Появились Чень Маньяо, а также Гунсунь Вань’эр. Выражение Гунсунь Вань’эр было таким же, как обычно, уголки её губ всегда смотрели вверх. На её лице неизменно присутствовала лёгкая улыбка. Однако если сравнивать со всеми перечисленными людьми, то самые сложные чувства переживал человек, находящийся на грани безумия — Шангуань Тянью. Он стоял, вытянувшись в струну, а его черты лица были прекрасны, как и всегда. У него не было желания даже смотреть на Бай Сяочуня, поэтому он не вышел из своей пещеры бессмертного. Хотя он и не мог увидеть Бай Сяочуня, но ощущал словно его сердце укусила самая ядовитая из всех змей, а боль, которую он при этом чувствовал, было сложно описать словами. С налившимися кровью глазами и стиснутыми кулаками он произнёс:

— Ты просто дешёвый ублюдок без родителей и образования. А я — Шангуань Тянью! Настанет день, и я раздавлю тебя, как клопа.

Хотя находились люди, которые злились и завидовали, были и другие, которые желали Бай Сяочуню удачи и всего самого лучшего. Большой толстяк Чжан, Хоу Юньфэй, Сюй Баоцай, Третий толстяк Хэй, Ли Цинхоу — все провожали его добрым взглядом. Хоу Сяомэй и Сун Цзюньвань тоже вышли пожелать ему удачи, но в то же время очень переживали за него. Бессчётное количество глаз наблюдало за тем, как Бай Сяочунь поднимается в гору. Вскоре он уже дошёл до того самого алтаря на вершине, где Крутыш прорывался на стадию формирования ядра. Там его ждали три патриарха. Увидев, как он экипирован, они потеряли дар речи и обменялись неловкими взглядами. Наконец Ледосект сухо кашлянул и взмахнул рукой. Тут же с небес опустился серебряный луч света. Это был меч Небесного Рога, который начал увеличиваться, пока не достиг трёх километров в длину.

— Ну что ж, Сяочунь, время отправляться! — сказал он. Он сразу же взмыл в небо и устремился к мечу Небесного Рога. Алая Душа и мастер Божественный Ветер тоже последовали за ним и вскоре уже оказались на мече, где сели со скрещёнными ногами в рядок.

Бай Сяочунь стиснул зубы и полетел вперёд, чтобы тоже присоединиться к ним. За его спиной Крутыш запрокинул голову и взвыл, следуя за ним по пятам. В глазах Крутыша сиял восторг и предвкушение. Бай Сяочунь первый раз брал его с собой на испытание огнём, для него находиться рядом с Бай Сяочунем в такой ситуации значило очень многое.

— Вперёд! — воскликнул Ледосект громоподобным голосом. Меч Небесного Рога засиял ослепительным светом, а потом с грохотом разогнался до головокружительной скорости. Он исчез из виду в один миг, оставляя после себя лишь раскаты грохота сверхзвуковой скорости и длинную полосу серебряного света.

Только после того как Бай Сяочунь улетел, люди в секте Противостояния Реке нарушили молчание. Девять-Островов, Сун Цюэ, Призрачный Клык и остальные лучшие избранные вернулись к уединённой медитации, твёрдо намереваясь преуспеть в культивации. Все они поклялись себе как можно скорее достичь формирования ядра. Даже Большой толстяк Чжан стиснул зубы и ушёл в уединённую медитацию. Практически все в поколении Бай Сяочуня поступили подобным образом.

**

Мир культиваторов средних пределов был настолько большим, что нельзя было называть его составные части континентами. Вместо этого использовалось слово домен. Земли, занимаемые сектой Противостояния Реке, ещё недавно носили название Небесный домен, а теперь превратились в домен Противостояния. Скрытый пространственный карман располагался далеко от домена Противостояния в домене Дао, рядом с, казалось бы, бесконечной пустыней. Из-за того что пустыня находилась так далеко от реки Достигающей Небес, духовная энергия земли и неба здесь казалась слабой.

Именно в этом регионе с недостаточной духовной энергией и располагался скрытый пространственный карман, который, несмотря на своё далёкое место расположения, вовсе не был лишён сокровищ. В пустыне находился храм, наполненный чрезвычайной древностью и существующий уже нескончаемые века. Именно там и находились печати наследия и вход в скрытый пространственный карман.

Храм окружала сотня камней, торчащих из песков, по триста метров в высоту каждый. На вид камни казались очень странными, словно разбросанными случайным образом вокруг храма. Однако если присмотреться, то становилось понятно, что они расположены в специальном порядке, который изменял внутри окружённой камнями территории состояние земли и небес. Поразительно, но эти камни служили мощной магической формацией. От неё во все стороны исходили такие мощные колебания, что даже культиваторы зарождения души опасались её. Очевидно, что подобную магическую формацию мог воздвигнуть только эксперт царства дэвов.

Культиваторы Двора Звёздной Реки и Двора Реки Противоположностей уже расположились со скрещёнными ногами на камнях. Каждая из двух сект привели более двадцати культиваторов, которые были младше шестидесяти лет. Среди них находились мужчины и женщины, и у всех были очень спокойные выражения лиц. Однако в их глазах можно было сразу разглядеть надменную гордость, ведь они являлись лучшими из лучших избранных своих сект. По правде говоря, у них были все основания, чтобы гордиться собой. С первого взгляда на них становилось очевидно, насколько они отличаются от обычных культиваторов. Две секты потратили на этих избранных огромное количество ресурсов, ведь они являлись семенами, из которых должны были вырасти опорные колонны каждой из сект. Одним из этих учеников был Чень Юньшань.

Две секты сидели отдельно друг от друга, и их ауры явно отличались. Культиваторов Двора Звёздной Реки окружало туманное свечение, которое напоминало свет множества звёзд, пульсирующих с глубокой аурой. Избранные Двора Реки Противоположностей представляли с ними глубокий контраст. Их ауры представлялись демоническими и убийственными, а взгляды, казалось, способны проникать противнику в сердце и сознание. Они казались людьми, способными убить без колебаний, а вокруг них клубился чёрный туман. В нём даже можно было с трудом различить очертания дьявольских духов, мечущихся из стороны в сторону. Такие энергии, которыми они обладали, и не снились миру культиваторов нижних пределов. Только великая секта средних пределов могла продемонстрировать нечто подобное.

Культиваторы двух сект сидели в ожидании остальных. И тут они начали вглядываться в небо, почувствовав вдалеке определённые колебания. Через мгновение там появилась полоса серебристого света, исходящего от меча Небесного Рога. Пока он пронзал пространство, от него во все стороны исходила мощь десятикратного духовного улучшения. Очевидно, что секта Противостояния Реке стремилась произвести впечатление. В мгновение ока меч начал приближаться к магической формации, позволяя культиваторам Двора Реки Противоположностей и Двора Звёздной Реки увидеть фигуры, сидящие на нём. Они не обратили внимания на трёх патриархов, все взгляды сосредоточились на Бай Сяочуне. Сложно было сказать, кто из двух сект первым произнёс это, но удивление и презрение в голосе этого человека звенели как нельзя явно:

— Всего один человек?!

362. Состязания за наследие начинаются

Все культиваторы из двух сект начали посмеиваться. Потом они просто отвернулись от меча Небесного Рога, переполнившись презрением. Все знали, что они собирались сражаться за ресурсы, которые должны были после этого перераспределить. По этой причине количество участников от каждой секты играло ключевую роль. Если у секты Противостояния Реке оказался только один представитель, который подходил под требования, то тут сразу всё становилось понятно. Секте Противостояния Реке повезёт, если она сможет в итоге заполучить хотя бы один процент ресурсов.

Культиваторы Двора Звёздной Реки лучше всего знали о причине перераспределения ресурсов. Они не только вели себя крайне самодовольно, они ещё просто не могли скрыть презрения к секте Противостояния Реке. Из всех присутствующих только у Чень Юньшаня в глазах промелькнуло намерение убивать, он уже ненавидел Бай Сяочуня до мозга костей. События прошлого месяца не только вызывали у него постоянные ночные кошмары, но к тому же его наказали в секте, и он стал посмешищем у своего поколения. Из-за этого его ненависть продолжала усиливаться с каждым днём. Злобно глянув на Бай Сяочуня, он подумал: «Жалко, что здесь нельзя никого убивать. Если бы не это, ты бы уже был покойником!»