Поиск
1978
В КОРОЛЕВСТВЕ ДАТСКОМ
Под ногами
Асфальта паркетная гладь,
Даже клочья тумана
Стерильны, как вата, —
Чисто, словно в больнице.
По правде сказать,
Было мне в Копенгагене
Чуть скучновато.
Славен датский народ,
Честь и слава ему! —
Моряки, рыбаки,
Ветра храбрые дети…
Что ж не по сердцу мне?
И сама не пойму! —
Может, то, Что к Русалочке[3]
Ходят лишь дети?
И грустит на скале,
Над каналом, одна,
Та бедняга,
В которую я влюблена?
И что Гамлет
Здесь смех вызывает —
Не боль,
Что дворец в Эльсиноре
Лишь приманка туристов?..
Почему же так часто
Кончают с собой
В этой славной стране,
До стерильности чистой?..
1978
ДРУГУ
Утраты и обиды есть у всех,
Да вот тебе поболее досталось!
Однако так же твой раскатист смех
И добрых глаз не тронула усталость.
Жизнь многих гнет.
Однако ясно мне —
Таких, как ты,
Не бросить на колени.
Недаром подрастало на войне
Матросова и Зои поколенье!
1978
УРАЛ
Как приветлив ты!
Как суров!
Здесь слились,
Словно хохот с плачем,
Европейская
Бледная кровь
С азиатской —
Густой, горячей.
Потому у детей твоих
Отблеск древних костров
Во взгляде…
Вечерок комариный тих —
Наработался ветер
За день.
Я едва ли
Сюда вернусь,
Хоть вернуться
И обещала…
Отчего же
Такая грусть —
Иль по свету
Носило мало?
Иль давно
Не в новинку мне
Встречи,
Речи
И расставанья?..
Вижу дождик в Перми
Во сне,
А не крымского дня
Сиянье.
И студенческий стройотряд,
И буксующие дороги…
Знать, колдуют,
Зовя назад,
Деревянные пермские боги…
1978
БЕЛЫЕ НОЧИ
Запыхавшийся теплоход
Бороздит терпеливо Каму.
Солнце сутками напролет
В карауле стоит упрямо.
Знала солнце погорячей,
Но скупая дороже ласка…
Белых обморочных ночей
Бередящая душу сказка!
С берегов Берендеев лес
К нам мохнатые тянет руки.
Даже МАЗы на Пермской ГРЭС
Мне о скорой твердят разлуке.
И кричит теплоход в ночи:
«Вам лететь в Москву спозаранку!»
Словно имя сестры звучит
Слово ласковое — «Добрянка».
Позабуду ли Керчев-град —
Плавность барж,
Катеров мельканье?
И как в запани бревна спят,
Крокодильими трясь боками?
И уральских красавиц стать,
И спокойную стать Урала?
Соликамская соль, видать,
Мне сегодня в глаза попала…
1978
ВАНЬКА-ВЗВОДНЫЙ
Генералы, штабисты, подвиньтесь,
Чтоб окопники были видны…
Ванька-взводный —
Малюсенький винтик
В исполинской махине войны.
Что бои,
Что окопная мука? —
Он солдат, он привык ко всему.
Лишь к смертям не привык,
Потому как,
Умирая, тянулись к нему.
Все тянулись к нему
За защитой,
Для бойцов Ванька-взводный был бог —
Бог в пилоточке, на ухо сбитой,
В сапогах, отслуживших свой срок.
Что герой, он и сам-то не ведал:
«Мол, воюю, служу, как должон».
Сделал больше других для Победы,
Был за день до Победы сражен…
Так помянем окопного бога,
Что теперь нам сгодился б в сыны…
Ванька-взводный! —
Малюсенький болтик —
Самый важный в махине войны.
1978
ОТВЛЕКАЮЩИЙ МАНЕВР
Уютным сосняком
Ведет тропинка нас.
Неплохо босиком
Прошлепать бы сейчас.
А если здесь навек
Останемся лежать,
Нагретая хвоя —
Не худшая кровать,
Задача так проста,
Задача так чиста:
Пожертвовать собой
(Всего-то нас полста),
Пожертвовать собой —
Полротой для полка.
Наш полк, покуда бой,
Уйдет наверняка…
Задача так проста,
Задача так чиста.
Припомните о нас —
Полегших здесь полста!
вернуться
3
Героиня одноименной сказки Андерсена.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: