Глава VIII. Были ли русские «варварами»?.. 251 Учителям и «блюстителю» академии следовало быть «благочестивыми» и от «благочестивых родителей рожденных и воспитанных». Все учителя, приехавшие из-за границы, подвергались испытанию, после которого выдержавшие его, принимались на службу, а остальные «изгонялись» из государства Российского. Примечательно, что царский проект предусматривал «за долговременную и ревностную службу» преподавателям назначать пенсии25. Пожалуй, самым примечательным в образовательном проекте Федора Алексеевича являлся пункт о приеме в академию людей «всех сословий и возрастов»26. Хотя в данном разделе не уточнялось, могли ли учиться в академии крестьянские дети, однако даже представленное в такой форме образовательное учреждение носило явно демократический характер. Прогрессивным было и стремление автора проекта оказывать финансовую поддержку «студентам». Так, в проекте отмечалось, что наиболее прилежные в науках ученики получат во время учебы от государя «достойное мздовоздоя- ние», а по окончании учебы — «приличные чины» и «особенное царское щедрое милосердие». Подчеркивалось, что «в чины» могли допускаться не только «благородные», но и «неблагородные». Последние имели право занять должности стольников, стряпчих и пр. Причем, право занимать указанные должности принадлежало тем, кто проявлял явные заслуги на войне, в государственных делах и… «за учение». Тот факт, что «студенты» занимали в царском проекте важное место, становится очевидным из статьи, посвященной наказаниям за проступки. В случае, когда среди «студентов» обнаруживали должников или виновных в каких-либо преступлениях (за исключением убийства или тяжких преступлений), то до завершения учебы под суд их не брали, «чтоб не препятствовать науке». Судебные функции в академии возлагались на ее «блюстителя» и преподавателей. Проект образовательной академии царя Федора Алексеевича, безусловно, отличался прогрессивным характером, поскольку предусматривал внесословное образование. Вместе с тем, явным диссонансом в проекте звучали требования самых жестоких кар в отношении тех преподавателей и «студентов», которые читали еретические книги или «возводили хулу» на православие. Автор проек- 25 Там же. С. 247. 26Тамже. С246.

252 Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России та призывал сжигать не только еретические книги, но и тех, кто их читал! «Если какой-нибудь иностранец или русский обвинен будет в хуле на православную веру, то отдается на суд блюстителю и учителям, и если обвинение окажется справедливым, то преступник подвергается сожжению», — заявлял царь27. По-видимому, подобные призывы царя заставили историка С. М.Соловьева окрестить планируемое образовательное учреждение «страшным инквизиционным трибуналом»28. Бесспорно, что та идеологическая борьба, которую русская православная церковь вела в XVII веке с «иноверным» Западом, отразилась в проекте царя. Дуализм ментальности и религиозных верований Федора Алексеевича явно вступал в противоречие с историческими требованиями эпохи Нового времени, что и проявилось в царском проекте. Трудно сказать, какая судьба постигла бы данное учреждение в Российском государстве в условиях правления абсолютной монархии, если бы не преждевременная смерть самого автора проекта. В 1682 г. царь Федор скончался в возрасте 20 лет. Проект академии так и остался таковым на бумаге. Обычным делом для второй половины XVII в. стало появление иностранных книг в личных и монастырских библиотеках. Автор предисловия к изданию «Россия при царевне Софье и Петре I. Записки русских людей» подчеркивал: уже при царе Алексее Михайловиче русская литература переживала расцвет, и она не была изолирована или оторвана от общеевропейского развития. Не только богословские, но и художественные, исторические, технические сочинения западных авторов в изобилии переводились, «вливаясь в поток аналогичных русских произведений». Автор обращал внимание на высокий для Европы того времени уровень начального образования на Руси (включавшего умение читать, писать и петь по нотам) и появление при «тишайшем» царе в Москве первых училищ «повышенного типа» — своего рода переходной ступени к университетскому образованию. Поразительны были изменения, происшедшие в 1640-1670-х годах в музыкальной культуре (С. Коллинс свидетельствовал: «у русских есть музыкальные школы, где воспитывают детей очень тщательно и строго»), изобрази- 27 Там же. С. 247. 28 Там же. С. 248.

Глава VIII. Были ли русские «варварами»?.. 253 тельном искусстве («першпективная» живопись), в архитектуре и градостроении29. Культурные достижения России в XVII веке не ограничивались только успехами в образовании. Практический характер начинают приобретать в это время научные знания. Интенсивный рост торговли способствовал зарождению прикладной математики. Получили широкое хождение рукописные учебники («Цифирная счетная мудрость» и др.), а также печатные книги по математике («Считание удобное»). Используемые русскими купцами счеты, с костяшками или бусами, нанизанными на спицы, приводили в восхищение иностранцев, не встречавших подобных устройств у себя на родине. Стали вводить в действие различные механизмы в строительстве (блоки, винтовые деревянные домкраты) и на мануфактурах (сверлильные станки, циркулярные механические пилы, подъемные механизмы и т. п.)30. Заметный подъем в этот период переживала русская литература. Прежде всего, это проявилось в интересе к истории, как своей страны, так и зарубежных государств. В Хронографе 1617 г. содержались сведения об открытии Америки, о «люторовой ереси» и пр. В 1620 г. вышел в свет труд монаха Авраамия Палицына о «Смутном времени» — «История в память предыдущим родом». За ним последовали исторические произведения «О разорении Пскова», «Повести об Азовском осадном сидении», «Сибирские летописи». Наконец, в 1678 г. был издан первый обобщающий труд по истории «Синопсис» И. Гизеля31. Рост национального самосознания народа, заметно усилившийся в период Смуты, отразился в русской публицистике. В 1610–1612 гг. выходили «летучие листы-писания»: «Новая повесть о пре- славном Российском царстве и великом государстве Московском», «Плач о пленении и конечном разорении превысокого и пресветлей- шего Московского государства» и др. Во второй половине XVII в. вышли в свет труды идеологов «просвещенного абсолютизма» Ю. Крижанича и С. Полоцкого. Заметным явлением русской культуры стало появление светской литературы. Возникли новые жанры: повести-жития («Житие 29 Россия при царевне Софье и Петре I. Записки русских людей. М., 1990. С. 10. 30 История культуры России. Указ. соч. С. 88–89. 31 Там же. С. 90–91.

254 Лабу тина Т. Л. Англичане в допетровской России протопопа Аввакума, им самим написанное»), бытовая повесть («Повесть о Горе-Злочастии», «Повесть о Савве Грудцыне»), демократическая сатира («Повесть о Шемякинском суде», «Повесть о Ерше Ершовиче», «Служба кабаку» и др.), рифмованная поэзия («Букварь», «Рифмованная псалтырь», «Вертоград многоцветный» и др.)32. Среди новых жанров особое место занимала драматургия. И здесь следует подробнее остановиться на первом театре в России, время создания которого пришлось на вторую половину XVII века, правление царя Алексея Михайловича. Напомним, что в средние века в народе процветало «скоморошное художество», а также кукольные комедии. Русский народ, как полагал ученый XIX в. П. О. Морозов, «был очень расположен к сценическому делу и в самой своей жизни, в своих праздничных обрядах и играх». Между тем, власти относились крайне негативно ко всякому проявлению народного веселья, «строго осуждая его, как поганство, как язычество, как служение дьяволу», и усердно старались его искоренить33. Подобное положение вещей сохранялось вплоть до середины XVII века. Даже молодой государь Алексей Михайлович, с именем которого связывают зарождение театра в России, поначалу относился к проявлениям народного веселья весьма прохладно. В 1648 г. по русским городам и волостям была разослана царская грамота, которая строго предписывала: «В домах, на улицах и в полях песен не петь… не плясать… в хороводы не играть… на свадьбах песен не петь», органикам и гусельникам не играть, «на святках в бесовское сонмище не сходиться, игр бесовских не играть, песен не петь, загадок не загадывать, сказок не сказывать… личины и платье скоморошеское на себя не накладывать, олова и воску не лить, зернью и в карты и в шахматы не играть… на досках не скакать, на качелях не качаться, скоморохом не быть, с гуслями, бубнами, зурнами, домрами, волынками, гудками не ходить, медведей не водить… кулачных боев не делать»34. Даже судя по данному указу, можно составить представление, насколько разнообразными были развлечения и увеселения простых людей на Руси. И все это молодой царь, находившийся в ту пору под сильным влиянием духовников, пове- 32 Там же. С. 93–94; Панченко А. М. Русская стихотворная культура XVII века. Л., 1973. 33 Морозов П. О. Очерки из истории русской драмы XVII–XVIII столетия. СПб., 1888. С. 28. 31 Там же. С. 130–131.