Пределам твоим предел.
Тот, которого душу пьете
В хороводах и на холмах.
С злыми каторжниками плоти
Бог, братающийся в боях.
Верховод громового хора, —
Все возжаждавшие, сюда! —
Одаряющий без разбора
И стирающий без следа.
Лицемеров, стоящих одаль, —
Бич! То воркот ушам, то рык,
Низшим — оторопь я и одурь,
Высшим — заповеди язык!
О, ни до у меня, ни дальше!
Ни сетей на меня, ни уз!
Ненасытен — и глада алчу:
Только жаждою утолюсь.
Двоедонный, рожденный дважды,
Двоеверный, — и вождь и страж…
И да будет кувшин — по жажде
Сей изжаждавшийся меж чаш
Деве…
Вежд крылатым взмахом —
Эти розы станут прахом.
Выравненные резцом,
Эти брови станут мхом.
Лба доверчивую кротость
Злыми бороздами опыт
Выбороздит. Гладь ланит
Жилами избороздит, —
Вилами! Улыбку рождши —
Плачь! Нет, дли ее, — всё тот же
Червь подтачивает плод:
Горе сушит, нега жжет,
Всё — обмеривает! Дивом
Мнишь? Все сущее червиво,
Муж!