- Все равно не понял. - признался, наконец, эльф, обретая вновь подвижность. - По-твоему, желтые - это кувшинки?

   С тщательностью, в деталях, вспомнила кувшинки в закрытом пруду, в правом крыле Розового дворца, и решительно не согласилась:

   - Не знаю, с примесью чего, но в тех цветах тоже не весь цвет - желтый.

   - Потому что они немного с зелена. - подсказал Дейлин, вновь занявшись изучением одуванчиков. - Так что?

   - У золота оттенок пламени. У солнца - нет. - не умея сказать точнее, попыталась использовать сравнения. - В твоих одуванчиках слишком много огня, это неправильно. Весной нет накала, нет открытого жара. Весна разнообразна и ярка, но осторожна. А твои цветы имеют окрас тех, что цветут на излете лета.

   - Знаешь, я подумаю над твоими словами. - по-моему, и не расслышав меня толком, согласился Дейлин, небрежно прощаясь.

   Подождав, пока эльф исчезнет привычным путем через перила, еще раз осторожно подошла к карнизу. Нет, совершенно точно - они слишком красные.

   Тревожное настроение, в общем-то, не имеющее ничего общего с художником, не позволяло усидеть на месте. Походив бесцельно по комнате, покосилась на полку с восковыми уродцами, вновь вышла на балкон. Тучи уплотнились.

   К ночи они затянут все небо, - подумала, посматривая на тонущее в пушистых перинах солнце. Шум ветра, обычно так много говоривший мне, казался раздражающе громким. Хочу тишины! - поняла отчетливо. Внешней и внутренней. Я устала жить ожиданием. Я устала прислушиваться к шагам в коридоре ночью, и собственному отчаянию днем. Я знаю, что никогда не услышу того, чего жду с упорством, достойным лучшего применения.

   Одиночество многоречиво, я устала его выслушивать.

   Кувшинки в закрытом пруду - возможно, они действительно желтые... Сдернув со спинки кресла меховую накидку, решительно спускаюсь вниз, в правое крыло Дворца, придирчиво спрашивая себя - а не затем ли бегу туда, что буду хоть немного ближе... к нему?..

   *

   В полумраке крытого пруда я сразу ощутила постороннее присутствие.

   - Прости, что нарушаю твое одиночество! Желаешь остаться одна?

   - Я слушаю тучи, здесь их голоса не перекрывает шум леса. Если желаешь, их можно слушать и вдвоем. - храбро ответила, удивляясь собственной разговорчивости.

   Эльф подходил, вырисовываясь сначала силуэтом, потом объемной тенью. Отведя взгляд, заставила себя рассматривать кувшинки: желтые, белые и розовые, почему-то уверенная, что настоящие кувшинки бывают только какого-то одного из представленных цветов.

   - Я - Маррир, а ты, верно, Элирен?

   Плотные тучи обрели свинцовый оттенок. Если бы сейчас была не зима, наверняка могла бы разразиться прекрасная гроза. Снег, превратившийся из мелкой крупы в пушистые комки, постепенно гасил окна в прозрачной крыше, затягивая их таинственной занавесью. Когда слой его слишком тяжелел, он съезжал по покатым поверхностям, на какое-то время освобожденное окно вновь оживало, потом всё повторялось. Клочки полу-света мягко перемещались по поверхности пруда, придавая тишине завершенность.

   Темнело.

   "Ты - блик. Я - тьма. Это танец, Элирен". - "Вряд ли я подходящий партнер тебе, эйльфлёр!.." - "Кто слышит голос зимы, тот слышит музыку теней!"

   Медленный танец в сгущающихся сумерках... он взял меня за руки, и повел по песку, мысленно отсчитывая ритм: "раз, два... раз, два..."

   Шаг друг к другу, шаг назад. Шаг в серый квадрат, шаг в квадрат плотной ночи. Поплыли столбы рассеянного мутного вечера, поплыл притихший пруд. Переплетаясь, смазываются границы даже теней. Даже оттенков. Даже тишины. Ускоряясь, ускоряясь, ускоряясь...

   Мир закружился вокруг нас. Вокруг обрывков тьмы, светлых пятен под ногами, чистых окон вверху, и незрячих глаз напротив...

   - Ты желаешь остаться, или покинешь пруд?

   - Мне пора уходить. - темнота, скрывшая окружающее, усилила мистичность. Окна сверху окончательно погасли, скупо отливая серым, не пропуская и луч света. Где-то рядом эльф, но я не слышу его движений, отпустив руки, не чувствую присутствия.

   - Если позволишь, хотел бы проводить тебя наверх.

   Вложив пальцы в точно протянутую руку, неторопливо иду за ним.

   Должны бы появиться двери и терраса, но вдруг появляются винтовые ступени, по стенам изредка - факелы, эльф, проходя мимо, зажигает один из них, и вынимает из кольца, освещая дорогу впереди. Для меня. Промежутки темноты между кругами света длинные, Маррир не отпускает моей руки. Не оставляет, проводя вверх по лестнице, через несколько переходов в узкий коридор, вновь вверх по лестнице. Подойдя к глухой стене на верхней площадке легко прикасается к ней пальцами, и мы оказываемся в знакомом коридорчике с полукруглой аркой. Именно здесь эльф отступает от меня.

   Когда-нибудь я научусь никак не относиться к всеобщей осведомленности о комнатах, в которых может жить женщина, приведенная принцем Эллорном. Его привычки сложились давно, и как видно, остались неизменными.

   - Твое общество доставило мне истинное удовольствие. Надеюсь, я был не слишком навязчив?

   - Ну что ты, Маррир!.. Я словно прикоснулась к сказке. Доброй ночи, эйльфлёр.

   - Доброй ночи, Элирен! Завтрашняя ночь будет лунной, тучи разойдутся, ветер утихнет. Доброй ночи.

   На террасе кто-то присутствовал, прислушавшись к негромкому напеву, поняла: Дейлин. Сразу прошла к бассейну, присела на бортик, рассеяно слушая доносящуюся песню. Сумбур теней в голове не проходил, околдовывал, обещал открыть некую истину, что может сделать счастливой...

   Ночью мне снился Маррир, он стоял в полнейшей темноте над непрозрачной водой крытого пруда, и слушал умирающую вьюгу.

   Утром, выглянув на террасу, постояла над стертым венком, удивляясь сговорчивости эльфа. Ведь, что ни говори, а я могла и ошибаться. Самого Дейлина опять не было, и Эллорн сегодня также был занят. Впереди меня ждал очередной долгий день.

   Умывшись и позавтракав, аккуратно прибрала комнату. Собственно, беспорядка в ней я и раньше не создавала, но надо же мне чем-то заняться! Перестелила покрывала на огромной кровати, переставила кресла, смахнула несуществующую пыль с мраморных столиков и широких подоконников. Вновь разобрала гардероб за ширмой. Достала из угла свою походную сумку, с легкой грустью заглянула внутрь, вспоминая собственную независимость и Охотников. Но все эти хлопоты не заняли и полдня.

   Не зная, куда себя деть, отправилась бродить по Дворцу. В одном из переходов едва не налетела на незнакомого беловолосого эльфа. Отскочив от неожиданности, рассматривая его, поняла: то, что вначале приняла за особый оттенок волос, было сединой.

   Он скупо улыбнулся, словно извиняясь, и просто прошел мимо. Черные глаза очень напомнили кого-то, долго вспоминала - кого, так и не смогла вспомнить.

   Потом уже сообразила: одежда эльфа была зеленого цвета. Кого из принцев я только что встретила?

   *

   Утро обещало быть на удивление ясным, если вспомнить, какая метель крутила всю ночь. Солнце еще раздумывает, надо ли ему просыпаться столь рано, когда даже птицы не нарушают своим щебетом привычный покой Дворца, и только откуда-то издали раздается легкий звон.

   Если спуститься до первого этажа и войти в крайнюю угловую мастерскую, можно понять, откуда эти редкие хрустальные звуки: в мастерской позвякивает молоточек. Мастер не зажигает света, и не раскрывает ставней. Он не видит ночь.

   Ближе к полудню приходит принц Бринон, останавливается у распахнутой настежь двери, привыкая к полумраку. Маррир, оторвавшись от работы, зажигает светильники, и отходит к окну. Поскольку оно не открыто, получается - отступает в тень.

   - Доброго утра, отец.

   - Сейчас середина дня. Позволишь оторвать тебя от дел?..

   - Я всегда рад тебе, отец.