— А где Артур Ллойд? — поинтересовалась Зара. Сразу после усыпления Гвинед она приказала её мужу явиться в космопорт с «Уроборосом» и прочей электроникой. Артур, кажется, совсем не понял, что происходит, но не посмел возражать.

— Мас Ллойд едет сюда в лифте, — ответил Прасад. — Послушайте…

— Ну что ещё?

— Всё это плохо кончится. Араун убьёт заложников, Эстевес убьёт Арауна и его людей…

— Увы, полковник, — Зара окуталась тёмно-сиреневой аурой печали. — Я бы хотела избежать крови, но… Вы не посвящены. Вы не понимаете, насколько важна эта информация. Она стоит многих жизней, поверьте.

Прасад поглядел на неё с презрением.

— Вы принимаете меня за гуманиста? Меня не смущает гибель всех этих рианнонцев. Меня смущают последствия.

— Какие?

— Если Араун и заложники погибнут, у Колонии не останется ни одного кандидата в прайм-админы. И даже ни одного члена Совета.

Хлопки выстрелов стали чаще — штурм, кажется, был в разгаре.

— И что?

— Такая ситуация не предусмотрена в программе контрольного тьюринга. Он может работать только в подчинении прайм-админа или другого уполномоченного лица. А если все уполномоченные умрут? Я спрашивал у программистов — никто не знает, как Бюрократ себя поведёт. Говорят, что скорее всего зависнет или вырубится.

— Допустим, и что тогда? Чем это грозит?

— Не понимаете? — полковник нахмурился. — Система жизнеобеспечения станет неуправляемой. Она саморегулируется только частично, а для ручного контроля слишком сложна. Полноценно ей может управлять только тьюринг. Если он не заработает, то через пару дней нарушится циркуляция воздуха и воды. Экосистема Колонии начнёт умирать, а за ней и мы.

Зара с сомнением посмотрела на спящую Гвинед.

— Но она всё ещё прайм-админ, да? И её можно в любой момент разбудить. И она сможет приказывать тьюрингу…

— Да, это было бы разумно, — сказал Прасад.

Зара заколебалась. Разбудить её, в самом деле? Но… Вдруг взбунтуется, отменит штурм, откажется улетать? Ну уж нет.

— Не сейчас, — решила девушка.?Подожду, пока Либи доделает своё дело, а уж потом разбужу. — Она порылась в рюкзачке, нашла ампулу с нейтрализатором снотворного. — Кстати, полковник. Надеюсь, вы не собираетесь мне мешать?

Лицо Прасада дёрнулось.

— Если я с вами спорю, это не значит, что я нелоялен.

Его возмущение было таким неподдельным, что Зара почувствовала укол вины.

— Простите, полковник. Это только нервы, честное слово. Давайте погрузим Гвин в капсулу.

Не говоря ни слова, Прасад с оскорблённым видом поднял на руки Гвинед и скрылся с ней в люке. Зара ходила по аванзалу взад-вперёд, вслушиваясь в звуки стрельбы и пытаясь сообразить, что происходит там, наверху, в коридорах вокруг Ллиса. Кто берёт верх? И где уже, наконец, этот недотёпа Артур?

Грузовой лифт открылся. Показались три сервобота-погрузчика и платформа, заставленная аппаратурой. Зара сразу узнала кейс «Уробороса», и от сердца у неё немного отлегло. Артур Ллойд вышел следом и почти бегом устремился к Заре. Его лицо было перекошено.

— Где Гвин? Что происходит?

— Спокойно, мас Ллойд, — Зара послала Артуру самую обезоруживающую из своих улыбок. — Слышите? Идёт бой. Ради безопасности нам с вами лучше переместиться на корабль.

— Я хочу поговорить с женой!

— Она спит. Очень устала и попросила снотворное. Загляните в капсулу и сами убедитесь. — Артур недоверчиво сунул голову в люк и чуть не столкнулся с выходившим оттуда Прасадом. — Убедились? Теперь грузите аппаратуру.

— Хорошо. — Несколько успокоенный Артур повёл платформу и сервоботов к грузовому люку капсулы. Зара глянула на Прасада.

— Бой уже у самого Ллиса, — сказал полковник без выражения. — Я держу связь со вторым ударным отрядом. Есть потери.

— Либи? — У Зары перехватило дыхание.

— Жива. Ещё не дошла до самой мясорубки… А это что? — полковник насторожился и к чему-то прислушался.

—… Огонь!… — донёсся сквозь выстрелы голос Арауна. — Мы сдаёмся! Файлы уже на Луне! Заложники живы! Сдаёмся! Прекратите огонь!

— Файлы на Луне?! О, нет… — Зара в отчаянии закрыла лицо.

Всё было напрасно! Всё пропало! Она провалилась!

Прасад резко схватил её за руку.

— Ваша информация ушла. Понимаете? Вам больше нет смысла их убивать. Командуйте отбой! — жёстким, почти приказным тоном потребовал он.

— Да. Да. Хорошо, — Зара взяла себя в руки. Да, она провалила миссию, но ещё по крайней мере могла спасти Рианнон. — Даймон, вызов Либертины Эстевес, по спецсвязи, срочно, высший приоритет…

— Нет доступа к спецсвязи, — доложил даймон.

— Что?!

— Вы лишены статуса в интрасети Колонии.

— Я?! — Зара в растерянности повернулась к Прасаду. — Даймон говорит, я лишена статуса в сети. Что творится?

— Я тоже, — Прасад выглядел спокойным как труп. — Время 10–15. Араун стал прайм-админом и лишил нас всех прав. Я же говорил — надо было разбудить Гвинед. А сейчас…

Взрыв, казалось, произошёл совсем рядом. Долгое эхо — отражения от бесчисленных стен полостей — прокатилось по аванзалу. Потом настала тишина. Никто больше не стрелял.

— Что это? — почему-то шёпотом проговорила Зара. — Все погибли?

Прасад пожал плечами.

— У меня всё ещё нет связи. Ничего не могу сказать.

— Вот теперь пора будить Гвинед, — решила Зара.

Портовые роботы уже закончили работу. Они стояли в стенных нишах дока, мигая зелёными огоньками — все системы в норме, капсула готова к отлёту. Зара шагнула в люк и по гофрированному коридору шлюза прошла в кабину.

Двенадцать одинаковых ярко-синих кресел располагались рядами, как в салоне маленького самолёта. За ними грузовая площадка была забита наскоро закреплёнными коробами аппаратуры. Супруги Ллойд уже устроились в первом ряду — Гвинед по-прежнему спала, Артур беспокойно вертелся.

— Что там взорвалось?

— Помолчите!

Заре было не до Артура. Она достала ампулу антиснотворного, поднесла к медбраслету Гвинед. Артур протестующе вскрикнул. Не обращая на него внимания, Зара вставила ампулу в разъём браслета и включила дозатор. Просыпайся, Гвин. Ты внезапно стала нужна.

— Всем колониалам Рианнон! — ровный бесполый голос машины заполнил помещение. — Говорит контрольный тьюринг Колонии. Возникла нештатная ситуация. Все члены Совета погибли, прайм-администратор не может исполнять обязанности. Ради выживания Рианнон я в чрезвычайном порядке отменяю ограничения моих прав. Завтра в 12–00 будут проведены выборы нового состава Совета. До этого времени я присваиваю себе сигиллу и все полномочия прайм-администратора.

— Что это?… — забормотала Гвинед, просыпаясь. — Где я? Что происходит?

— Помолчите! — зашипела на неё Зара.

— Мой первый приказ — арестовать виновников кризиса, — продолжал тьюринг. — Лейтенант Либертина Эстевес, вы обвиняетесь в массовом убийстве. Док Зара Янг, вы обвиняетесь в организации массового убийства. Док Гвинед Ллойд, вы обвиняетесь в содействии заговору Кадваллона Арауна. Вам всем запрещено покидать Рианнон. Дожидайтесь ареста. Сопротивление бесполезно. Все боевые роботы управляются мной.

— Что за гной и смрад? — повысила голос Гвинед. В другое время Зара удивилась бы, какие выражения могут слетать с уст вечно холодной и невозмутимой учёной. — Бюрократ, ты свихнулся? Что ты несёшь?

— Запретите ему! — Зара толкнула её в бок. — Заявите о себе!

— Контрольный тьюринг! Я — прайм-администратор — док — Гвинед — Ллойд! — громко и раздельно, будто говоря со слабоумным, произнесла Гвинед. — Я жива. Я способна исполнять обязанности. Верни мне сигиллу!

— Док Ллойд, — бесстрастно отозвался Бюрократ, — я лишил вас полномочий за предполагаемое соучастие в заговоре Арауна. Если суд вас оправдает, вы будете восстановлены в должности. А сейчас дожидайтесь ареста.

— Пыль и плесень и ржавь! — выругалась Гвинед (Артур только таращил на неё глаза). — Ничего не понимаю. Зара, мы в вашей капсуле? Надо улетать.

— Никуда мы не летим! — отрезала Зара. — Дожидаемся Либи, ясно?