Твоя Надя.
P.S. Вася с 28/VIII ходит в школу.
Там же, л. 6–7. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
29 августа 1929 г.
Татька!
28-го августа послал тебе письмо по адресу: «Кремль, Н. С. Аллилуевой». Послал по аэропочте. Получила? Как приехала, как твои дела с Промакадемией, что нового, — напиши.
Я успел уже принять две ванны. Думаю принять ванн 10. Погода хорошая. Я теперь только начинаю чувствовать громадную разницу между Нальчиком и Сочи в пользу Сочи. Думаю серьезно поправиться.
Напиши что-нибудь о ребятах.
Целую.
Твой Иосиф.
Там же, л. 8. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
1 сентября 1929 г.
Здравствуй, Татька!
Получил Твое письмо. А мои два письма получила? Оказывается, в Нальчике я был близок к воспалению легких. Хотя я чувствую себя много лучше, чем в Нальчике, у меня «хрип» в обоих легких и все еще не покидает кашель. Дела, черт побери…
Как только выкроишь себе 6−7 дней свободных, катись прямо в Сочи. Как дела с экзаменом?
Целую мою Татьку.
И. Сталин.
Там же, л. 9. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
16 сентября 1929 г.
Татька!
Как твои дела, как приехала?
Оказывается, мое первое письмо (утерянное) получила в Кремле твоя мать[85]. До чего надо быть глупой, чтобы получать и вскрывать чужие письма.
Я выздоравливаю помаленьку.
Целую.
Твой Иосиф.
Там же, л. 15. Автограф.
Н. С. АЛЛИЛУЕВА — И. В. СТАЛИНУ
(Между 16 и 22 сентября 1929 г.)
Дорогой Иосиф.
Твое письмецо получила. Очень рада, что твои дела налаживаются. У меня тоже все пока идет хорошо за исключением сегодняшнего дня, который меня сильно взволновал. Сейчас я тебе обо всем напишу. Была я сегодня в ячейке «Правды» за открепительным талоном и конечно Ковалев[86] рассказал мне о всех своих печальных новостях. Речь идет о Ленинградских делах. Ты, конечно, знаешь о них, т. е. о том, что «Правда» поместила этот материал без предварительного согласования с Ц.К., хотя этот материал видел и Н. Н. Попов и Ярославский[87], и ни один из них не счел нужным указать Партийному отделу «Правды» о необходимости согласовать с Ц.К. (т. е. Молотовым[88]). Сейчас же после того как каша заварилась, вся вина пала на Ковалева, который собственно с ред. Бюро[89] согласовал вопрос.
…Жаль, что тебя нет в Москве. Я лично советовала Ковалеву пойти обязательно к Молотову и отстаивать вопрос с принципиальной стороны, т. е. если считают, что его нужно снять, так это должно быть сделано без обвинения в партийной невыдержанности, ковалевщины, зиновьевщины и т. д. Такими методами нельзя разговаривать с подобными работниками. Вообще же говоря он теперь считает, что он дейст[вительно] должен уйти, т. к. при подоб[ных] услов[иях] работать нельзя.
Словом я никак не ожидала, что все так кончится печально. Вид у него человека убитого. Да, на этой комиссии у Серго Крумин заявил, что он не организатор, что никаким авторитетом не пользуется и т. д. Это чистейшая ложь.
Я знаю, что ты очень не любишь моих вмешательств, но мне все же кажется, что тебе нужно было бы вмешаться в это заведомо несправедливое дело.
До свиданья, целую крепко, крепко. Ответь мне на это письмо.
Твоя Надя
P.S. Да, все эти правдинские дела будут разбираться в П.Б. в четверг[90].
Иосиф, пришли мне если можешь руб. 50, мне выдадут деньги только 15/IX в Промак[адемии], а сейчас я сижу без копейки. Если пришлешь, будет хорошо.
Надя.
Там же, л. 16–24. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
23 сентября 1929 года
Татька!
Получил письмо насчет Ковалева. Я мало знаком с делом, но думаю, что ты права. Если Ковалев и виновен в чем-либо, то Бюро редколлегии, которое является хозяином дела, — виновно втрое. Видимо, в лице Ковалева хотят иметь «козла отпущения». Все, что можно сделать, сделаю, если уже не поздно[91]. У нас погода все время вихляет. Целую мою Татьку кепко, очень ного кепко.
Твой Иосиф.
Там же, л. 25. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
25 сентября 1929 года
Татька!
Забыл послать тебе деньги. Посылаю их (120 р.) с отъезжающим сегодня товарищем, не дожидаясь очередного фельдъегеря.
Целую.
Твой Иосиф.
Там же, л. 26. Автограф.
Н. С. АЛЛИЛУЕВА — И. В. СТАЛИНУ
27 сентября 1929 г.
Дорогой Иосиф.
Очень рада, что в деле Ковалева ты «выразил» мне доверие. Очень жаль, если ничем нельзя будет скрасить эту ошибку. Ты мне в последних двух письмах ни слова не пишешь о своем здоровье и о том, когда думаешь вернуться…
Твоя Надя.
Там же, л. 27. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
2 июля [1930][92]
Татька!
Получил все три письма[93]. Не мог сразу ответить, т. к. был очень занят. Теперь я, наконец, свободен. Съезд кончится 10–12. Буду ждать тебя, как бы ты не опоздала с приездом. Если интересы здоровья требуют, оставайся подольше.
Бываю иногда за городом. Ребята здоровы. Мне не очень нравится учительница[94]. Она все бегает по окрестности дачи и заставляет бегать Ваську и Томика[95] с утра до вечера. Я не сомневаюсь, что никакой учебы у нее с Васькой не выйдет. Недаром Васька не успевает с ней в немецком языке. Очень странная женщина.
Я за это время немного устал и похудел порядком. Думаю за эти дни отдохнуть и войти в норму.
Ну, до свидания.
Це-лу-ю.
Твой Иосиф.
Там же, л. 32, 32. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
2 сентября 1930 г.
Татька!
Как доехала до места? Как твои дела? Что нового? Напиши обо всем, моя Таточка. Я понемногу оправляюсь.
Твой Иосиф.
Целую кепко.
Там же, л. 33. Автограф.
Н. С. АЛЛИЛУЕВА — И. В. СТАЛИНУ
5 сентября 1930 г.
Здравствуй Иосиф!
Посылаю тебе просимые книги, но к сожалению не все, т. к. учебника английского яз[ыка] не могла найти. Смутно, но припоминаю как будто он должен быть в тех книгах, которые в Сочи на столе в маленькой комнате, среди остальных книг. Если ее не окажется в Сочи, то я не могу понять куда могла она деваться. Ужасно досадно…
Целую Надя.
Там же, л. 34, 35. Автограф.
И. В. СТАЛИН — Н. С. АЛЛИЛУЕВОЙ
30 сентября 1929 г.
Татька!
Письмо получил. Передали ли тебе деньги? Погода у нас выправилась. Думаю приехать через неделю. Целую крепко.
Твой Иосиф.
Там же, п. 28. Автограф.
Н. С. АЛЛИЛУЕВА — И. В. СТАЛИНУ
1 октября 1929 г.
Здравствуй, дорогой Иосиф.
Письмо с деньгами получила. Большое спасибо. Теперь ты наверное уже скоро — на днях приедешь, жаль только, что у тебя будет сразу масса дел, а это совершенно очевидно. Посылаю тебе шинель, т. к. после юга можешь сильно простудиться. С очередной почтой (воскресной 29/IX) жду от тебя письмо. У нас пока все идет хорошо.
85
Ольга Евгеньевна Аллилуева (1875–1951) — мать Н. С. Аллилуевой.
86
Ковалев — зав. Партийным отделом газеты «Правда», с 10 июня 1929 года член редколлегии газеты, 28 июля 1929 года был избран секретарем партячейки газеты «Правда».
1 сентября 1929 года «Правда» опубликовала подборку статей под общим заголовком «Направим действенную самокритику против извращений пролетарской линии партии, против конкретных проявлений правого уклона», с подзаголовком «Коммунары Ленинграда, смелее развертывайте самокритику, бейте по конкретным проявлениям правого оппортунизма». В одной из статей были приведены фамилии членов партии, пострадавших за критику и покончивших жизнь самоубийством.
87
Ярославский Е. М. (1878–1943) — в 1924–1934 гг. секретарь Партколлегии ЦКК. Одновременно член ряда партийных газет и журналов, в том числе газеты «Правда».
88
Молотов В. М. (1890–1986) — в 1921–1930 гг. секретарь ЦК партии, в 1930–1941 гг. председатель СНК СССР.
89
10 июня 1929 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление об упразднении института ответственного редактора «Правды», а для руководства текущей работой в «Правде» было выделено бюро редакционной коллегии в составе Крумина, Попова Н. Н. и Ярославского. 17 июня 1929 года это постановление Политбюро было утверждено решением Пленума ЦК. 12 января 1931 года институт ответственного редактора «Правды» вновь восстановлен, а бюро редакции «Правды» упразднено.
90
26 сентября 1929 года Политбюро ЦК ВКП(б) данный вопрос не рассматривало. Получив 22 сентября письмо Аллилуевой, Сталин вечером того же дня направил Молотову следующую шифротелеграмму «Молотову». «Нельзя ли подождать с вопросом о Ковалеве в «Правде». Неправильно превращать Ковалева в козла отпущения. Главная вина остается все же за бюро редколлегии. Ковалева не надо снимать с отдела партийной жизни: он его поставил неплохо, несмотря на инертность Крумина и противодействия Ульяновой. Сталин. 22/IX. 22.30 г. Сочи» (Ф. 45. Оп. 1. Д. 74. Л. 18).
91
Сталин, Молотов и Орджоникидзе обменялись телеграммами и письмами по публикации в «Правде» от 1 сентября 1929 г. По указанию Сталина было решено усилить контроль ЦК ВКП(б) над газетами. В письме к Орджоникидзе от 23 сентября 1929 года он еще раз подчеркнул:
«…3) Мне сообщают, что в «Правде» нашли, наконец, козла отпущения в лице молодого человека редколлегии Ковалева, на которого и решили, оказывается, взваливать всю вину за допущенную ошибку в отношении Ленинграда. Очень дешевый, но неправильный и небольшевистский способ исправления своих ошибок. Виновны прежде всего и больше всего члены бюро редколлегии, а не заведующий отделом партжизни Ковалев, которого я знаю как абсолютно дисциплинированного члена партии и который ни в коем случае не пропустил бы ни одной строчки насчет Ленинграда, если бы не имел молчаливого или прямого согласия кого-либо из членов Бюро» (Ф. 45. On. 1. Д. 778. Л. 18–19).
92
Датировано по содержанию.
93
Не обнаружены.
94
В книге «Двадцать писем к другу» (М., 1990. С. 98) Светлана Аллилуева вспоминает, что вскоре после смерти матери «ушла от нас наша воспитательница Наталия Константиновна, чьи уроки немецкого языка, чтения, рисования я не забуду никогда. Сама ли она отказалась или ее выжили, не знаю, но весь ритм занятий был нарушен…».
95
Томик — сын партийного и государственного деятеля Артема (Сергеева Ф. А.) (1883–1921).