Как вдруг из-за надстройки с заливистым лаем вылетел лохматый комок шерсти и ринулся под ноги женщине-призраку.

— О Боже, он нашелся! — возопила она, подхватывая на руки существо, оказавшееся рыжим пекинесом в теплой попонке.

— Э-э-э, простите, мэм! — произнес стряпчий, встряхивая головой. — Вот это... э-э-э... милое создание — Сунь Ятсен?

— Ну, разумеется! — ответила дама, целуя собачку в нос (та в ответ лизнула хозяйку). — Разумеется, это Сунь Ятсен, а кто же еще! Мы купили ему отдельный собачий билет! Да, там написано черным по белому: пункт отправления Шербур, пункт назначения — Нью-Йорк. Спасибо за помощь! Ах ты мой чудесный китайский дракончик!

Оставив даму с пекинесом, Юрий со спутницей сконфуженно двинулись прочь.

Хотя сюжет был вполне достойным фельетона из желтого журнальчика, но почему-то смеяться не хотелось. Вместо этого он про себя не жалел крепких слов для хозяек, не смотрящих за своими питомцами, а заодно — дающих псинам имена уважаемых людей, пусть хоть и китайцев.

Он даже не сразу среагировал, когда Элизабет схватила его за руку. И Ростовцев почувствовал, что та вновь дрожит.

— Вот, — жарко зашептала девушка ему прямо в ухо. — Это то самое привидение, о котором мне говорили!

Юрий с замирающим сердцем всматривался в медленно и плавно движущуюся фигуру, едва заметную в темноте.

— Вы уже убедились, что привидений не бывает, — усмехнулся он. — Просто человек вышел погулять...

Но что-то заставило его внимательнее вглядеться в колышущиеся тени среди надстроек пустых шезлонгов и спасательных шлюпок верхней палубы. А потом понял, что именно.

Неясная тень не шла, не пряталась, а именно кралась. Почти незаметно и очень умело. Вот незнакомец, нельзя было даже определить, мужчина это или женщина, открыл невидимую дверь и проскользнул внутрь.

— Стойте тут! — бросив это, Юрий в считанные мгновения добежал до надстройки, распахнул ту же дверь и оказался внутри, готовясь окликнуть чужака.

Задним числом он понимал, что это глупо да и небезопасно, но сейчас его вел самый настоящий охотничий инстинкт.

Но не тут-то было — за дверью он оказался в полном мраке.

— Эй, мистер! — позвал стряпчий и сам услышал предательскую неуверенность в голосе.

И какого черта тут нет света?

Полная темнота. Нет, вот, кажется, какая-то тень.

Что это?!

Ему почудилось, что совсем рядом во тьме вспыхнули два тусклых, как гаснущие уголья, багровых огонька.

Да что лезет ему в голову?! Нет, это человек из плоти и крови... Кажется... Ибо привидений не бывает. Если они и были, то в древние времена, а теперь, в век пара и электричества, они вымерли, как допотопные ящеры...

И вдруг Юрий испугался.

Не сказать, что прежде он не пугался. Но тут было что-то другое. Не тот первобытный ужас, вызывающий желание бежать со всех ног, а иной, тот, что лишает сил и приковывает к месту, не давая даже пошевелиться. Какой-то медленный, рептильный холодный ужас, обвивающий ноги и поднимающийся до сердца.

Пару секунд он стоял, ощущая, как перехватывает дыхание, а желание бежать прочь, не глядя куда, становится почти непереносимым. Но тут же странный приступ прошел. К чертовой бабушке! В конце концов, если это человек, то, значит, его вполне можно поймать и скрутить. Он не какой-нибудь тщедушный книжный червь. С сибирскими варнаками драться доводилось...

Но тут, наверное, пресловутым шестым чувством ощутил движение слева и развернулся — и тут же что-то словно подсекло левую ногу.

А в следующее мгновение Юрию показалось, что на его голову рухнула наковальня...

Перед глазами ослепительно вспыхнул свет, будто в него выстрелили в упор из трехдюймовки. Дальше не было ничего...

-...Джордж!! Господи, Джордж, вы в порядке?!

— Какого х...!! — выдавил Юрий из себя, поднимая веки.

К счастью, Лиз не поняла его.

Он находился в узком тамбуре, в котором горела единственная в десяток свечей лампочка в решетчатом наморднике.

Над ним склонилась американка. Её обычно румяное лицо сейчас было бледно-зеленоватым, а в расширившихся глазах отражался неподдельный страх. Неужто за него?

Ростовцев поднес руку к саднящему темени — там набухала внушительная шишка, но крови, кажется, не было.

— Джордж, ради Бога, что случилось?

— Я... извините, Элизабет, кажется, я споткнулся... Чертова темнота! — буркнул он, вставая.

Голова отозвалась долгим звоном, окружающее покачнулось.

Похоже, он уже и сам почти готов был поверить во всю эту чертовщину. Погоня за призраком, багровый отблеск в чьих-то глазах, движение, его рывок... Может, он просто поскользнулся и крепко приложился лбом о корабельное железо?

— Надо было включить свет.

Девушка ткнула пальчиком в черный эбонитовый выключатель у входа.

— Ой, да что я тут стою да болтаю, вам же нужна помощь! — воскликнула она и выскочила в плохо освещенный коридор за неплотно прикрытой дверью.

— Эй, кто-нибудь! Помогите! Пассажиру плохо!

Скривившись, Юрий приложился головой к металлу переборки. Холод немного успокоил пульсирующую боль. Хорош он будет завтра с разбитой башкой на докладе у милорда...

В коридоре послышалась торопливая скороговорка Лиз, чьи-то быстрые шаги, а затем в дверном проеме появилась девушка в сопровождении стюарда.

— Вас проводить к врачу сэр? — прозвучал вежливый вопрос с непонятным акцентом.

Чем-то знакомый голос.

— Наверное, надо бы, — произнес Юрий, поворачиваясь. — Будьте любез...

Да так и замер с полуоткрытым ртом, уставившись на корабельного лакея.

Некоторое время они смотрели друг на друга.

"Нет, этого не может быть!" — прочел стряпчий на лице своего визави.

"Черт побери! Этого и в самом деле не может быть!" — вертелось у него в голове.

Вот так-так!

Кажется, он нашел убийцу. Да только чем это для него обернется?!

"Господи, кой черт меня понес на это трансатлантическое корыто?!" — тоскливо подумал Ростовцев...

***

— Видите? — испуганно сказала девушка. — Помогите мистеру Йурийю, мистер...

Стюард торопливо отпер неприметную дверь, за которой оказалась маленькая каютка без иллюминаторов. Может кладовая или место для отдыха уборщиков каких-нибудь.

Юрий опустился на жесткий диванчик, его слегка мутило.

— Я сейчас... я вызову врача... — торопливо бросила Лиз, убегая.

Они остались вдвоем.

Перед ним, вытаращив глаза, стоял коренастый человек лет около сорока с породистым лицом и темными волосами. Он был в знакомой форме стюарда "Уайт стар лайн" — галстуке-бабочке и белых перчатках.

И как непривычно было видеть в лакейской одежде этого человека. Человека, которого Ростовцев считал когда-то старшим товарищем и наставником. Юрий видел в его глазах испуг — это тоже было непривычно. Ошибки быть не может — высокий лоб, тонкий изящный нос, блекло-зеленые глаза, небольшая родинка над бровью.

Ну, конечно же...

— Вацек! — произнес он конспиративную кличку старого знакомого.

Имя вырвалось так неожиданно, что стюард невольно подался к двери, снова метнув на Ростовцева испуганный взгляд.

— Да, Туз, это я, — отвтил, справившись с собой, давний его товарищ по тайному кружку казанских "борцов за освобождение России", Витольд Витольдович Гомбовский.

— Я не знал, что ты в эмиграции...

Лицо Витольда дрогнуло, но он тотчас же справился с собой.

— Да я тоже удивлен. Увидеть тебя тут, на корабле миллионеров.

И добавил, ухмыльнувшись:

— Говорят, гора с горой не сойдется, а человек с человеком... Двое наших на одном пароходе!

— Ваших? — прищурившись, отозвался Юрий. — Нет, я не ваш, пан Витольд. Я — свой собственный.

— Вижу, ты меня так и не простил? — сказал тот уже без улыбки и очень серьезно.