от тебя одна услуга. Сейчас говорить не буду, лучше потом, за ужином расскажу.

– Хорошо.

Когда Палаэль скрылся из виду, Исиль обратил внимание на Шилол, до сих пор не сумевшую прийти в себя от увиденного.

– Еще вопросы, касательно того, почему я безбоязненно отпускаю Палаэля, будут?

– Не‑е‑е… Ллос, – зашептала она. – Кого же ты нам навязала? Бедная Сиралоса… Она с ним не справится. Будет первой жрицей, у которой муж будет принимать все решения… Бедная девочка… – и еще тише добавила. – Надо будет ей помочь. Нам. Всем.

Чуть позже Гостевые апартаменты Дроу

– Что ты хотела этим добиться? – негодовала Мать Шилол, непрестанно расхаживая по большой, богато убранной комнате, изредка бросая красноречивые взгляды на Сиралосу, понуро сидевшую на широком диване. – Отвечай!

Сиралоса от окрика вздрогнула и с мольбой посмотрела на свою подругу, Раксалону, также присутствовавшую при данном разборе.

– Она не виновата! – пришла та ей на помощь. – Палаэль допустил действие, за которое у нас, в Подземном Королевстве, любому бы мужчине отрубили руку! Совершенно понятно, почему Сиралоса не смогла сдержаться.