— Черногроб, даже если я погибну сегодня в бою, мой призрак будет преследовать тебя поколение за поколением!

Пока звучал их горький смех, трое кровавых дитя, высшие старейшины и кровавые звёзды собрали всю боевую мощь, что ещё оставалась в их распоряжении. Что же касается патриархов, то они стиснули зубы и мучительно взвыли.

Бай Сяочунь поражённо уставился на патриархов секты Духовного Потока. Он и подумать не мог, что секта Духовного Потока решит в такой момент начать атаку. Шатаясь, он отступил назад, а потом внезапно рассмеялся, но его смех так походил на всхлипывания.

— Какой же я наивный. Я думал, что для того, чтобы остановить войну, достаточно подавить одну сторону. Как же я ошибался… Но теперь я понял… Я на самом деле понял… Я переоценил свою важность. Я неправильно истолковал свой собственный статус. Что ж, тогда, секта Духовного Потока, вы моя семья, но теперь мне придётся показать вам свои настоящие возможности!

Вскинув голову, с развевающимися на ветру волосами, он взмахнул правой рукой в направлении секты Духовного Потока. Он кого-то звал!

— Крутыш!

283. Ну а теперь-то вы наконец послушаете меня?!

Как только Бай Сяочунь произнёс его имя, Крутыш поднял голову, окружённый безграничным облаком боевых зверей армии секты Духовного Потока, а потом издал рёв, сотрясающий небеса и землю. Пока его рёв разносился по окрестностям, он начал увеличиваться в размерах. Девять метров. Тридцать метров. Шестьдесят метров. Девяносто метров! В мгновение ока он превратился в подобие небольшой горы, излучающей мощную энергию. Под его ногами пылало чёрное пламя. С головой дракона и туловищем лошади он просто лучился сотрясающей небеса и переворачивающей землю силой. Такой мощью и энергией мог обладать только король зверей.

Когда Крутыш метнулся вперёд, словно молния, то по небу разнёсся грохот. Потом он с разворотом остановился напротив Бай Сяочуня и издал оглушительный рёв. Хотя в его глазах и читались смешанные эмоции, однако в них не было сомнений. Как бы ни складывалась ситуация, он всегда был готов сделать всё, что бы ни попросил Бай Сяочунь, даже если это означало, что нужно выступить против секты Духовного Потока. Пока рядом находился Бай Сяочунь, остальное его не сильно заботило.

В этой жизни только один человек был для него важен — его отец. В прошлом, когда у него не хватало сил даже на то, чтобы оставаться в живых, этот человек смог успокоить его и вселить в него волю к борьбе за жизнь, позволившую выжить, а этого Крутыш не смог бы забыть никогда.

В его рёве слышалась сила короля зверей, которая заставила боевых зверей секты Духовного Потока задрожать, а потом повернуться в сторону своих хозяев и завыть. Их вой вызвал яркую вспышку света в небе и на земле. Все в секте Духовного Потока были повержены в шок и тут же начали взволновано восклицать:

— Это…

— Что ты делаешь, Бай Сяочунь?!

— Небеса! Крутыш, ты…

В армии секты Духовного Потока начался хаос. Ряды распадались, а внезапная измена боевых зверей полностью вывела из строя все силы северного берега. Но невероятнее всего оказалось то, что, поколебавшись мгновение, дракон Небесный Рог посмотрел на Крутыша, а потом сорвался с места и вскоре уже оказался рядом с Крутышом, грозно взирая на секту Духовного Потока. Тут же среди культиваторов послышались бесчисленные встревоженные возгласы. Патриархи, высшие старейшины, культиваторы эшелона наследия ощутили, словно сейчас сойдут с ума, в их глазах сияло полное неверие.

Для них Бай Сяочунь был экспертом небесного Дао и предназначенным для эшелона наследия. Если он достигнет формирования ядра, то станет практически невозможно найти кого-либо, кто смог бы с ним сравниться. Однако по первому его слову Крутыш вынудил всех боевых зверей северного берега переметнуться. Учитывая статус и положение Бай Сяочуня, подобного поворота событий предсказать не мог никто. И теперь вся секта Духовного Потока была не менее потрясена, чем совсем недавно секта Кровавого Потока.

Шангуань Тянью стиснул кулаки, в его глазах горела ярость. На лицах Призрачного Клыка, Бэйхань Ле, Гунсунь Юнь, Сюй Суна и других избранных были смешанные чувства. Чжоу Синьци онемела от удивления, а глаза Хоу Юньфэя широко распахнулись. У Хоу Сяомэй отвисла челюсть, а сердце быстро забилось. Большой толстяк Чжан, Третий толстяк Хэй и другие друзья Бай Сяочуня были ошеломлены и от такого их головы просто шли кругом. В глазах Ли Цинхоу проглядывали смешанные чувства. Однако пока он смотрел на Бай Сяочуня, эти чувства переплавились в блеск одобрения.

— Сяочунь вырос, — тихо сказал он.

Секта Духовного Потока была потрясена, а патриарх-основатель и другие руководители смотрели в удивлении на Бай Сяочуня, который глубоко вздохнул. За его спиной теперь находилась секта Кровавого Потока, пока он смотрел на патриархов родной секты. Его сердце раскалывалось от горя, он просто не хотел, чтобы эти две секты воевали. Немного помолчав, он сказал:

— Если вы хотите уничтожить секту Кровавого Потока, то, как я и говорил ранее, только через мой труп!

Хотя в его голосе звучала грусть, его решимость была всем очевидна и всех потрясла. Патриархи секты Кровавого Потока дрожали. Кровавых звёзд, высших старейшин и кровавых детей заметно трясло, в них зарождались странные и неописуемые чувства, пока они смотрели на Бай Сяочуня. Сюй Сяошань, Сун Цюэ, Цзя Ле отреагировали похожим образом. В самый критический момент Бай Сяочунь выступил в их защиту, отчего у них на сердце стало тепло. Они смотрели, как Бай Сяочунь стоял там, спиной к ним, вступив в противостояние с сектой Духовного Потока и используя свою жизнь, чтобы их защитить. В их глазах он снова стал Черногробом со Средней Вершины. По телу Сун Цзюньвань пробежала дрожь, когда она снова взглянула на Бай Сяочуня, и её глаза опять засветились.

В эту минуту все на поле боя неотрывно смотрели на Бай Сяочуня. В этот раз уже никто не мог проигнорировать его слова. Теперь им пришлось начать его слушать. Ведь он в одиночку смог дважды изменить ход сражения. Он один подавил секту Кровавого Потока, а потом и секту Духовного Потока!

— Ну, а теперь-то вы выслушаете меня?.. — спросил он тихо, смотря на патриархов обеих сторон. Хотя в его словах слышалась грусть, ещё в них содержалось нечто, что не давало просто отмахнуться от него.

Неожиданно он предстал перед всеми более могущественным и блистательным, чем можно было представить. Он стал человеком, заставившим всех прекратить сражаться.

— К чему все эти сражения и убийства? Зачем нужны столько смертей? Ведь все мы культиваторы восточных нижних пределов, ведь так? Разве целью нашей культивации является убийство друг друга?

Ответом на его слова было всеобщее гробовое молчание. На всём поле боя единственным звуком оставался голос Бай Сяочуня.

— Смысл культивации Бессмертия в том, чтобы добиться вечной жизни, ведь так? Магические техники предназначены для самозащиты, верно? Если мы сможем избежать смертей и убийств, то разве не сможем мы найти лучшее решение для наших проблем? Почему бы хотя бы не попробовать?!

Хотя он начал говорить тихим голосом, но с каждой фразой его голос становился всё громче, пока наконец он не начал выкрикивать фразы. Боль колола его сердце, а глаза полностью налились кровью. Он посмотрел вокруг на знакомые лица и увидел, как некоторые люди, только что получившие ранения в бою, истекали кровью. Боль, что он испытывал, стала ещё сильнее.

— Я просто трусливый культиватор, который боится смерти. Но знаете что? Меня пугает не только мысль о моей собственной смерти. Я не хочу видеть, как моя семья умирает! Я не хочу, чтобы умирали мои собратья по секте, я не хочу, чтобы умирали мои друзья! Не хочу, чтобы из секты Духовного Потока или Кровавого Потока кто-то погиб!

Его голос становился всё громче, а культиваторы из секты Духовного Потока склонили головы. В секте Кровавого Потока множество людей начало медленно разжимать стиснутые кулаки. Патриархи обеих сект слушали слова Бай Сяочуня, и это порождало в их сердцах сложные чувства.