Да, так и есть. Всю жизнь он был трусом, и думал только о себе. А как пришла пора позаботиться о других, о двух самых дорогих ему существах, тут-то идеи поиссякли. Но ведь еще пара минут, и ему придется кого-то предать! Или Маванви, или лорда Марсдена, или…

Фанни впился когтями в ладонь, но третья «или» не исчезала. Наоборот, проступала ярче и ярче, заполняя все вокруг ослепительным светом, который выжег голоса из его памяти.

Третья «или» всегда была здесь. Даже в ту ночь.

Теперь он знал, как действовать дальше.

Он бросился вон из гостиной под недоуменным взглядом Рэкласта и, скользя по паркету, побежал в контору, ту самую, с которой и началось знакомство наших героинь с Дарквуд Холлом. Достал лист бумаги, но забраковал его, и вытащил из потаенного ящика свиток пергамента. Тут важно пустить пыль в глаза. Скопировать эпистолярный стиль Мастера тоже не составило труда. Собственно, весь стиль сводился к произвольной комбинации таких фраз, как «повелеваю», «под страхом смерти» и «в бараний рог согну.» Оставалась подпись. Со свистом втянув воздух, секретарь вывел корявые готические буквы.

Пока он так трудился, до него долетали обрывки баллады.

Присыпав документ песком, Фанни аккуратно свернул его и сунул за пазуху. Выгреб из ящика две пригоршни золотых монет, набил карманы. Все готово. Можно смело предавать.

Он вернулся и с порога помахал Маванви, подзывая ее к себе. Та сразу же заметила его и улыбнулась. Однако, будучи барышней воспитанной, все таки допела последние строки:

Как только влюбленная парочка выбежала из гостиной, покинул ее и Рэкласт и направился в кабинет коллеги.

— Я к тебе с просьбой. Точнее, с ходатайством, — сообщил он, но Мастер Лондона даже не обернулся. Он стоял у окна, уперев руки в бока и вытянув шею, и разглядывал что-то в потемках. Поза его выражала крайнюю степень подозрительности.

— Погляди-ка сюда! Там мой Блейк и мисс Грин, на заднем дворе.

Рэкласт подошел поближе.

— Как славно, что мы вот так сразу подобрались к сути вопроса.

— Что бы это значило, а?

— Полагаю, они измыслили сбежать тайком, — заметил Рэкласт, наблюдая, как вышеупомянутые персоны страстно обнимаются у каретного сарая.

— Несмотря на мой запрет? — взревел Марсден, отшатнувшись. — Блейк хотя бы соображает, как я караю такое самоуправство?!

— Давеча я ему подробно разъяснил все тонкости вашего социального неравенства.

Мастер Лондона оглядел комнату, очевидно, вспоминая, куда спрятал арбалет. Впрочем, и карандаш в его руках превращался в разящую стрелу. Главное, задать нужное ускорение. Рэкласт присел на подоконник, терпеливо дожидаясь раскатов грома, но гроза затихла, так и не начавшись. Разумеется, Мастер Лондона разразился ругательствами, из которых можно было почерпнуть много сведений о санитарно-эпидемиологической обстановке в Средних Веках. Но смертоубийственных попыток не предпринимал. Снова взглянул на влюбленную парочку, хмыкнул и сел возле коллеги, который тут же подвинулся.

— Без тебя, понятное дело, не обошлось, Рассказывай, что опять учинил.

— Ничего особенно. Просто поставил его перед выбором.

— И он?

— Выбрал, — улыбнулся Рэкласт, так искренне, что Мастер Лондона чуть не двинул ему в зубы. Веселится, гад!

— И кому от этого стало лучше?

— Блейку, в первую очередь. Он стал взрослее и научился действовать, а не мямлить оправдания.

— Взрослым он стал, как же! Поглядим, как он запоет, когда я с него шкуру по дюйму спущу! А тебя и вовсе порешу! Ну зачем тебе нужно запускать в чужие мозги руки по локоть, просто чтобы выказать свое расположение к обладателю оных? Почему ты так поступаешь?

Рэкласт помолчал.

— По-другому я не умею. Меня не научили, — проронил он.

— Так я, получается, даром на тебя время тратил? — опять взорвался Мастер Лондона. — Врешь ты все, сам не хотел учиться! Всегда считал себя умнее окружающих. Но кое в чем ты ошибся.

Он провел пальцем по стеклу, словно хотел потрогать две крошечные фигурки, стоявшие в отдалении. Бросилось в глаза, что они почти что одинакового роста, да и волосы у них были похожие, такие же светлые, даже не различишь, где чьи. И оба казались живыми. Даже Блейк, чье дыхание он высосал полтора века назад.

Вампир криво улыбнулся. Убивать ослушников расхотелось. Пусть будут.

— Говорил пес, пес, а глянь, как получилось. Выходит, у мальчишки осталась способность противостоять мне. А ведь я мог выкорчевать его свободную волю, сжечь и солью присыпать, чтоб не проклюнулась. Но я этого не сделал. Кем бы ты меня ни считал.

— Я не думаю о тебе ничего дурного, — возразил Рэкласт, тоже засмотревшись в окно.

— Знаю я, что ты обо мне думаешь.

Несколько минут они просидели в тишине.

— А дальше что?

— Отпущу их на все четыре стороны.

— …и спустишь собак вдогонку?

— Слишком хлопотно, — ухмыльнулся лорд Марсден. — Пусть себе уходят. Так будет правильнее. Еще мне кажется, что тогда от меня отвяжется пакость, которую наслали страхолюды из Тибета. Как бишь ее?

— Карма?

— Она самая. И раз уж мы с моей леди останемся вдвоем, можно и того, как-то наладить отношения.

— Что же ты намерен предпринять? — осторожно поинтересовался Мастер Дублина.

— Для начала, я попотчую ее свежей порцией эликсира!

Коллега прикрыл рукой глаза и тихо застонал.

— Не все же ей бегать за той немкой, пусть за мной побегает, — настырно продолжил Марсден. — Хотя, если рассудить, мисс Гизелу мы можем для компании позвать. Она ничего так, смазливенькая. Понимаешь, куда я клоню?

— Не трудись объяснять.

— Есть для этого французский термин, — не унимался Марсден, — там, правда, какой-то манеж приплели.

— Знаю, знаю. Но чтобы вкусить такой любви, крайне желательно, чтобы один из участников действа не желал смерти двум другим. У вас не получится.

— Ну и ладно, без мисс Гизелы обойдемся.

— Совет да любовь.

— Пойду кликну Блейка, — окончательно взбодрился Мастер Лондона, уже предвкушавший их с миледи совместные развлечения в пост-эликсирный период.

— Меч захватишь?

Серебряный меч в ножнах, изрядно запылившихся, висел на ковре над диваном. Точно так же офицеры, повоевавшие на Востоке, выставляют на всеобщее обозрение экзотические трофеи. Мастер не мог вспомнить, когда пользовался им в последний раз.