– Для этого, милый друг, нам как минимум надо вернуться в цивилизацию, – положив руку Феликсу на плечо, улыбаясь, произнес Теркель. – И чем раньше мы туда доберемся, тем скорее начнем воплощать в жизнь грандиозные и далеко идущие планы.
– Тогда вперед, мой друг! Нас ждут великие дела! – Феликс ответил ему улыбкой и похлопал по спине.
Мужчины расхохотались и, поддерживая друг друга, похромали вперед. Вскоре дорогу им пересек игривый ручеек. Опустившись на колени, мужчины утолили жажду прохладной кристально чистой водой, а затем, раздевшись, совершили омовение, как моются воины, идущие на праведный бой. Выстирали одежду, выбивая о камни грязь и весь негатив прошлого. Легкий ветерок донес до их слуха абсолютно несвойственный для пустыни звук. Идя на него, Теркель с Феликсом вышли к дороге и вскоре, остановив первый попутный автомобиль, катили в Джидду.
Эпилог
Бревенчатый сруб на высокой подклети стоял на холме и своими окнами смотрел по разные стороны света.
Опустившись на колени, мужчины утолили жажду прохладной кристально чистой водой, а затем, раздевшись, совершили омовение, как моются воины, идущие на праведный бой.
Сразу за домом поднимался яблоневый сад. Тропинка, бравшая начало у крыльца, спускалась к реке. По берегу, у самых верб, бежала вдаль грунтовая дорога. На лугу паслась белая коза. Река, обогнув холм, пряталась в зеленом лесу.
Перед открытым окном красивая немолодая женщина замешивала тесто, а рядом седой мужчина нарезал спелые яблоки. Покончив с фруктами, он взял бидончик и пошел по тропинке к лугу.
Над миской с сочными яблоками закружила оса, примеряясь, на какой бы кусочек приземлиться. Сделав очередной круг, она зависла над миской и даже выставила лапки, как самолет выставляет шасси.
– А ну блысь. Зуззыт она тут! – замахала руками маленькая девочка, прогоняя осу.
– Софьюшка, оставь ее, ужалит! – обратилась к девочке женщина.
– А циво она насы лаблоки хоцет скусать? – возмутилась малышка.
В духовке подходил яблочный пирог, заполняя ароматом все уголки большой избы, когда на пороге появились двое молодых людей.
– Мамочка, как вкусно пахнет! Таких пирогов, как ты, никто не умеет печь! Хоть каждый день к вам с отцом приезжай, – воскликнула вошедшая женщина.
– Это точно, Анна Ярославна, – поддержал ее молодой мужчина.
– Так вы и не уезжайте, – улыбнулся хозяин, разливая по кружкам парное молоко.
– Мама, папа, оставайтесь с нами! – подхватила девочка, расставляя тарелочки.
– А ну блысь. Зуззыт она тут! – замахала руками маленькая девочка, прогоняя осу.
– Софьюшка, оставь ее, ужалит! – обратилась к девочке женщина.
Семья уселась за круглый стол, и дочь сказала:
– Вообще-то мы не просто в гости приехали. Мама, на твой городской адрес пришло письмо из ГлавРос-Лита. Они просят согласия на переиздание твоей книги «Ниже – только вверх»… Ну что, даешь добро?
Анна кивнула головой в знак согласия, утирая кончиком ситцевого платочка навернувшуюся на глаза слезу…
Конец