— Неа! — возразил Эрик. — Что упало — то пропало! А вот в твой Донецк мы сейчас и приедем! Чёрт, что это за название для города такое: «Донецк»?

«Ударная команда» Теплицкого под командованием Геккона колесила по дорогам битых три часа, никуда не заезжая чтобы поесть. Желудки сводил занудный голод, но Геккон отказывался от остановки, а Третий неотрывно пялился в сканер остаточного следа, выискивая в проезжающих мимо них машинах заветного «туриста». Все машины оказывались пустыми, никакого «туриста» там не водилось и в помине. Геккон нервничал: если упустили с концами — Теплицкий всех сгноит на рыбозаводе, а времени на поиски остаётся всё меньше…

— Внимание, я вижу их машину! Сканер показывает, что объект в этой фуре! — внезапно объявил Третий, и Геккон, оживившись, прилип к дисплею сканнера.

Да, действительно, грузовик, что двигался перед их автобусом, был помечен красным кружком. Геккон не был учёным он так и не разобрался, что означают слова «Остаточно-молекулярный след», которые орал ему по телефону заумный профессор Миркин. Зато он хорошо понял, что та штука, которую тот же профессор Миркин прикрутил к приборному щитку его бронированного микроавтобуса, может уловить объект. Такой расклад Геккону нравился: не нужно тратить время на пустую беготню «за тенью».

— Третий, — распорядился Геккон. — Подрезаешь фуру, Четвёртый и Пятый — заходите сзади, когда они остановятся!

Чёрный микроавтобус выскочил внезапно — словно бы вырос из серого асфальта. Эрик бы просто смял его тягачом и сбросил в кювет, но тут вспрыгнул Санёк и бешено вцепился в руль, выкручивая его влево, чтобы съехать на обочину.

— Фафлюхтен… — рычал Эрик, отдирая Санька и не давая ему свернуть. — В яму свалишь, думкопф эзэль!

Санёк изо всех сил сворачивал к обочине, но пересилить Эрика не смог — Эрик спихнул его с руля и жёстко пригнул назад к сиденью правой рукой. Но фура уже сбилась с курса — она виляла по шоссе, прыгала на встречную полосу, подбивая автомобили, снося дорожные знаки. Чёрный микроавтобус она тоже стукнула, он едва удержался на краю дороги, спихнув какой-то «Москвич». «Москвич» улетел в канаву и присоединился там к «Ниссану», который был сброшен ещё раньше. Эрик сжал руль обеими руками, стараясь вернуть неповоротливый грузовик обратно на шоссе. Но грузовик оказался страшно тяжёл — фура была под завязочку гружёная дынями. Она вихлялась, сшибла по дороге «Опель», и от удара распахнулась. Дыни посыпались на автостраду, под колёса тем машинам, которые чудом избежали столкновения. Санёк и Васёк скорчились, прильнув от страха друг к дружке. Грузовик пёр боком, оставляя на асфальте чёрные следы. Всё, он едет в дерево — врежется, и тогда — всем кранты. Бах! — тягач навернул встречную «Газель», в хлам смяв ей крыло, отправив её в кювет. Бухая на ухабах, разбиваясь, расшвыривая детали и стёкла, маршрутка кубарем скатилась вниз и упала в лужу.

Эрик заглушил мотор, отчаянно давил на тормоза, но как тут затормозишь при таком огромном весе?? Инерция у проклятой фуры, как у поезда — хоть колёса и не крутятся, но она всё равно прёт.

— Аааа! — взвизгнул некий пешеход и чудом вывернулся из-под колёс, уронив корзину, растеряв все свои грибы.

До дерева оставался метр, когда грузовик, наконец, перестал двигаться. Васёк и Санёк сидели в трансе, почти, что в коме — ожидали неминуемой смерти. Эрик перевёл дух и снова завёл мотор — надо же выезжать и ехать дальше. Но тут, откуда ни возьмись, впереди снова встрял тот же микроавтобус, что их подрезал. Из него посыпались люди в чёрном, окружили кабину. Один установился напротив дверцы водителя и через окно надвинул на Эрика пистолет.

— Выходите! — потребовал он.

«Ну, сейчас, я, кажется, выйду!». Эрик схватил автомат, пальнул очередью, расквасив стекло, скосив этого человека и ещё двоих, что крутились за его спиной.

Санёк и Васёк хлопали огромными глазами, а на смену убитым прибежали ещё… Эрик выбил дверцу ногами, она с размаху разинулась, двинув того, кто приблизился больше других. Неудачник отлетел, спихнув товарища. Эрик выпрыгнул из кабины и сразу же пальнул с колена в того, кто собрался стрелять в него. Противник упал, убитый, а Эрик отскочил под железную защиту тягача, потому что другой противник выстрелил в него, но не попал — пуля врубилась в асфальт, выбив искру и мелкие камни.

Двое вынырнули из тёмных кустов и распахнули вторую дверцу, за которой дрожали Васёк и Санёк. Один держал дверцу раскрытой, а второй — ухватил за шиворот Васька, который сидел ближе. Васёк вскрикнул, попытался отбиться, но силы оказались сурово неравными, его тянула железная рука.

— Оставь моего брата, баклан! — выскочил Санёк и с размаху залепил агрессору в глаз.

Тёмные очки напавшего сломались и свалились в траву, но сам он не шевельнулся, а выволок Васька наружу и швырнул на асфальт.

— Эй, это мой пленный! — из-за грузовика выпрыгнул Эрик и богатырским ударом поверг незнакомца в глубокий кювет. Второй агрессор бросил дверцу и Санька за ней, поспешил на помощь, но Эрик выстрелил очередью, и он присоединился к товарищу на дне кювета, только в пристреленном виде.

— Что это? Схватить всех троих! — возмущался Геккон, но от микроавтобуса не отходил, сохраняя свою бесценную жизнь командира. — Третий!

Третий выдвинулся из-за руля и басовито осведомился:

— Да, Первый?

— Чего расселся? — воскликнул Геккон, запрятавшись за бронированную дверцу. — Видишь, они их жмурят?? Давай, вылазь и действуй!

— Есть… — пробасил Третий и вылез.

Ростом он не отличался от Николая Валуева. Лицом — напоминал быка. Третий выдернул из-за мощной спинищи обрезанный автомат и с танковым напором ринулся в ожесточённый бой с тремя «объектами» вместо одного.

Эрик свернул в кювет очередного агрессора, затянутого в чёрный комбинезон, и рывком поднял из лужи за воротник барахтающегося Васька.

— Давай, полезай! — громыхнул он, пихнув Васька в кабину. — Уезжаем!

— Кто это? — испуганно вопросил Санёк, пригибаясь, чтобы в него ненароком не угодила шальная пуля.

ХРЯСЬ! — шальная пуля разнесла лобовое стекло и «убила» GPS-навигатор.

Стеклянные кубики брызнули в Санька, тот сполз под сиденье. Васёк неуклюже карабкался в кабину, но, задетый стёклышком, оступился и повис на руках, пачкая одежду мазутом и грязью с большого горячего колеса.

Бах! бах! бах! — несколько пуль врубились в дверцу, Эрик обернулся и увидел, что некий громила стреляет в него из автоматного обреза. Эрик пустил ответную очередь и пригнулся под защиту дверцы, что болталась на одной петле полуоторванная. Громила залёг на асфальт и откатился под броню микроавтобуса.

Пока Эрик воевал с Третьим — Геккон ползком подкрался к вставшему у кювета тягачу и увидел двух «объектов» в раскрытой кабине. Вокруг стрекотали пули, врезались повсюду, рикошетили и вышибали кусочки асфальта. Но Геккон полз вперёд — он вознамерился схватить объект.

Из бензобака тягача хлестал бензин: чей-то выстрел проделал хорошую дыру. Бензиновая лужа натекала под колесо. Достаточно одной-единственной пульки, чтобы вся огромная машина взлетела на воздух…

По асфальту катались дыни, громила из-за чёрного микроавтобуса снова выстрелил, рассёк очередью несколько штук, но в Эрика так и не попал. Дыни разлетались на кусочки, брызгая соком, швыряясь семечками, а Эрик лежал на асфальте за отвалившимся од тягача бампером и стрелял в ответ.

— Четвёртый, Пятый! — призывал Третий подмогу.

Четвёртый выполз из-за куста и выволок пистолет, а Пятый вообще не отозвался: он был убит и покоился на дне канавы около легковушки, что валялась там же, вверх колёсами и начинала загораться.

Геккон подобрался к кабине тягача и схватил за ногу один «объект». Вокруг свистели пули, но Геккон их не боялся: объект пойман, задание почти что выполнено.

— Пусти… — застонал объект, отчаянно вырываясь, махая кулаками. Он попытался стукнуть Геккона, но тот быстренько перехватил, захлебнул его неумелый удар и принялся выволакивать объект из кабины наружу. Это был Санёк, он захныкал от боли, когда Геккон заломил ему руку.