– Значит, я подоспел вовремя.

– Теперь мы квиты. Я помог тебе, ты помог мне.

Хариесс заметила хозяина таверны, робко выглядывавшего из-за сломанной стойки.

– Иди-ка сюда, пёс, – приказала строго. – Не прячь под полками свой жирный зад. Почему в твоём паршивом заведении нападают на государственных людей? Этот человек находится на службе Его Сиятельства. Как ты посмел допустить драку?

– Прошу прощения, господин офицер, сам не знаю, что нашло на этих бездельников… – залебезил хозяин. – Как я могу искупить свою вину?

– Предоставь нам ужин и ночлег. И позаботься о моей лошади.

– Слушаюсь, господин офицер…

– Ты хочешь остаться в этом клоповнике? – вступил в разговор Андросс.

– Что предлагаешь?

– До темноты ещё несколько часов, а неподалеку отсюда есть неплохое местечко… Лучше спать на земле, чем в этом гадючнике.

– Как скажешь… Эй, хозяин! – окликнула девушка направившегося к выходу мужчину. – Собери нам корзину с едой: хлеб, овощи, копчёный окорок и пару бутылок хорошего вина. Да поживей, пень трухлявый, мы спешим!

Андросс улыбнулся.

– Да ты, в самом деле, крутой парень!

Хариесс посмотрела на него с подозрением.

– Я виолка, а это круче любого парня, – ответила она.

Хозяин, напуганный грозным видом и подгоняемый грубыми окриками, справился на удивление быстро. Вскоре он вернулся, неся полную корзину, из-под крышки которой торчали два узких длинных горлышка.

– Сколько с меня? – спросила Хариесс.

– Это подарок, – угодливо улыбаясь, ответил хозяин. – Только не рассказывайте князю об инциденте… Обещаю, что больше такого не повторится!

– Подарок, говоришь? – усмехнулась девушка. – Ну, ладно… Я постараюсь забыть обо всём, что здесь произошло.

Они покинули харчевню, и Хариесс взобралась в седло. Кивнув Андроссу, она предложила сесть позади.

– Так мы доберёмся быстрее.

Андросс умостился на крупе коня, позади седла, и Хариесс рысью поскакала по улице. Когда селение осталось позади, она придержала коня и спросила, оглянувшись через плечо:

– Ну, как ты там? Задницу не отбил?

– Не беспокойся… Сегодня ты выглядишь лучше. Хорошо отдохнула в столице?

– Обо мне позаботилась подружка… Я спал в доме на мягкой перине, а не в казарме на тюфяке.

– У тебя есть девушка? – удивился Андросс.

– Одна из фрейлин княгини. Она вознамерилась стать моей невестой. У нас состоялся серьезный разговор… Боюсь, она на меня обиделась.

– Да… Наверное, женское внимание – самое неудобное в твоём положении.

– В общем-то, нет. В Орадоне меня ждёт хорошенькая рабыня, так что я не выделяюсь из массы…

– Рабыня знает твою тайну?

– Конечно. Она увязалась за мной из дома, потому что влюблена по уши. Это известно всему Корпусу. Ульма девушка красивая и умелая во всех отношениях…

Андросс не стал уточнять умения рабыни и разговор затих. До места ночлега добрались в полном молчании, если не считать кратких указаний охотника, куда повернуть и где проехать.

Место ночлега оказалось весьма укромным – ограждённая со всех сторон обломками скал и густым кустарником поляна, посреди которой разлившийся ручей образовал небольшое мелкое озерцо. Пока Андросс готовил костёр и ложе для ночлега, Хариесс расседлала и стреножила коня, отпустив его на пашу. Затем разделась донага и вошла в нагретую солнечными лучами воду. Она совершила вечернее омовение, не обращая внимания на мужчину, бросающего на неё вожделенные взгляды. Хариесс давно вышла из того возраста, когда мужские взгляды смущают. К тому же Андросс уже видел её обнажённое тело, когда спасал от лихорадки в горной пещере.

Смыв пот, пыль и дневную усталость, девушка вышла на берег и направилась к охотнику.

– Не хочешь искупаться? Вода отличная. Лучше, чем в ванной.

Андросс взглянул на намокшую повязку:

– Как рана?

– Закрылась.

– Набрось плащ, скоро похолодает.

– Разве ты меня не согреешь? – будничным тоном спросила девушка и встряхнула мокрыми волосами. Несколько капель упали на лицо мужчины. Андросс вытер их ладонью и спросил:

– А ты этого хочешь?

– Спрашиваешь… – улыбнулась девушка.

Набросив на плечи плащ, она закуталась в него и присела у живительного огня. Через несколько минут послышался плеск и, взглянув через плечо, она увидела купающегося Андросса.

Он подошёл к костру голый и мокрый, похожий на молодого лесного бога. По бронзовой коже стекали сияющие в отблесках костра капли, а длинные волосы потемнели и блестели, словно покрытые лаком. Он стал поближе к огню, чтобы согреться и побыстрее осушить тело. Хариесс окинула мускулистую фигуру оценивающим взглядом. Андросс перехватил его, и слегка улыбнулся. Повернувшись к девушке, опустился на колени. Его лицо оказалось напротив её лица. Положив руки на плечи, наклонился, и легонько коснулся губами губ.

– Харри, я… – прошептал он.

Девушка положила ему на губы ладонь.

– Тихо… Не говори ничего… Давай просто сделаем это… – и сбросила плащ.

Андросс начал медленно и легко касаться губами её щёк, губ, подбородка, шеи… Затем губы скользнули ниже, лаская плечи и грудь. Они захватили острый твёрдый сосок и начали мягко его посасывать. Ладонь легла на другую грудь девушки, слегка сжала её и стала массировать. Охваченная желанием, Хариесс откинулась назад, облокотившись на руки, и подалась навстречу мужчине. Колени раздвинулись, открыв гладкое лоно, приглашая мужчину войти. Андросс внял её молчаливому приглашению и тут же погрузился в него.

Ещё ни с одним мужчиной Хариесс не испытывала такого сильного наслаждения. Даже многоопытная Ульма не доставляла ей столько радости и не исторгала из неё столь сладостного стона. Хариесс не относилась к тем страстным женщинам, которые ни дня не могут прожить без плотских утех. Она любила мужские ласки, но нуждалась в них не часто и в ограниченном количестве. Обилие любовных наслаждений её утомляло и даже раздражало, поэтому на Оллине у неё не было постоянного любовника. Но с Андроссом ей хотелось ещё и ещё. То ли он оказался таким умелым, что сумел завести даже её холоднокровную натуру, то ли сказались другие обстоятельства, но девушке было настолько хорошо, что она даже сама удивилась.

Когда, удовлетворённые, они лежали на земле возле догорающего костра, Андросс неожиданно прошептал:

– Я люблю тебя, Харри…

– Не говори глупостей… Мы знакомы лишь несколько дней…

– Мой отец увидел мать у ручья, когда она брала воду. Он смотрел на неё всего несколько минут и влюбился на всю жизнь… Он похитил её и привёз домой. Они живут вместе почти тридцать лет и до сих пор любят друг друга.

– Ну, меня бы он не похитил… К тому же, в ближайшие несколько лет я не собираюсь замуж.

– Я знаю… Но всё равно люблю тебя.

– Почему? Что такого ты во мне нашёл? Посмотри на моё тело: кости и кожа, и ещё мускулы; всё покрыто шрамами, груди нет, а ягодицы меньше, чем у тебя…

– При чём здесь тело? Я люблю тебя не за тело, а за характер… Разве можно тебя сравнить даже с самыми красивыми девушками моего селения? Они глупы, слабы и трусливы – всё равно, что овцы. При любой опасности визжат и рыдают. Варварки и то намного смелее. Моя мать расцарапала отцу всё лицо и прокусила руку, пока он её связывал. Но затем она покорилась, и теперь ни в чём отцу не возражает. Думаю, покорить тебя, всё равно, что приручить дикого гиззарда. Даже если на первый взгляд ты будешь тиха и послушна, это не значит, что ты покорна. Сегодня ты будешь нежно мурлыкать, а завтра перегрызёшь горло неосторожному укротителю.

Хариесс засмеялась.

– Это точно! Но не стоит так порицать своих односельчанок. Всё зависит от среды обитания и воспитания. Мои предки с древних времён были воинами, и меня растили, как воина. А из ваших девушек делали домашних рабынь – тихих, послушных, покорных… Каждому своё.

– Вот поэтому они мне не нравятся. Возможно, во мне говорит кровь варваров, но я всегда презирал рабов… Я всегда мечтал встретить сильную и смелую женщину, которая не ахала и не визжала бы при виде Ленни. Не побоялась бы взять топор и раскроить череп врагу, вламывающемуся в наш дом, и могла бы сказать мне: «Андросс, ты не прав, я с тобой не согласна!» Даже ударить меня, если я того заслужил.