Когда он уже собирался продолжить утихомиривать остальных, внезапно вылетел черепашка и приземлился ему на голову. Сердце Бай Сяочуня тут же быстро забилось от предчувствия неминуемой катастрофы. Прежде чем он успел что-то сказать или сделать, черепашка прочистил горло и заорал:

— Кажется, вы, народ, просто не понимаете. Послушайте меня, я разъясню вам слова моего хозяина. На самом деле он имел в виду, что вы просто сборище недоделанных идиотов. Да как вы смеете пытаться сражаться с моим Бай Сяочунем? Перестаньте глазеть и убирайтесь к чертям отсюда!

Его голос раздавался так громко, что все отлично его слышали. Культиваторы трёх сект, которые только что начинали успокаиваться, вдруг ощутили, как их ярость воспылала ещё жарче, чем прежде. Особенно это касалось людей из Двора Звёздной Реки, которые просто погрузились в безумие. Первым дал выход своей ярости Чень Юньшань:

— Убьём Бай Сяочуня! Если мы будем все заодно, то сможем полностью его уничтожить. Если в этом будут участвовать все, то наши секты ни за что не станут наказывать всех сразу! Эта сковорода — драгоценное сокровище! Убьём его, и, возможно, тогда печати наследия вылетят из него и их снова можно будет забрать себе!

Хотя никто до конца не был согласен с Чень Юньшанем в его оценке ситуации, но намерение убивать внутри культиваторов искало выхода. Ярость, которую они пытались подавить, вспыхнула вновь после слов черепашки! Тут же послышались разъярённые крики десятков культиваторов, когда они помчались по воздуху в сторону Бай Сяочуня. Здесь было на что посмотреть, так как все они начали использовать различные магические техники, чтобы атаковать его.

— Я совсем не это имел в виду! — завопил Бай Сяочунь и бросился наутёк. Он был не дурак и понимал, что как бы сильны ни были его ядро Неумирающего Небесного Короля и золотое ядро небесного Дао, он не сможет противостоять одновременно стольким культиваторам земного формирования ядра.

Его снова подставил черепашка, отчего Бай Сяочунь ещё сильнее возненавидел его. Он был на грани того, чтобы расплакаться. Пока десятки врагов всё приближались, черепашка выглянул из сумки и закричал:

— Давайте, нападайте, слабаки и идиоты! Мой хозяин разделается с вами в одиночку. Нападайте! Если у вас кишка не тонка, тогда деритесь!

— Захлопнись, ты! — закричал Бай Сяочунь. Потом он ухватил черепашку и запустил им в гонящуюся за ними толпу.

— Убейте его уже, хорошо? — закричал он. — Это он говорил всю эту чушь, а не я!

Черепашка так быстро полетел по воздуху, что никто не мог увернуться от него, потом раздался шмяк, и он вмазался в лицо одного из культиваторов Двора Звёздной Реки. Удар был настолько сильным, что тот чуть не лишился зубов и отступил назад, пошатываясь. На его щеке отпечатался силуэт черепашки вместе с четырьмя ножками, головой, хвостом и узором панциря. Потом черепашка помчался по воздуху обратно к Бай Сяочуню.

— Ну как тебе? — сказал он с очень гордым видом. — Разве Лорд Черепаха не великолепен? Пффф! Когда Лорд Черепаха оставляет где-то свой отпечаток, то даже полубог не может стереть его. Полубог! Ты слышал, пацан? Отпечаток Лорда Черепахи останется на твоём лице на веки вечные!

Культиватор дотронулся рукой до чёрной отметины на своём лице и к своему ужасу осознал, что не может её стереть. Его сердце переполнилось гневом ещё сильнее, чем прежде. Он сплюнул кровь и снова погнался за Бай Сяочунем.

369. Отметины...

Сердце Бай Сяочуня бешено стучало от откровенного ужаса. Если бы за ним гнался один человек, то он, конечно же, развернулся и сразился бы с ним. Возможно, он даже попробовал бы сразиться, если бы там было два или три человека. Учитывая, насколько доблестным и невероятным он себя считал, он мог решить, что и в такой ситуации победит. В конце концов, учитывая уровень его физического тела, скорее всего двум-трём людям с тем же уровнем культивации, что и у него, не удалось бы его убить.

Но, оглядываясь через плечо, он видел позади десятки культиваторов формирования ядра, и все они с нетерпением стремились разделаться с ним. Он понимал, что если столько человек атакуют его одновременно, то ему уже не поможет даже техника Неумирающей Вечной Жизни — он просто распрощается со своей бедной-несчастной жизнью. Такие мысли наполняли его сердце унынием и гневом по отношению к черепашке. Черепашка, казалось, совсем не считал, что подставил Бай Сяочуня. Он летел рядом с сияющими от азарта глазами и продолжал кричать:

— Ха-ха-ха! Нападайте, нападайте! Вы, кучка слабаков! Давайте посмотрим, хватит ли у вас сил убить моего хозяина! — потом он заговорил потише, обращаясь к Бай Сяочуню: — Не бойся, малыш Бай. Они просто горстка слабаков, правда? Давай-ка. Запусти меня в них ещё разок, я сокрушу их насмерть!

— Заткнись! Это всё твоя вина!

Бай Сяочунь не смел кидать черепашку в толпу культиваторов трёх сект снова. Когда он вспоминал разъярённого человека, чьё лицо украсил отпечаток черепашки, у него сердце содрогалось. Он полетел вперёд с ещё большей скоростью, в то время как в его сторону неслись, сверкая, разряды различных магических техник. Горы льда, молнии, моря огня, извивающиеся лианы, сотни летающих мечей, даже гигантская, похожая на смерч, волна воды.

Хотя давления от этого потока магических техник нельзя было сравнить с тем, что было до этого в опасной зоне, но уже одно их количество представляло собой невероятную убийственную силу. К сожалению, в этой ситуации черепашья сковорода не могла помочь. В конце концов, магии опасной зоны только били в черепашью сковороду и не пытались её сдвинуть. А все эти люди не позволят ему просто спрятаться под сковородой и притвориться мёртвым.

«Мне конец. Кранты… Печатей больше нет, тогда почему не начинается телепортация? Если она не начнётся как можно скорее, то я труп!» Он продолжал быстро убегать, пока разъярённая толпа преследователей неслась сзади.

— Почему же ты убегаешь, Бай Сяочунь? Разве не ты недавно звал нас на бой, чего же теперь ты бежишь, словно перепуганный кролик?!

— Хм! Ты звал — мы пришли, чтобы дать тебе шанс. Развернись и дерись!

Все культиваторы трёх сект дали волю своему гневу, а их намерение убивать было настолько сильным, что в небе и на земле то и дело возникали вспышки яркого света. Издалека казалось, что почти сто культиваторов напоминают бесчисленные потоки света, несущиеся за Бай Сяочунем. Особенно это касалось культиватора Двора Звёздной Реки, который был помечен отпечатком черепашки. Его сердце переполнилось яростью. Как бы он ни тёр щёку, ему не удавалось стереть отпечаток. Особенно унизительны были странные взгляды, которыми его одаривали окружающие.

— Я убью тебя, Бай Сяочунь! — закричал он так громко, что перекрыл вопли всех остальных культиваторов.

Грохот!

Бай Сяочунь увернулся от летающих мечей, протаранил водяной смерч, перескочил через море огня. Однако несколько молний попали в него, заставляя заметно задрожать. Крутыш по-прежнему сидел в складках его одежды и изо всех сил пытался выбраться, в то время как Бай Сяочунь постоянно запихивал его обратно.

— Спокойно, не вылезай, здесь слишком много плохих людей!

К сожалению, зона наследия была на такой уж большой и культиваторы формирования ядра могли очень быстро двигаться. В результате они уже начали нарезать круги. Бай Сяочунь приходил во всё большее отчаяние, культиваторы формирования ядра медленно настигали его. Более того, телепортация всё ещё не начиналась. Хуже всего оказалось то, что культиваторы формирования ядра решили разделиться на три группы, чтобы окружить его. Он уже был практически на грани сумасшествия. С полностью налившимися кровью глазами он закричал:

— Вы вынудили меня на это! Иди сюда, черепашка!

Когда черепашка услышал это, то тут же оживился и ринулся в протянутую Бай Сяочунем руку. Бай Сяочунь запулил его со всей силы в сторону культиваторов, и черепашка радостно заулюлюкал в полёте. Послышался свист, и позади черепашки показалась череда остаточных образов. На движение с такой скоростью культиваторы формирования ядра среагировать как следует не могли. В мгновение ока черепашка уже врезался в правую щёку крепкого мужчины из Двора Реки Противоположностей. Послышался грохот, мужчина покачнулся и отлетел назад, из его рта брызнула кровь, и вылетело несколько осколков зубов. Когда он поднял голову, то на его лице красовался чёрный отпечаток черепашки. На отпечатке хорошо просматривалась голова, хвост и четыре конечности — он выглядел как живой…