отправляюсь гулять по городу

в поисках "родных" мест!

Город развернул мне свои ладони,

на которых папиллярными линиями

обозначились

проспекты, улицы, переулки, дома, дерева...

- Ах! Где эта улица, где этот дом?

Где эта барышня, что я влюблён? -

мурлыкал я под нос старинную песенку.

Вдруг споткнулся

о выступившие на поверхность корни

старого тополя.

Я погладил рукой

его коричнево-болотный

фактурный ствол,

вдохнул "одеколонный" аромат

смолянистых почек.

Ведь в парфюмерной промышленности

их используют для отдушки

туалетного мыла.

Также они входят в состав бальзама,

издавна известного

как "Рижский черный".

"Di acqua di Colonia..."* -

пробежал мимо уха шепоток ветра.

Я повернул голову,

а метрах в двухстах

чернела липа,

а между ними пустота,

от которой затрепетало сердце!

Я крепко-крепко обнял дерево,

как обнимают старого приятеля,

которого не видели сотню лет.

По щекам хлынули слезы.

Так я вспомнил,

что у меня есть отец, есть мать,

есть сестра, есть малышка,

есть нянюшка

и даже кошка есть,

черная как смоль!

Я стою

и мысленно разговариваю

* Di acqua di Colonia - кельнская вода (итал.)

с деревом,

вдруг ставшим мне таким родным!

А раньше я проходил мимо,

замечая только "зимы",

которые он устраивал

в жарком июле.

"Тополиный" снег

кружил в воздухе,

"забивая" нос.

Вы вчера вдруг заметили,

Что ваш пух

слился с тополем.

Вашим крыльям

больше столетия.

Так взлетайте!

К чему эти вопли

О краях, куда направляясь,

обычно молчат*.

* * *

Память бьет

молоточком по пальцу.

Боль звенящая,

как тишина в моей комнате.

Красным кругом в глаза:

"Вы не помните?"

Клюква в сахаре -

ах слаще пряников!

Много библий, а правда одна.

Нет слаще ренклода, чем дома!

Душистее липы,

тополей таврически-крымских

Солнце медом окна залило.

Здесь головки тюльпанов

кивают ветру такт в такт...

* Из стихотворения Д. Арбениной "Пух".

* * *

Я возвращаюсь со "свиданий"

каким-то уставшим и поникшим,

включаю катушечный магнитофон,

а оттуда несется "веселая" музыка:

Ах, черёмуха белая,

сколько бед ты наделала,

Ах, любовь твоя смелая

сумасшедшей была.

Ароматом дурманила,

только сердце поранила,

я ведь знала заранее,

это только игра.*

или

Музыка нас связала,

Тайною нашей стала,

Всем уговорам твержу я в ответ:

Нас не разлучат, нет**.

Потом беру из детской кроватки

тянувшую ко мне

свои крохотные ручонки малышку.

До сих пор помню тот день,

когда эта кроха появилась на свет!

День недели как воскресение.

И почему-то не по-осеннему

теплая погода!

Люди сняли шапки

и побросали их в небо.

Горячий укол "творит" чудеса -

январь, как шубу,

"скидывает" три месяца.

* Из песни М. Журавлевой "Белая Черемуха".

** Из песни гр. "Мираж" - "Музыка нас связала"

Ноль, как начало

отсчета новой жизни.

Полчаса неимоверных усилий,

чтобы появиться на свет.

А дальше борьба,

борьба за жизнь!

И моя сестренка бледная,

как стена больничной палаты,

молящая в открытые форточки:

"Заберите меня отсюда!"

Отец в пьяном отчаянии бьет

склянки с молоком

об старый тополь у дома.

"Бедная наша мама!" -

ласково шепчу я малышке на ушко.

Потом я ложусь

на цветастый мохнатый ковер,

а малютка ползает по мне.

Я хохочу от щекотки,

малышка радостно заливается в ответ!

Так уходят все мои тревоги и печали!

* * *

- "Набережная неисцелимых"

Иосифа Бродского -

это же о Питере! - осенило меня.

Бродский между строк

ностальгировал о городе,

куда уже нельзя ни вернуться,

ни купить билет.

Но когда пришло время,

он уплыл в своей гондоле

по реке вечности,

чтобы когда-нибудь

вернуться сюда,

на набережную Невы.

Питер. Я неисцелимо болен им!

Я не могу дождаться весны,

когда санкт-петербургское небо

рухнет на площадь

дождем и белыми ночами.

Соль всех морей

соберется на моих губах.

А поцелуи "розы ветров"

будут нежно-терпкими.

У меня случится роман

с этим городом.

И я обручусь с Невой!

Да-да! Вы не ослышались!

Я куплю

два совершенно одинаковых кольца.

Одно брошу в Неву,

а другое,

окунув в изумрудную воду,

как её глаза,

по всем правилам

надену на безымянный палец!

Безумный, скажете?

Так оно и есть!

Рита любила читать мою "писанину",

забравшись с ногами

в отцовское кабинетное кресло.

- Подожди-подожди!

При чем тут её изумрудные глаза?

И кто она такая? -

сверкала глазами-молниями Рита,

серыми, как дождливое питерское небо.

- Пан Ленинград, я влюбился без памяти

В ваши стальные глаза! -

нараспев повторяю я строчку из песни*.

* Из песни Ю. Шевчука "Ленинград".

- Ты мне зубы-то не заговаривай!

Тоже мне бабка-шептунья! -

вспыхивает она.

- А что?Ты ревнуешь?

Давно ли ты ревнуешь меня

к моим лирическим героиням? А?

Это пахнет психическим расстройством!

Одна моя знакомая,

помнится,

ревновала меня к моей гитаре! -

усмехаюсь я.

- И правильно делала!

Да я тебя даже к мертвым ревную!

Значит, ты вспомнил её, значит, не забыл! -

сквозь подступившие слезы,

говорит мне Рита.

Да, я вспомнил тебя...

Угасла моя Нефертити.

Было обидно и больно.

Снег падал осколками в кожу.

И не обернулся прохожий-

рубашка в крови!

А время бежало куда-то,

попутно ища виноватых,

и кто-то не мог поверить

в гибель своей страны.

На кухне тянуло газом,

а кто-то замыленным глазом

листал альбом...

Мечты летели на воздух!

* * *

Я плыву на корабле Жизни

по волнам Времени.

Мое Сердце всегда

было моим компасом.

Каждую весну

я дарю серебряные кольца

реке Неве

в память о том,

что было со мной!

для неравнодушных к творчеству автора:

счёт 41001569477879 на money.yandex.ru

Рита Волкова

МАЛЬЧИК

Верстка Е.В. Мининой

Корректор Ю. Б. Гомулина

Изд. лицензия ? 065684 от 19.02.98

Подписано в печать 13.09.2013. Формат 84*90 1

/

32

Гарнитура Warnok Pro. Печ. л. 8,5.

Заказ 2-06

Отпечатано издательством "Геликон Плюс"

Санкт-Петербург, ВО, 1-я линия, д. 28

htpp://www.heliconplus.ru