– Что ты имеешь в виду?

– Вчера, как я узнала от соседей, в доме нашей ясновидящей появился подозрительный старик.

– Это новость. Родственник?

– Никто не знает. Но другие соседи утверждают, что сегодня вечером, как раз перед тем, как вы позвонили мне и я отправилась за девчонкой, Настя с дочкой и тем самым стариком бежали к автобусной остановке.

– Они не вернулись домой?

– Не вернулись и, похоже, не вернутся, потому как в руках у них теми же быстроглазыми соседями были замечены сумки с вещами.

– Интересно. Но это, разумеется, еще не все?

– Совсем не все! – сообщила Анна, томно улыбаясь и затягиваясь.

– Расскажешь? Или так и будешь отвечать на наводящие вопросы? – спросил Петр с ядовитой улыбкой, к которой с опаской относились все его подчиненные.

Но Анна, похоже, сегодня набрела на настоящую удачу, потому что улыбку Петра проигнорировала и, даже не моргнув глазом, продолжила:

– Как я уже сказала, Настю с дочкой и странным стариком я не застала, поскольку они бежали до того, как я добралась до их дома. Зато каково же было мое удивление, когда из подъезда показалась знакомая фигура Дана. Я даже решила поначалу, что пока я ехала, планы поменялись и вы с ним все переиграли.

Анна замолчала и снова уставилась на Петра.

– Нет, – протянул он. – Дана там не должно было быть.

– Нет? Тогда докладываю: вид у него был взволнованный, на ходу ерошил волосы, смотрел прямо перед собой, не заметив меня в пяти метрах. Что-то ему там не удалось, если я правильно поняла?

– Дальше. – Петр прекрасно понимал: если бы это было все, Анна вела бы себя с ним намного корректнее.

– Я поднялась к квартире. И хотя уже по дороге узнала о старике и автобусной остановке, посчитала необходимым убедиться собственными глазами. – Петр почувствовал, что Анна изо всех сил старается сдержать улыбку. – Дверь действительно была заперта и на звонки никто не отвечал. Но как только я отошла от двери, началось самое интересное…

Женщина снова затянулась и, прищурившись, посмотрела на Петра.

– Это правда, что место вашего заместителя до сих пор вакантно?

Петр улыбнулся ей в ответ мягко, почти как кавалер даме, приглашая ее на танец, но вопрос оставил без ответа. Чутье никогда его неподводило и теперь он знал почти наверняка, что Анна принесла ему хорошие известия.

– За Даном я не пошла, – продолжала тем временем женщина. – Он выглядел настолько обескураженным… Вряд ли он имел представление о том, куда подевалась девчонка. Но когда я собралась уходить, у двери появился еще один мужчина. Странный мужчина. Абсолютно седой, интересный, с первого взгляда – ничего особенного.

Петр подался вперед и вкрадчиво спросил:

– Но ведь ты пригляделась к нему получше, не так ли?

– Именно так. Что-то в нем было этакое, – Анна помахала в воздухе рукой, будто пыталась нашарить подходящее слово, – что-то странное. Уж очень похож на ненормального из этих, знаете, с отставанием в развитии. И главное – совершенно не понятно, сколько ему лет: то ли сорок, то ли двадцать.

– Глаза голубые, нос прямой, рост приблизительно метр восемьдесят семь.

– Да, это он.

– И ты пошла за ним? – с наигранным восторгом спросил Петр.

– И я пошла за ним, – в тон ему ответила Анна. – Именно поэтому вернулась к вам так поздно: далеко же он меня завел. Окрестности Всеволожска, большой деревянный дом с единственным светящимся окном. Похоже, там ждали его возвращения.

Петр молчал. Совершенно ясно, что парень с косой на поляне, которого он принял за умственно отсталого и попросил нарвать цветов для Людмилы, и тот, кто уже дважды побывал у Насти, – одно и то же лицо. Но каким образом? Кто управляет им? Или его сумасшествие – только маска?

Людмила была необыкновенно близко и, казалось, дышала ему в затылок. Петр смотрел на Анну с сожалением. Далеко ли удалось продвинуться этой проныре? Если она видела Людмилу, то ее песенка спета. Смешно думать, что он сделает своим заместителем женщину, которая будет время от времени его шантажировать.

– Разумеется, тебе удалось установить кто же…

– К сожалению, нет. Окно светилось на втором этаже, шторы были достаточно плотные, но разглядеть силуэт удалось. Это была женщина. Она ходила из угла в угол после возвращения своего странного посланника еще добрых полчаса. Волосы длинные, рост приблизительно метр шестьдесят пять.

– Адрес, – поставил точку в их затянувшейся беседе Петр.

Анна написала адрес на листе бумаги и протянула Петру. Ей явно не хотелось так быстро сворачивать приятную беседу с шефом.

– Молодец, свободна.

Она, поджав губы, отправилась к двери,

– Место, о котором ты спрашивала, – вакантно. Я подумаю…

Женщина благодарно сверкнула глазами и закрыла за собой дверь.

– Ты ничего не перепутал? – спрашивала Людмила возвратившегося из города Виктора.

– Нет, там никого не было. Совсем никого. Совсем тихо.

– Может, ты зашел не в тот подъезд или позвонил не в ту квартиру? Это случается, ты подумай!

– Я ничего не перепутал.

Людмила долго ходила из угла в угол. Память у нее была прекрасная. Все, что касалось Насти, она помнила. К тому же Нора должна была ее помнить. Хорошо должна была помнить.

Людмила сняла трубку телефона и, несмотря на поздний час, набрала номер Норы. В трубке раздавались лишь длинные гудки, но в тот момент, когда она уже решила дать отбой, кто-то снял трубку, но не произнес ни слова.

– Здравствуйте, – радостно воскликнула Людмила. – Нора, это ты? Норочка! Плохо тебя слышу!

– Это не Нора, – ответили на другом конце провода, и Людмила едва справилась с ликованием. Конечно же, это была Настя! – Мама умерла. Три года назад.

– Боже мой! Настенька, как же так? Вы ведь ее дочь, правильно? Господи, какое горе. Я не могу… не могу больше говорить. Извините меня, пожалуйста.

Людмила бросила трубку и снова зашагала по комнате. Виктор смотрел на нее с нетерпением и любопытством. Похоже, ее радость передалась и ему – у него глаза заблестели, когда он понял, что Людмила отыскала девчонку. Медлить было нельзя. Если девчонка покинула дом – значит, испугалась чего-то, а может быть, и почувствовала, что за ней началась настоящая охота. Ход мыслей Рудавина представить несложно. Да и правила игры в организации никто пока не менял. Девчонку лишат близких, а потом заставят сотрудничать, предоставив возможность иногда видеться с ними. До тех самых пор, пока не вытравят из головы даже память о них.

А Настя хороша! Нашла где спрятаться – у родителей. Там ее будут искать в первую очередь. Значит, времени у Людмилы не остается. Петр уже завтра найдет ее. Нужно переиграть его, опередить.

– Ты сумел бы поехать туда прямо сейчас? – спросила Людмила Виктора, и тот с готовностью поднялся и надел куртку.

Людмила набросала для Насти небольшое послание, сообщая о том, что ее жизнь в опасности и приглашая укрыться в своем доме. В конце она приписала: «Я знаю достаточно много о тех, кто вас преследует. Вспомните свое похищение три года назад и вы поймете, о чем я говорю. Приезжайте и не медлите ни минуты. Ваш друг».

Полночь давно миновала, а потому добраться до дома Стаси было непросто. Взять машину Людмила ему не позволила, а рассчитывать на попутки не приходилось. Виктор соврал Люсе, что ходит еще один автобус, развозящий заводских со смены. Он очень гордился своей находчивостью. Ему было немного не по себе, что обманул ее. Но ведь когда собираешься устроить для любимой сюрприз – это всегда немного ложь. Иначе – ничего не получится.

Раньше он иногда дарил ей цветы. Для этого ему приходилось много лгать. Сначала нужно было обвести вокруг пальца старуху, которая готовила ему обед и убирала дом. Людмила не могла сама готовить ему обед. Она была очень занята. Так занята, что день, проведенный в ожидании, порой растягивался для него в неделю. Он обманывал старуху, убегал из дома, бродил в лесу до темноты, чтобы под покровом ночи залезть в чей-нибудь палисадник, где заведомо знал – нет собаки, а цветы – просто загляденье. Он собирал большой букет, затем осторожно выбирался на улицу и быстрым шагом возвращался домой. Открывал окно. Это была его тайна: ни Людмила, ни старуха не знали, что одно из окон на веранде легко открыть снаружи. Виктор бросал букет на веранду, тихонько затворял окно и только после этого стучал в дверь.