— Залетаем! — громко скомандовал Бисмарк и громадными скачками понёсся в кают-компанию, вскинув базуку и приготовившись к страшному бою. Красный поскакал вслед за ним и… чуть не налетел на товарища, который вдруг засторпорился, как вкопанный и никуда больше не двигался…

Красный поднял глаза и увидал перед собою сначала жалкие ошмётки переборки, затем — насчастного Сенцова, который в собачьей позе сидел на захламлённом полу… На белом кожаном диване присоседилась Звонящая, а над ними грозно высился Эрих Траурихлиген с игрек-базукой, который деражл обоих под прицелом. Как только Бисмарк и Красный оказались в кают-компании — он вскинул свою базуку, но стрелять почему-то не стал…

— Вау! — выдохнул Красный, увидав неожиданного гостя.

— Ух ты! — присвистнул Бисмарк, а сканер его игрек-очков показывал, что турист донельзя покрыт остаточными молекулами — аж «светится», как радиоактивный.

— Чёрт! — буркнул Траурихлиген и опустил базуку. — Не возникайте же так — чуть ракету не влепил!

Сенцов же просто сидел на полу побитой болонкой. Понимая, что вляпался сам и вляпал товарищей, он боялся подавать голос.

— Наконец-то собрались! На вашем месте я бы сменил систему безопасности! — заметил Траурихлиген и больно подпихнул Сенцова носком сапога. — Будете лечить его, или можно пристрелить, чтобы не мучился?

— Ты, кстати, арестован! — Звонящая, наконец, выпала из ступора и нашла, что сказать агрессору, так нагло вломившемуся на Базу… уже во второй раз. Молниеносным движением она выхватила из кобуры пистолет, тут же взяв туриста на мушку.

— Ну-ну, полегче с игрушкой! — хохотнул Траурихлиген, ни капельки не испугавшись: он стреляет куда быстрее и метче Звонящей… к тому же, у него оружие лучше. — Бросай её, а то придётся пристрелить Сенцова — он мне нужен меньше всех!

— Блин… — прошипела Звонящая, разжав пальцы и выпустив пистолет на пол под зловещий смешок туриста.

— Слышьте, братаны, я тоже непрочь вступить в секретное агентство! — вдруг заявил Траурихлиген, в упор разглядывая Красного и Бисмарка, которые топтались и глупо удерживали в руках свои базуки. Стрелять в туриста им нельзя из-за хроносбоя… к тому же, никто из них не хотел повторять «подвиг» Сенцова и занимать место Траурихлигена в дурацком прошлом.

— Насколько я понял — я вашу работу умею делать куда лучше, чем вы! — ехидно заметил Траурихлиген, снова пихнув Сенцова тяжёлым сапогом со стальным носом.

— Ой… — плаксиво заныл Константин, остро ощущая боль и свою вину… Из-за широких спин Красного и Бисмарка притащился Репейник со своим пистолетом и тоже застрял, не стреляя.

— Вообще-то нам здесь не очень нужны глобальные злодеи… — пробурчал Репейник, переминаясь в своём углу…

— Нам здесь совсем не нужны туристы! — выплюнула Звонящая, чья рука уже дотянулась до второго пистолета. В любую секунду она была готова выхватить пистолет и выстрелить в туриста…

— Вообще-то, я пришёл сдаваться… — пробормотал вдруг Эрих Траурихлиген и, опустив глаза, принял вид покорнейшей овечки.

— Да?? — изумился Репейник и от изумления едва не выронил свой пистолет. Как же нелепо: турист почти что их всех победил, они не могут стрелять в него из-за хроносбоя… и тут вдруг он решил сдаться…

— Извините… — булькнул между тем Траурихлиген, опустил свою базуку и кротко отдал её в руки удивлённого Бисмарка. Тот по инерции взял её и застыл… Сенцов смотрел на всё это снизу вверх, лупал глупыми глазами и просто поражался неадекватному поведению туриста… Он почти захватил Базу в одиночку, и вдруг непонятно сдаётся… Константин подозревал, что тут что-то нечисто, но молчал, потому что и так «засветился», набедокурив в посёлке, и привлекать к себе лишнего внимания совсем не хотел…

— Ну, что вы будете меня конопатить, или нет? — с раздражением спросил Эрих Траурихлиген, топая по кают-компании, подходя ко всем по очереди. — Я сдаюсь! — громко объявил он и поднял руки вверх.

— Но… почему? — булькнул Репейник, неуверенно приближаясь к туристу, который был выше его почти на голову.

— Скажем так: я всё осознал, и не хочу больше изменять историю, — проворчал Эрих Траурихлиген, глядя в пол, под свои ноги. — Давайте, я согласен сдуть войну — стирайте мне память! Давайте, — разрешил он и мрачно заглох.

— Э, вы как, можно ему верить, чи нет? — осведомился Красный у всех сразу, покрутив головою.

— А где ты видел чувака, который мог бы обмануть «вышибалку»? — вопросом на вопрос ответила Звонящая и поднесла нейтрализатор памяти к лицу Траурихлигена, собираясь заставить «туриста» забыть о том, что он — «турист». — Сейчас, мигну, и всё будет путём. Давай, Репейник, качай континуум! — сказала она Репейнику, выставляя на шкале нейтрализатора нужный режим.

— Подождите, подождите! — замахал руками Репейник. — Звонящая, убери вышибалку, а то ты нас всех сейчас вышибешь!

— Это ещё почему? — фыркнула Звонящая, но нейтрализатор опустила — пока опустила.

— Надо посадить Старлея в бокс безопасности! — распорядился Репейник. — А туриста — сначала отвести к трансхрону, а потом уже — вышибать!

— Ладно, — согласилась Звонящая. — Убедил! Тащите его! — приказала она Бисмарку и Красному.

Бисмарк и Красный тут же скользнули к туристу и установились с обеих сторон от него, как заправский конвой. Бисмарк закинул на плечи обе базуки — чтобы не мешали конвоировать.

— Руки давай! — негромко сказал ему Красный и Эрих Траурихлиген послушно дал свои руки, позволив им взять себя под локотки.

— Так, к трансхрону его! — распорядился Репейник. — Во второй бессбойный отсек! Старлей, чего сидишь? — подпихнул он Сенцова, а Сенцов впадал в апатию и только плаксиво замычал. Может быть, это гибрид так над ним издевается, что Константин раскапустился настолько, что даже идти не может??

— Давай, Старлей, в бокс безопасности шагай! — нетерпеливо фыркнул Репейник, очевидно, очень довольный тем, что так легко и просто поймал туриста. — Или мне тебя волоком волочь? За ногу??

— Та, йду! — выдавил из себя Сенцов и едва поднялся на ноги, которые были тяжёлыми, как две бочки огурцов.

— Быстрее! — подогнал Репейник, и Константин пристроился в самый хвост, за плетущимся под конвоем Траурихлигеном. Кажется, Траурихлиген — пойманный и приговорённый к «вышибалке» — чувствует себя куда лучше чем дознаватель Сенцов… Он невозмутимо шагал твёрдой генеральской походкой, в то время, как Константин тащился слизнем и титаническим усилием подавлял противную дрожь в коленках.

Звонящая зорко наблюдала за Траурихлигеном — как бы он не выкинул коник, когда все решат, что он сдался, и потеряют бдительность. Этот турист всегда так делает — сначала вроде бы, сдаётся, а потом — вдруг выкидывает коник… Но на этот раз Эрих Траурихлиген покорно тянулся под конвоем Красного и Бисмарка, словно белый агнец тянется на алтарь для жертвопроношений. Иногда, когда их взгляды случайно встречались — Траурихлиген награждал Звонящую виноватой улыбкой, после чего тут же опускал глаза в скучный пол. Сейчас он был какой-то пришибленный и нестрашный, растерянный, спотыкался через шаг, сбив свою генеральскую походку… тоже, наверное, капустится, как и Сенцов. Он растерял всю свою свирепость и дьявольский флёр, который окружал его до этого странного момента, и выглядел, как глупый маленький мальчик, заблудившийся в новой школе.

Репейник мягко, но настойчиво направлял движение туриста к своему новому бессбойному отсеку, обозначенному, как «бессбойный отсек ╧2». Сюда Репейник поставил свой новый трансхрон, а в старый бессбойный отсек, рагромленный Траурихлигеном, сгрузил разнообразный металлохлам и оставил там жильё доктора Барсука.

Турист оставался послушным — плёлся, понурив голову, и оружия у него никакого не было. Звонящая всё размышляла, какой же у него секрет, но, похоже, секрета тоже не было, и их давний противник и впрямь, решил сдаться! Порвнявшись с бессбойным отсеком номер один, Эрих Траурихлиген принялся бормотать извинения за то, что разнёс его стены ракетами.