Он улыбнулся ей, пытаясь добавить словам шутливой формы. Но все еще же удивлялся: «Где отец мальчика?»

— Как мой босс? — Спросила она, подняв бровь.

— Босс твоего босса, — сказал он, пожав плечами и медленно вставая. — Бриони сообщила мне.

Она молча смотрела на него, ее лицо покраснело, а глаза стали ярче.

— Итак, мы разрешили все неясности, что произошли ранее? У тебя есть какие-то вопросы? — спросил он, дав ей последний шанс. Она медленно покачала головой.

— Ты ясно дал понять, что без сомнения твои личные дела касаются только тебя. И теперь, когда мы обсуждаем это, я хочу, чтобы ты знал, что я спросила, только потому что ... — Саванна сделала вздох, а затем продолжила. — На твоем столе была подарочная коробка, а затем я увидела Наоми в лифте. В тот же день мы с тобой пересеклись в лифте, и я задала вопрос чисто из вежливости, а не из-за любопытства. Ты сделал своими подарками для меня с сыном Рождество особенным, и мне казалось, правильным спросить, как прошло твое. Это все, Тобиас. У меня не было и мысли лезть в твои личные дела.

— Как Джейкоб?

— У него все хорошо, началась рутина, после того, как закончились каникулы и он вернулся к учебе.

— Значит парнишка занят учебой.

— Это так. Он был рад увидеть тебя в тот день в парке.

— Я был тоже рад увидеть его. — И тебя. — Может быть, нам стоить повторить, когда-нибудь?

Это был невинный, безобидный вопрос, но на карту было поставлено много. Тобиас, казалось перестал дышать, по спине пронеслись табун мурашек. Лицо Саванны изменилось, и мужчина приготовился к смеху в лучшем случаи или отказу в худшем.

«Нет» или «Может быть» поставлено на карту.

Всемогущий Тобиас Стоун был поставлен на колени. Ему чертовски трудно было держать себя в руках. Ее голова резко повернулась к нему.

— Джейкоб говорил, что хотел бы ... — Ее слова удивили его, потому что он этого не ожидал. — Полагаю, это потому, что ...

Она уставилась на него, кусая губу.

— Потому что?

— Потому что он хорошо провел время

— Тогда, может быть, мы могли бы повторить?

Сердце внутри забилось в удвоенном темпе, пока он ждал ее ответа.

— Я не знаю, — сказала она. А Тобиас решил задать следующий вопрос.

— Может отцу Джейкоба не понравиться эта идея?

Он попытался контролировать свое дыхание, в то время как казалось, что его жизнь висела на волоске.

— Он не имеет к нам отношения, — сказала она, избегая его взгляда. — Есть только я и Джейкоб.

Она посмотрела в окно, а Тобиас снова задышал, в ее словах промелькнула надежда. Он подозревал такое положение дел, но должен был услышать это от нее. Прошли одна, может быть две молчаливые секунды, когда они стояли почти лицом друг к другу, и в этот обнадеживающий момент его охватило желание схватить ее и поцеловать. Тем не менее он знал, что не может, хотя кровь в его венах горела, а в голове царил полный беспорядок. Он хотел знать про ее планы на вечер.

— Ты собираешься сегодня вечером? — Затем, не давая ей ответить продолжил: — Ты выглядишь так, как будто собираешься куда-то пойти.

Его голос был мягким, когда он смотрел на янтарные крапления в глазах, вспоминая, что такие же у мальчишки. После вопроса она взглянула на него, а у него в ушах прозвучал гром

— Я, — тихо ответила она, глядя на свое платье.

— Да, ты, — сказал он, борясь с желанием скользнуть пальцами по ее обнаженным рукам. Тобиас положил руку в карман и слегка переместился от края стола, осознав ее близость и решив, что будет лучше дать себе небольшое пространство.

Он не мог провести вторую бессонную ночь. Прошло много лет, с тех пор, когда Тобиасу приходилось преследовать кого-то. Все мысли об этике, вылетели в окно.

Для него это была новая территория, незнакомая и захватывающая, поскольку это было страшно. Он не думал об этом, не знал, чего ожидать, не имел представления о том, чего он хотел, кроме желания почувствовать ее тело и губы, мягкие, влажные и уступающие ему. Озноб пробежал по коже от этих мыслей. Когда она не ответила, ему пришлось спросить:

— С Маттиасом?

— Маттиасом?

— Свидание в пятницу вечером?

Она вскрикнула от неожиданности.

— Нет! Почему ты так думаешь?

— Потому что у тебя всегда есть время для него.

Она в усмешке скривила губы, выражая недоумение.

Тобиас не мог понять либо она хорошая актриса, либо между ней и Маттиасом действительно ничего не было.

— Почему ты думаешь, что у меня с ним на свидание? Почему твоя первая мысль связана с ним?

— Новый год, — ответил Тобиас. — Когда он позвал тебя, ты пошла. Это наблюдение, — сказал он.

— Я не пошла. В конце концов я вернулась домой.

— Ты не пошла?

— Нет. Странно, что тебя волнует с кем я встречаюсь?

Теперь Тобиас точно знал, чего хочет. Но не желал отвечать на этот вопрос, потому что он не был так уверен в ее ответе.

— Мне все равно, — солгал он. — Как я уже сказал, это просто наблюдение. Просто твое общение с Маттиасом выглядит больше чем рабочее.

— Глупости. Он просто легко сходится с людьми, у некоторых людей просто дар.

Ее глаза метали молнии.

— Я знаю какой дар у Маттиаса.

Она наклонила голову.

— Ты очень быстро бросаешь обвинения, Тобиас. Кажется, ты думаешь, что имеешь право говорить и делать, что угодно.

Ее слова заставили его внезапно защищаться.

— Я могу говорить и делать, что мне нравится. Я могу делать все, что захочу.

Глаза Саванны ярко вспыхнули.

Единственное, что сейчас мужчина хотел сделать, это поцеловать ее; он следил, как двигаются ее губы, они выглядели мягкими и соблазнительными, как вся она, такая вся приличная и очень сексуальная.

Она знала, что имеет значение, знала, что важно, в отличие от пластиковых манекенов, которые хотели запустить в него свои когти. Саванна Пейдж, была не такой, и это заставляло его хотеть ее еще больше. Он жаждал прикоснуться к ней, почувствовать ее, владеть ею.

— Ты думаешь, что можешь, — голос ее резко изменился. — Но есть пределы и, в противном случае, есть закон.

— Все можно купить, Саванна, и все имеет цену.

— Только в твоей вселенной, Тобиас.

Она повернулась, чтобы уйти, но он схватил ее за запястье… снова, правда на этот раз слегка

— Спроси меня, что хочешь, — настаивал он.

— У меня нет вопросов.

— А на днях были.

— И ты сделал все, чтобы у меня они навсегда отпали

— Не имеет значения, что я тогда сказал. Времена изменились. Спроси меня.

Она пристально посмотрела на него.

— Что изменилось? — Он сжал челюсть, удивляясь, загнанная в угол, она умудрялась давать отпор

— Что изменилось? — спросила она снова, когда он ничего не сказал. — Между кануном Нового года и сейчас?

Ты. В моей голове. Все время. Но он промолчал. Раздраженная, она огляделась и подняла руки вверх.

— Я даже не знаю, что я здесь делаю. Мне нужно идти, Тобиас. Это кажется нереальным.

— Быть ​​здесь?

— Разговор с тобой, — Он не хотел, чтобы она уходила.

— Я хочу тебя увидеть

— Ты смотришь на меня, — выпалила она, поднимая брови.

— Я хочу тебя увидеть. Выпей со мной сегодня вечером.

Решил, что это самая малость, на которую она может согласится.

Она отступила, прижав руку к груди.

— Выпить? — прошептала.

— Сходим? Ресторан, бар?

Что-то промелькнула в ее взгляде едва заметное. Но Тобиас, привыкший к женскому вниманию, умел распознавать истинное желание, а Саванна Пейдж отображала все сигналы, даже если сама отрицала это.

— Ты с Наоми.

— Кто тебе такое сказал?

Он оттолкнулся от стола, встав в полный рост, Саванне пришлось закинуть голову вверх, открывая вид на красивую манящую шею. Какое-то мгновение его взгляд задержался на ней и он подумал, как скользит пальцами по ее мягкой коже, расстегивая ее платье ... Он двинулся вперед, сократив небольшой промежуток между ними. Ее глаза расширились, как у газели.