В книге «Война 1941–1945» известные историки Е. Н. Кульков, М. Ю. Мягков и О. А. Ржешевский пишут:

«Новые документы, [249] открытые недавно в советских архивах, указывают, что решение о приостановке наступления на Берлин в феврале 1945 г. все–таки, видимо, было ошибочным. Дело в том, что в первой половине февраля 1945 г. в Генштаб Красной армии поступило сообщение вначале от британского, а затем и американского командования о том, что немцы после отвода своих войск от Арденн в срочном порядке перебрасывают 6–ю танковую армию СС на Восточный фронт. Указывалось также, что основные немецкие силы сосредоточиваются северо–западнее Бреслау и в Восточной Померании и готовятся к нанесению контрудара по флангам 1–го Белорусского фронта. Уже вечером 12 февраля текст сообщения союзников был телеграфирован в штаб маршала Жукова. Угроза советским войскам, наступавшим на берлинском направлении, казалась очевидной. Германские танковые соединения действительно могли натворить много бед и даже выйти в тыл 1–го Белорусского фронта. Жуков после ознакомления с телеграммой отдал приказ на приостановку наступления, развернув фронт в направлении Восточной Померании. Против немецкой группировки в районе Бреслау продолжалось наступление 1–го Украинского фронта маршала Конева.

Германское контрнаступление в марте 1945 года было предпринято, однако не там, где оно ожидалось, а в Венгрии, в районе озера Балатон. Именно туда была переброшена 6–я танковая армия СС. В конце марта советский Генштаб счел нужным уведомить командование союзников о том, что их информация о сосредоточении 6–й танковой армии СС в Померании и в районе северо–западнее Бреслау не подтвердилась. Сталин упоминал об этом факте в переписке с руководителями Англии и США, но время ушло. Войска 1–го Белорусского фронта уже ввязались в сражения в Восточной Померании. Наступление на Берлин переносилось на апрель 1945 г.» [113, с. 135–136].

Наступление на Берлин началось 16 апреля 1945 года. На следующий день, 17 апреля, Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин телеграфировал Военному совету 1–го Белорусского фронта:

«Гитлер плетет паутину в районе Берлина, чтобы вызвать разногласия между русскими и союзниками. Эту [250] паутину нужно разрубить путем взятия Берлина советскими войсками. Мы это можем сделать, и мы это должны сделать» [218, кн. 2, с. 418].

Известно, что британский премьер У. Черчилль настаивал на взятии Берлина англо–американскими войсками. Отмечая, что если представится возможность захвата Берлина, то «мы, конечно, это сделаем», главнокомандующий союзными экспедиционными войсками Д. Эйзенхауэр, однако, отмечал, что

«неразумно с военной точки зрения в данных условиях делать Берлин главной целью, особенно если учесть тот факт, что от него до русских позиций 35 миль» [219, с. 459].

Захват столиц неприятеля всегда считался завершением войны и показателем высокого совершенства разработки наступательной операции и мужества армии. Взятие Берлина – логова фашизма – Красной Армией выделялось и по размаху наступления на огромном театре военных действий, и по взаимодействию трех фронтов – 2–го Белорусского, 1–го Белорусского и 1–го Украинского, – различных родов и видов войск, частей военно–морского флота, а также войск польской армии, и по окружению и одновременному рассечению крупных сил противника, и по умению ведения боевых действий в многонаселенном городе, и по срокам проведения самой операции, с 16 апреля по 8 мая 1945 года.

Берлинская операция была одной из наиболее эффективных стратегических операций Красной армии.

«Осмысливая теперь события тех дней, – писал маршал И. С. Конев, – я прихожу к выводу, что в Берлинской операции наиболее ярко проявилась организующая и направляющая роль Ставки Верховного Главнокомандования и Генерального штаба.

И. В. Сталин внимательно выслушал соображения командующих фронтами, учитывая предложения Генштаба, определил главный замысел Берлинской операции, после чего поставил ясные оперативные задачи фронтам. На основе этих указаний командующие разработали планы операций, которые были рассмотрены и утверждены Ставкой. Верховный Главнокомандующий с присущей ему твердостью руководил Берлинской операцией, внимательно следил за ее развитием, лично координировал действия 1–го Белорусского [251] и 1–го Украинского фронтов, оказывал необходимую поддержку» [108, с. 501].

В составе трех фронтов действовали 19 общевойсковых,

4 воздушных и 4 танковых армии. Советские войска в ходе Берлинской операции разгромили 70 пехотных, 12 танковых, 11 моторизованных дивизий и большую часть авиации вермахта.

Как известно, гитлеровской Германии, имевшей в 1941 году огромный военно–экономический потенциал и превосходство в силах, так и не удалось тогда окружить советские войска под Москвой и овладеть столицей СССР. С 30 сентября по 4 декабря 1941 года Красная армия сдерживала мощный натиск фашистских войск, срывала их попытки прорваться на ближние подступы к Москве. А обескровив ударные группировки противника и создав необходимые условия для их разгрома,

5 декабря 1941 года сама перешла в решительное контрнаступление по широкому фронту. Войскам немецко–фашистской группы армий «Центр» был нанесен тяжелый урон, и они были отброшены на запад от Москвы на 100–250 и более километров.

2 мая 1945 года советские войска полностью овладели столицей фашистской Германии – Берлином, Правительство СССР считало, что только после полной капитуляции немецких войск должно быть объявлено о победе над фашистской Германией. И. В. Сталин заявил:

«Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический факт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия: в Берлине не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции. Пусть ее подпишет кто–то из главарей бывшего фашистского государства или целая группа нацистов, ответственных за все их злодеяния перед человечеством» (цит. по: [218, с. 441–442]).

8 мая 1945 года в Карлсхорсте (пригород Берлина) был подписан Акт о безоговорочной капитуляции вооруженных сил фашистской Германии.

Разгром Красной армией в наступательных операциях стратегической обороны фашистской Германии, вступление наших [252] победоносных армий в поверженный Берлин наглядно продемонстрировали эффективность политической и военной стратегии Советского Союза, высшие достижения советского военного искусства, блестящие образцы руководства вооруженной борьбой Верховного Главнокомандования, всех командных инстанций Красной армии, их неоспоримое превосходство над военным искусством вермахта и его союзников, их командных кадров. Советское политическое руководство, военное командование через все испытания почти четырехлетней войны привели наш народ, нашу армию к Великой Победе.

В ознаменование победоносного завершения Великой Отечественной войны советского народа, увенчавшейся полным разгромом гитлеровской Германии, 9 мая 1945 года было объявлено днем всенародного торжества – Праздником Победы. По радио с обращением к народу выступил И. В. Сталин. Он говорил:

«Товарищи! Соотечественники и соотечественницы!

Наступил великий день победы над Германией. Фашистская Германия, поставленная на колени Красной армией и войсками наших союзников, признала себя побежденной и объявила безоговорочную капитуляцию...

Теперь мы можем с полным основанием заявить, что наступил исторический день окончательного разгрома Германии, день великой победы нашего народа над германским империализмом...

С победой вас, мои дорогие соотечественники и соотечественницы!» [182, с. 192–194].

24 мая 1945 года Правительство Союза ССР устроило в Кремле прием в честь командующих войсками Красной армии. На приеме выступил с речью И. В. Сталин. Он подчеркнул заслуги советского народа в Отечественной войне, и прежде всего русского народа, как наиболее выдающейся нации из всех наций, входящих в состав Советского Союза.