– Она там есть, – ответил за Блада Грев. – Галактические координаты соответствуют планете Семицветик. Стыдно, штурман, таких вещей не знать. Самый знаменитый галактический курорт. Хотя цены на этом курорте такие, что господам из КОФЕ там делать нечего. Наверное, они потому и не включили ее в свои штурманские карты.

– Да знаю я про этот Семицветик, – раздраженно отмахнулся штурман. – Я не знаю, почему капитан назвал ее Альфаодин. И хочу понять, почему мы всетаки летим не на Тантру, согласно утвержденному ученым советом Федерации маршруту экспедиции, а на этот ваш курорт для толстосумов, где без миллиона кредо в кармане вас даже в самый задрипанный отель не пустят.

– Нас пустят, – расплылся академик. – Нола, принеси мою заначку! – Дроиды по приказу Нолы втащили в каюткомпанию метриловую дверь. – Думаю, на то, что за нее выручим, месяц в пятизвездочном отеле можно зависать.

– Месяц! – хмыкнул Грев. – Да в этой «железке» столько миллиардов, что там весь отель можно с потрохами купить. Теперь понятно, кто тут до нас покопался. Работяги говорили, что на этом прииске ктото миллионы тонн породы переворошил. Какое расточительство – метрил на двери пускать.

– На двери, – фыркнул академик. – Да они весь город из него склепали. И не напрыгивайте больше на моего корефана. Он все сделал по уму. Оттянемся по полной программе. Денег у нас прорва.

– И кроме того, на моем счету полторы сотни миллионов галактических кредо болтаются, – поддержал Зеку Джим.

– И сто пять миллионов в грузовом отсеке лежит, – добавила Стесси. – Так что почему бы действительно после трудов праведных не отдохнуть?

– Эти деньги не наши, – отрицательно мотнул головой Блад, – и мы на них права не имеем. По возвращении на Блуд я обязан их вернуть Алонзо Бельдини.

– Не обязан, – возразила Стесси. – Он подряжал тебя чуть ли не на увеселительную прогулку, а втравил в натуральную бойню.

– Это да, – кивнул капитан. – Уверял, что фрахт абсолютно безопасен, но вряд ли он рассчитывал на нападение сонарианцев. Так что как порядочный человек я просто обязан вернуть ему деньги, которые так и не получили его сотрудники.

– А я бы как порядочный человек сделала ему предъяву за подставу, – уперлась Стесси. – Эти сто пять миллионов должны стать неустойкой за то дерьмо, в которое вы влипли по его вине.

– Предъяву? Боже мой, Стесси, – выпучил глаза Джим, – где ты таких слов набралась?

– В деревне, – опомнилась девушка. – У нас там все бизнесмены… в смысле фермеры, так говорят.

– И всетаки я не получил ответа на свой вопрос, капитан, – напомнил о себе Фиолетовый. – Почему мы изменили маршрут? Неужели только для того, чтобы поваляться на лазурных берегах и пляжах Семицветика?

– Разумеется, нет. – Блад отложил вилку, отодвинул от себя тарелку с недоеденной отбивной, вытер салфеткой губы. – Не хотелось говорить об этом за праздничным столом, чтобы не портить присутствующим настроение, но, видимо, придется. Дело в том, мальчики и девочки, что мы летим на Семицветик не развлекаться. Мы летим вслед за тем придурком, который несколько часов назад взорвал целую планету и влегкую разнес две армады. Не надо морщиться, сержант. Ни одному защитному сооружению тайного города, а если точнее, древней научноисследовательской базе Лимбо, не был нанесен серьезный ущерб. И если бы охрана черных копателей не догадалась вовремя сделать ноги, с ней было бы покончено.

– Но, если все это так, – встревожился профессор, покосившись на Алису, – зачем нам преследовать этого опасного типа?

– Чтобы остановить его. На этом Семицветике, оказывается, есть еще одна база, вроде той, что была на Лимбо. Центральная база, которая координировала работу остальных научноисследовательских центров этой древней цивилизации. Там находится база Альфаодин. И, похоже, академик абсолютно прав. Это наши прямые предки. Они положили начало хомо сапиенс, которые впоследствии расползлись по всей Галактике. По каким причинам наши далекие предки впали в варварство и растеряли накопленные знания, я не знаю, что там произошло, не имею понятия, но знания эти и технические достижения древних эпсанцев (для тех, кто не в курсе, поясняю, что этот маньяк говорил на языке моей далекой родины) чрезвычайно опасны. Предвижу ваш очередной вопрос, профессор: зачем втравливать в эту историю беззащитных пассажиров, членов обычной научной экспедиции, подвергая их опасности? Отвечаю. Вопервых, на лишние телодвижения у нас нет времени, а вовторых, этот маньяк поклялся уничтожить всех, кто был на базе Лимбо. И он не переоценивает свои силы. На такие дела у меня чутье. Я хорошо чувствую фальшь. Это не пустые угрозы. База на Лимбо всегонавсего лишь небольшой форпост по сравнению с центральной базой. И если Станиц – так зовут этого придурка, раньше нас доберется до нее и сумеет подчинить себе, то первым делом начнет гоняться за нами по всей Галактике, разнося все встречные планеты в атомную пыль изза одного только подозрения, что там можем находиться мы. Что он предпримет потом, я даже представить себе не могу. Так что с этим древним психом надо кончать. Нам только Дарта Вейдера здесь не хватает.

– А это кто такой? – жадно спросила Алиса.

– Большая бяка. Запросто подомнет под себя всю Галактику. И пока этого не произошло, его надо срочно обезвредить. Либо в смирительную рубашку затолкать, либо укоротить на голову. Задача всем ясна?

– Яснее некуда, – пробурчал Фиолетовый. Поставленная задача его, похоже, не вдохновила.

– Охренеть… – Глаза у Джима были квадратные.

– Да, юнга, скучать нам на курорте не придется, – усмехнулся Блад. – Открою тебе страшную тайну, Стесси: твой Джим мечтал когдато стать пиратом.

– Что? – вздрогнула девушка.

– В пираты, говорю, хотел пойти. Он просто жаждал грабить богатых и раздавать награбленное бедным.

Пираты Стесси за столом заухмылялись.

– Джим и представить себе тогда не мог, что жизнь подкинет миссию, масштабней на порядок, – продолжил Блад, вновь взяв вилку. – Спасти Галактику от страшного злодея… – Капитан замер, уставившись в опустевшую тарелку. – Здесь только что лежало мясо.

– И у меня.

– И у меня.

Тарелки были подчищены практически у всех. И не только тарелки. На столе отсутствовало немало как мясных, так и овощных блюд, к которым участники праздничного пира не успели даже прикоснуться.

– Фантик! – сообразила эльфа. – Вот обжора!

– Да он же лопнет, – испугалась за кота Алиса, оценив объемы украденного.

– Если в одну харю схавал – запросто, – согласился Блад.

– Это же уникальный вид, – заволновался Лепестков, сразу забыв о всяких страстях. – Его надо спасать.

Они выскочили изза стола и понеслись искать обжору. Блад, старавшийся все это время не упускать из виду Алису, вынужден был присоединиться к поискам, остальные поднялись вслед за ним. Воришку нашли быстро. Он сидел в каюте Зеки Громова, скармливая его лохматому «дедушке» украденную еду. И, что самое интересное, на столе сидела царевналягушка, внимательно наблюдая за трапезой.

– Ты что делаешь? – зашипела эльфа на Баюна.

– Эксперимент. Я тут с лягухой поспорил: сколько он сожрет, пока не лопнет.

– Что? Ты разговаривал с лягушкой? – навострил уши Блад.

Лягушка испуганно выпучила глаза и отрицательно замотала головой. Как она справилась с этой задачей, не имея в арсенале шеи, никто не понял, но она сумела это сделать!

– Не, кэп, тебе послышалось, – тут же отыграл назад экспериментатор.

– Чтото мне говорит, что врешь ты все, котяра, – покачал головой Блад, сдергивая со стола лягушку. – Лили, дай ему от меня по шее. У тебя удар слабее.

17

Питер, подперев кулаком щеку, сидел в своей каюте за столом, пялясь на лягушку. Лягушка тоже сидела, но не на стуле, а на столе в своем аквариуме и пялилась в свою очередь на Блада.

– Хотя бы квакни из приличия. Нельзя же, блин, так нагло игнорировать начальство.