Пораженные ученики в ужасе спасались бегством.

— Бай Сяочунь! — Шангуань Тянью пришлось очень потрудиться, чтобы убить зверей поблизости и сбежать.

Вспомнив, что случилось с Бэйхань Ле, он задрожал и его сердце наполнилось ужасом.

На беду нескольких учеников, что оказались в подобном положении, зайдя глубоко на территорию гор Диких Трав, выбраться оттуда было очень непросто. Особенно, когда все звери вокруг посходили с ума…

Бай Сяочунь радостно летал по выбранному маршруту и распылял пилюли феромонов. Это привлекало множество животных, и ему удалось собрать большое количество ядер похитителей жизни. К тому времени как он покинул горы через полмесяца, в его бездонной сумке накопилось более двухсот ядер. Полностью удовлетворенный проделанной работой, он направился в секту.

Через несколько дней после его ухода, из джунглей наконец показались Шангуань Тянью и другие ученики. На их бледных лицах отражалась горечь, а волосы были всклокочены. Все они были не в лучшей форме и с опустошённым взглядом. Выбираясь из джунглей, они вскидывали голову и издавали горький вой. Что же на самом деле случилось в этих горах… было для них полной загадкой.

Вернувшись в секту, Бай Сяочунь сразу же помчался в пункт выдачи заданий. Когда работающие там ученики увидели, что он сдает двести ядер похитителей жизни, то у них глаза чуть не вылезли из орбит. Неверяще осмотрев ядра, они пораженно уставились на Бай Сяочуня. На протяжении многих лет задание по добыче ядра похитителя жизни периодически появлялось в списке. Как правило, чтобы ученик смог собрать хотя бы десять ядер, ему требовался целый год. Но за несколько месяцев Бай Сяочуню удалось набрать невообразимое количество.

«Он точно заслуживает звания младшего брата главы секты, почетного ученика и победителя битв избранных…»

Другие ученики внутренней секты с завистью смотрели на Бай Сяочуня. Сдав свою добычу, он получил двести тысяч баллов заслуг. Хотя он и пытался казаться равнодушным, но полностью скрыть, насколько он горд собой, ему не удавалось.

Это событие потрясло весь южный берег. Каждый, кто слышал, что кому-то удалось набрать двести тысяч баллов заслуг за один раз, с трудом мог в это поверить. Но вскоре начали распространяться новости от учеников, которым Бай Сяочунь посоветовал покинуть горы Диких Трав, и вот все три горы южного берега уже обсуждали это.

— Что за монстр!

— Сумасшедший! Он возбудил зверей пилюлей афродизиака на доброй половине гор Диких Трав!

— Теперь туда еще долго никто не сможет сунуться…

Пока народ обсуждал эту тему, в секту начали возвращаться Шангуань Тянью и остальные натерпевшиеся от зверей ученики. Шангуань Тянью знал, что причиной проблем послужил Бай Сяочунь, поэтому ни капли не удивился, услышав новости в секте. Но когда остальные ученики поняли, что случилось, они взвыли. Однако они ничего не могли поделать с Бай Сяочунем. В конце концов… он несколько раз предупреждал их, и они это слышали, но предпочли не обращать внимания. Теперь они жалели об этом: стоило им только ответить тогда и можно бы было избежать трагических последствий.

Бай Сяочунь остался чрезвычайно доволен результатами. В последующие дни он часто наведывался в пункт выдачи заданий, где выбирал задания, требующие собрать что-нибудь у зверей. Казалось, что он к этому пристрастился. После каждого такого задания, он перегонял несколько партий лекарственных пилюль и отправлялся на промысел снова… Каждый раз всё больше учеников начинало возмущаться. И не имело значения, были ли эти ученики тоже на задании или нет. Ведь любого места, где побывал Бай Сяочунь в ходе задания, приходилось избегать еще долгое время. Там становилось слишком опасно… горы Облачных Вершин, горы Ледяных Лесов, горы Блестящих Вершин, горы Восточных Пределов…

Целый год Бай Сяочунь с особенным рвением занимался выполнением заданий. Он уже перебрал все задания, касающиеся животных, и его добыча всегда была невероятной. Каждый раз пункт выдачи заданий повергался в полное изумление. В то же время большое число учеников внутренней секты страшно возмущались. Наконец Бай Сяочунь выполнил все задания, связанные с животными, на Вершине Душистых Облаков и отправился на Вершину Зеленого Пика, а потом и на Вершину Пурпурного Котла. Он выполнил все подобные задания и там, и вскоре ученики поняли, что они столкнулись с одержимым заданиями.

Ученики внутренней секты южного берега пришли в отчаяние. Больше не осталось гор поблизости от секты, куда можно было бы безопасно сходить. Все они кишели сексуально озабоченным зверьем… За неимением другого выбора, сотни учеников внутренней секты трех гор подписали петицию к секте, требуя, чтобы Бай Сяочуня освободили от необходимости выполнять задания для секты…

Ли Цинхоу не хотел в это вмешиваться, так как это был редкий случай, когда Бай Сяочунь с таким энтузиазмом пытался послужить секте. Проблема превратилась в огромную головную боль для главы секты. Он начал замечать, что с тех пор, как Бай Сяочунь попал в секту, у него часто стали появляться причины для головной боли. Каждый раз слыша имя Бай Сяочуня, он невольно вздыхал.

«Уж лучше бы он так не старался. Как только он берется за дело со всей серьезностью… на самом деле… да, Бай Сяочунь приносит проблемы, за какое задание он бы не взялся! Кажется, он хотел работать над изготовлением пилюль? Тогда пусть идет и перегоняет их! Секта обеспечит ему баллы заслуг, пусть только всё успокоится…»

Когда число подписей под петицией возросло от нескольких сотен до тысячи и более, то глава секты стиснул зубы и отправился к Ли Цинхоу, чтобы обсудить эту проблему с ним. Наконец они освободили Бай Сяочуня от выполнения заданий на следующие десять лет. Он стал единственным учеником в секте, которому и без выполнения заданий секта решила начислять огромные количества баллов заслуг. Бай Сяочуню не очень понравилось такое развитие событий. Он как раз просматривал задания в пункте выдачи и уже нашел подходящее для себя, когда ему пришло оповещение. Он был поражен.

— Какого черта? — громко воскликнул он. — Я хочу послужить секте! Я хочу напряженно работать! Это нелепо!

Под мрачными взглядами учеников в пункте выдачи заданий он выпятил подбородок и махнул рукавом.

«Одним щелчком пальцев я обратил пункт выдачи заданий… в пепел». Покачав головой, он вздохнул и с одиноким видом неспешно удалился.

Бай Сяочунь приплёлся в пещеру Бессмертного, где начал предаваться грустным размышлениям. В конце концов он вздохнул.

«Всё же нехорошо, когда кто-то сильно превосходит остальных. Вот я, например. Глава секты был так обеспокоен тем, какой я выдающийся, что меня освободили от выполнения заданий на десять лет, но каждый месяц начисляют мне баллы заслуг».

Ему доставляло удовольствие беспокоиться о таком, нужно было ещё придумать, чем теперь заняться дальше, учитывая, что он такой выдающийся.

«Ну что ж, думаю, ничего не поделаешь. Раз я не могу выполнять задания, могу просто продолжить изготавливать лекарства. В конце концов, изначально я занялся выполнением заданий только из-за баллов заслуг».

С такими мыслями Бай Сяочунь решил пожертвовать своей выгодой ради блага секты и пошёл в лабораторию.

«Я должен научиться изготавливать духовные лекарства третьего ранга!» При этой мысли он помрачнел.

Шло время. Пролетело полгода. За исключением обязательных занятий культивацией, Бай Сяочунь всё своё время проводил за изготовлением лекарств. Когда ему не хватало ингредиентов, он использовал баллы заслуг. В попытке освоить все нюансы перегонки лекарств третьего ранга он постепенно становился всё одержимее процессом и работал всё напряжённее.

Так как он больше не ходил на задания, в секте постепенно всё успокоилось. Многие вздохнули с облегчением, особенно глава секты Чжэн Юаньдун, которые наконец-то обрёл душевное спокойствие. Теперь он был уверен, что освободить Бай Сяочуня от выполнения заданий оказалось правильным решением. И не он один был доволен ситуацией. Ли Цинхоу, а также другие главы гор и старейшины — все чувствовали себя намного лучше. На одном из штатных собраний совета южного берега культиваторы Возведения Основания затронули этот вопрос.