Вот тебе и отвязные парни. Вот тебе и независимость.

Однако раз Горшок все же считается панком, то и у него должен быть свой гимн «Му Way». Перепевали ведь Нина Хаген и Sex Pistols песню Фрэнка Синатры! Но у Миши будет свой панк-гимн, написанный специально для него Князем. Наконец-таки.

В 2007 году в группе произошли очередные перемены в составе. На этот раз никто никуда не уходил. Паша Сажинов, который на протяжении многих лет отвечал за отменный звук на концертах «Короля и Шута», пополнил ряды музыкантов. Еще работая звукорежиссером, Паша интересовался синтезатором. В какой-то момент Горшок, посоветовавшись с Князем, предложил Сажинову играть в группе. Теперь в коллективе их стало семеро — к двум вокалистам, басисту, барабанщику, гитаристу и скрипачу добавился клавишник. Сложился отличный панк-оркестр!

Идея самого клавишного инструмента в «Короле и Шуте» зародилась потому, что группа стала использовать секвенцер.

КНЯЗЬ: Некоторые могут назвать это фанерой. Но это, конечно, не фанера. В секвенцер могут закладываться отдельные дорожки, без которых композиция не звучит целостно. Грубо говоря, если в записи песни присутствует мощность гитар, то рекомендуется записать эту гитару. Две гитары могут звучать и при одном гитаристе. Кто-то скажет: «А что бы не взять второго гитариста?» Во-первых, каждому музыканту надо платить. Во-вторых, не каждая сцена может позволить себе много людей. Или еще вариант: иногда берется кусочек хорового голоса, типа: «Крик подобен грому, дайте людям рому!» И вместе с нами звучит записанный нами же хоровой секвенцер. Это надо для того, чтобы моща хора была соответствующей. Ведь если я настраиваю свой голос на мелодичное исполнение, а потом гаркаю — у меня садится голос. Крик — это все-таки немножко другая манера звукоизвлечения. Вот секвенцер — реальное дополнение. У нас секвенцер управляется от клавишника. Он сам все включает-выключает, и при этом еще и играет. Уровень шоу вырастает!

Теперь группа играет идеальные панк-концерты. Оставаясь все теми же отвязными парнями с собственным мистическим представлением о жизни, они зазвучали хорошим звуком на фоне красивой картинки.

«Король и Шут» пригласили в свою команду художника по свету — Дмитрия «Светоча» Райдугина.

КНЯЗЬ: Это большая находка для группы. Раньше у нас был более раздолбанный подход. Оторванный от реальности. Когда нам предлагали световика, мы всегда говорили, что нам это нафиг не надо. Сейчас Светоч занимается своей работой так, как никто другой. Мы этому парню не советчики. Были времена, когда мы со сцены выкрикивали ему, мол, что за фигню он делает, но это потому, что он поначалу не все знал. Сейчас в его ремесло никто не лезет. Свет дает нам динамику большей уверенности на концерте. Когда Димки не было, мы часто сталкивались с одной и той же проблемой: песня заканчивается, и на тебя направлен свет. Как-то глуповато: ты отходишь на задний план выпить водички, и свет следит за тобой — хотя должен быть направлен на другого музыканта. Того, кто начинает новую партию. Вот такой бред происходил. Сейчас такого быть не может.

ПОРУЧИК: Световик — наш фанат, и знает все наши песни. Ему интересно с нами, ему нравится творчество, ему нравится работать в этом направлении, он придумывает много новых фишек. Прошло то время, когда можно было просто выйти на сцену и все бы сказали: «О, круто, это рок». Теперь надо делать так, чтобы люди в зале ох…ели. И мы так делаем.

КНЯЗЬ: Наше сценическое взросление видно невооруженным взглядом. Мы ставим перед собой недетскую задачу. Хотим, чтобы наше творчество стало интересно и более зрелым людям, примерно нашего возраста. К счастью, стереотип, что «Король и Шут» слушают только дети, постепенно растворяется. Надеюсь, что в дальнейшем он уйдет совсем — благодаря нашим же усилиям и возможностям. То, что «Comedy Club» пытаются стебаться, будто мы группа для малолеток, — это такой юмор для несведущих. Мы любим нашу публику. Они активные и энергичные, но не агрессивные. Такие же, как мы сами.

Все складывается ровно так, как пишут в учебниках по социальной психологии. Воспринимая со стороны чье-то поведение, люди могут заражаться им и следовать ему. Даже не испытывая на себе при этом психологического давления. Или, ближе к литературе: «Мы навсегда в ответственности за тех, кого приручили».

Впрочем, на пути встречаются не только поклонники и доброжелатели.

КНЯЗЬ: Однажды во Владимире в гостинице ко мне подошел какой-то валенок, стал что-то говорить. Я ему отвечаю: «Иди своей дорогой». А он достает пистолет: «До сих пор так думаешь?» Мы его оперативникам сдали. Оказался сутенер этой гостиницы. Просто перебрал человек. Докопался до приезжих музыкантов.

С нами одно время на гастроли ездил майор израильской армии. Когда кто-то из нас в неадеквате, этот человек сразу понимает, что делать. Сам никогда не бывает в неадеквате. Однажды в Москве примерно таким же образом на меня наставили пистолеты два мента. Только лишь потому, что я подошел узнать, чего эти два гопника докопались до Паши с Балу. Они ж не выглядели, как опера. Наоборот, у них на лицах написано: «два пьяных гопника».

Вообще ездить по стране бывает страшно. Надо иметь четкий график: тут тебя проводили, там тебя встретили. Потому что все эти суточные переезды, особенно в Сибири, непредсказуемы. Когда узнают — бывают разные реакции. Одни просто хотят автограф. Другие начинают читать мораль. А поскольку у нас в стране много сидевших или после Афгана-Чечни, то приходится сталкиваться и с людьми с измененным складом ума…

Конечно, есть простой метод, как у Яши, — совсем ни с кем не общаться. Ты знаешь свои права, если кто-то пытается их ущемить — можешь воспользоваться тем или иным методом защиты. Но мы же с Горшком выходим за рамки этого понимания. Мы несем какое-то слово народу, поэтому обязаны общаться с людьми.

Горшок все еще мечтал петь на английском. Как нельзя кстати, появился отличный проект. Red Elvises — американская рок-н-ролльная команда с русскими корнями. Та самая, что прогремела по миру своим саундтреком к голливудскому фильму «Шестиструнный самурай» Лэнса Манджиа. Red Elvises тоже оказались любителями экспериментов. Ира Косиновская познакомила Горшка и Red Elvises, и летом 2007 года Миша вместе с женой и дочкой на две недели улетел в Лос-Анджелес — записывать с американцами пластинку. Red Elvises отвечали за тексты. Горшок, не зная языка, заучивал текст чуть ли не в русской транскрипции. Результаты могли бы шокировать поклонников «Шутов» — такого романтического Горшка еще никогда прежде не слышали. Безусловным хитом стала «Don't Crucify Ме». Миша исполнял ее с американцами на публику ровно два раза — на концерте в Лос-Анджелесе и в питерском клубе «Грибоедов». Пару месяцев подряд записанные в Америке песни не покидали мою автомагнитолу. Мне кажется, прослушивание музыки именно в машине всегда служит лакмусовой бумажкой — там будто обостряются все чувства. Совместный проект Миши и Red Elvises — это ядерная мешанина панк-мелодии, романтичного вокала и изящного драйва.

В начале 2008 года в Москве, на фестивале «Нашего радио» «Чартова дюжина», группа «Король и Шут» представили новую версию песни «Медведь». Удивительное совпадение — в свое время музыканты поссорились с «Нашим радио» именно из-за ротации песни «Медведь» и своего отказа выступать на «Чартовой дюжине».

Теперь «Медведь» отяжелел, и от лирической баллады мало чего осталось. Новый вариант, аранжированный Горшком, оказался драйвовой смесью мистического индастриал и хэви-метал с постоянным рефреном «Шварц».