Я грустно вздохнула, отодвигаясь от бабушки:

— Можно начинать, я понимаю, что жизнь продолжается, просто пусто очень…

— Ния, это пройдет. Он же не умер, он жив, у вас еще все впереди… Сейчас просто отпусти все… Живи сегодняшним днем — у тебя начало семестра, Холь в школу идет… Займись сегодняшними делами…

— Хорошо. Что за школа?

— Рада, что дочка у тебя, все-таки, в приоритете… Решено возродить начальную школу для магов. Это, как продолжение летнего лагеря. Вам с Лионом повезло — школа будет базироваться в Малони, дети могут проживать дома, если родители будут способны доставлять их каждый день на занятия, для остальных организовано общежитие.

— А почему нам так “повезло”?

— О… — рассмеялась Феа, — Лион тут не причем… Просто в Малони сформировалась самая адекватная для магов обучающая структура. Вам, действительно, просто повезло… Так, в школу Холь будешь возить ты, по дороге в свой Университет, забирать ее смогу я. А завтра мы едем в город — надо купить тетрадки, ручки, да и форму забрать вам не мешало бы. Ты отчеты написала?

— Какие отчеты?

— По практике. Брайсу и в Департамент безопасности.

— О… — скривилась я, очень смутно представляя, о чем вообще речь.

— Так, все ясно… Шаблоны лежат в библиотеке на столе, у тебя еще полторы недели.

Время катилось по натоптанной веками тропинке. Утром я отвозила Холь в школу и ехала на свои лекции и семинары. Политические предметы, экономику и все остальное в этом же роде я посещала вместе с остальными студентами второго курса, а вот магические предметы преподавались мне индивидуально. И после основных занятий. Да еще и занятия с достопочтенным Брайсом возобновились, и трижды в неделю я проводила вечера в госпитале.

В один из таких вечеров меня почти на выходе и остановил Брайс:

— Ния, ты как себя чувствуешь? Что-то ты мне не нравишься…

— Да, нормально все, просто устала. Вроде всего месяц учебы прошел, а кажется, что уже год заканчивается. Отвыкла, наверно, за лето учиться… — постаралась выдавить из себя улыбку.

— Ты к Феа все-таки подойди, пусть она тебя посмотрит. Хотя, знаю я тебя, все равно не подойдешь, я ей сам сейчас позвоню.

— Ой, не надо… Все в порядке со мной…

Я стояла у окна в спальне и в лучах заходящего солнца, все еще не желая верить, рассматривала золотую пластинку. Все правильно Феа сказала, а вот и подтверждение — перламутрово-фиолетовая спиралька при наклоне раздваивалась на перламутрово-розовую и ярко синюю… Боги! Ну, за что? Я же учиться собралась!

— Вот ты где! — вошел радостно возбужденный Лион, — Я такую вещь откопал! А что это у тебя? — заметил он у меня в руках пластинку, как-то сник и подошел ко мне:

— Это твой? — спросил он глухим голосом.

— И твой, — протянула я ему пластину, он аккуратно взял ее и несколько раз наклонил в разные стороны.

— Не может быть, я же ставил заклинание, — он развернул меня к себе спиной и положил руки мне на низ живота, — Как же так?

— Убедился? А заклинание твое не устояло перед магией драконов, это я должна была заклинание ставить… А я забыла…

— Знаешь, а я рад, что забыла, — он обнял меня и поцеловал в шею. Я обернулась к нему и положила руки на плечи:

— И опять вся моя учеба летит к гоблинам…

— Почему? Нагрузку немного снизим, часть материала изучишь по книгам, к летней сессии, — он задумался, что-то подсчитывая, — да, правильно, к летней сессии как раз родишь.

— И ты опять запретишь мне пользоваться магией?

— Зачем? У тебя вполне приличный резерв. Если очень не усердствовать и не уничтожать артефакты, то на учебу и бытовое колдовство вполне хватит… — улыбнулся он и поцеловал меня в нос. Я прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди. Мне сразу стало так спокойно и хорошо. Как же давно он меня так не обнимал… Наверно, это я виновата… Спряталась за кучей дел от своих проблем… Ведь мы даже почти не виделись в последнее время. С Холь хоть по дороге в город разговаривали, да и Феа иногда к нам с самого утра присоединялась… А с Лионом только за завтраком да ужином виделись, да и то не всегда…

— Ли, прости меня…

— За что? — он провел рукой по моим волосам, потом приподнял мое лицо за подбородок и легко коснулся своими губами моих. Я тут же обхватила его за шею, не давая отстраниться, и ответила на его поцелуй, вынуждая продолжить…

Он перехватил мою руку, соскользнувшую с его затылка и попытавшуюся проникнуть под рубашку, поднес ее к губам:

— Ты ужинала?

Что-то упало и разбилось во мне… Вот и все, а я понадеялась… Нельзя два раза войти в одну воду…

— Нет, не успела, — отстранилась я от него. Только бы не увидел моих глаз… — Ты иди, я сейчас переоденусь и спущусь. Села у зеркала, распустила волосы, стала их расчесывать… Ничего не получается… Я не нужна Алоку, я не нужна Лиону…

Позвала Яруси и велела передать, что бы ужинали без меня.

Спустя четверть часа ко мне вошла Феа, забрала у горничной поднос и поставила его на столик.

— Садись, поешь. И послушай меня. Зачем ты так с Лионом?

— Как так? — подняла я глаза на Феа.

— Он такой счастливый в столовую спустился, с Холь и Рыськой играть стал, а тут ты Яруси прислала… Он весь почернел сразу, извинился и ушел. Заперся в кабинете.

— Надо, наверно, сказать, что бы ему туда ужин отнесли…

— Дура! Да ему не ужин, а ты нужна!

— Я ему не нужна… — предательские слезы готовы были скатиться из моих глаз, — Он не захотел…

— Ния, — Феа подошла ко мне и погладила по голове, — какая же ты еще глупая девчонка… Да он просто боится к тебе подойти лишний раз, совсем мужика своей непредсказуемостью замучила. То подпускаешь к себе, то избегаешь всячески. А в столовую с таким видом спускалась — продукты рядом с тобой хранить можно!

— Почему?

— Холодно, не испортятся!

— Ба, ты думаешь, он все еще любит меня?

— Тут и думать нечего. Просто, если бы ты так не упивалась своим несчастьем, и видела бы хоть немного, что происходит вокруг тебя, смогла бы заметить, как он на тебя смотрит…

— И что же мне теперь делать?

— Ну, наверно, хотя бы пойти поговорить…

— Спасибо, ба! — я вскочила, чмокнула Феа в щеку и бросилась к двери, но она удержала меня:

— Сядь, доешь. Тебе теперь о ребенке думать надо.

— Не, я с Лионом поем.

Я осторожно толкнула дверь кабинета, Лион сидел за столом, обхватив голову руками. Перед ним стояла почти полная бутылка вина и наполненный бокал. На столике стоял нетронутый ужин.

— Ли… — тихонько позвала я. Он поднял на меня полные грусти и усталости глаза.

— Что?

— Почему ты ничего не ешь?

— Не хочу. Это все, что ты хотела узнать? — голос ровный и холодный… Я закрываю за собой дверь и медленно иду к столу, лихорадочно придумывая, что сказать, чтобы он оттаял, чтобы поверил мне…

— Ли, я опять все не так делаю… Ли, мне плохо без тебя, пожалуйста, не гони меня… Я исправлюсь… — обхожу стол и нерешительно дотрагиваюсь до Лиона. Он молчит и не шевелится. Как долго он молчит! Потом кладет свою руку поверх моей, поворачивается ко мне и усаживает меня к себе на колени:

— Да куда же я от тебя денусь? Счастье ты мое взбалмошное… Ну, вот, опять глаза на мокром месте, — вытирает он слезинки.

— Сам говорил, что мне положено…

— Но совсем не обязательно. Ты сама-то поела?

— Да. Почти…

— Все ясно… Пойдем, покормлю… — он легко поднял меня на руки и перенес к накрытому столику. На мгновение задумался у стула, но потом решительно уселся на него и усадил меня обратно на свои колени. Как хорошо… Я бы, наверно, не пережила, если бы он сейчас ссадил меня на стул, а сам куда-нибудь ушел. Лион снял с тарелок крышки.

— Мясо хочешь?

— Нет, грибов хочу, — указала я на аппетитные маринованные шляпки.

— Точно беременная, — усмехнулся Лион, накалывая шляпку на вилку и поднося к моему рту. О… Вот это то, чего мне хотелось последнюю неделю…