— Как тебе галстук? — спросил Бек, расстегивая пиджак и демонстрируя жилет.

— Генри точно будет одет официально, — сказала я, стараясь не думать о том, как чертовски хорошо этот парень выглядел в твиде. Как такое вообще возможно?

— И цветовая гамма шотландская, — заметил Ангус.

— Тогда давайте возьмем его, — согласился Бек. — А что еще?

— Я составила список, — сказала я, доставая блокнот и ручку. — Нам нужны охотничьи ботинки, непромокаемая куртка. Думаю, какие-нибудь джинсы для поездки в Форт-Уильям. Может быть, простенький твидовый пиджак и шляпу?

Вряд ли удастся заставить Бека носить шляпу, но попробовать стоило.

— Можете забыть о шляпе, — сказал Бек Ангусу. — Но остальное приемлемо.

Ангус поспешил прочь, а Бек повернулся ко мне.

— Я не любитель шляп.

— Еще пять минут назад ты не представлял, что наденешь твидовый костюм. — Он закатил глаза. — Если я задам тебе вопрос, обещаешь сказать правду? — спросила я.

Он нахмурился.

— Я никогда не лгал тебе.

Бек был прав. Он никогда не давал мне повода сомневаться в своих словах, но в данный момент я сомневалась во всем.

— Почему здание Дауни так тебе нужно? — поинтересовалась я. — Ты богатый человек. Остальная часть квартала принадлежит тебе. Ты заработал бы много денег и без этой собственности. — Он шагнул вперед, чтобы посмотреть, не приближается ли Ангус, отчего у меня возникло ощущение, что Бек будет только рад его вмешательству. Но к счастью для меня, Ангус все еще собирал новый гардероб Бека. — Это кажется личным.

Бек вздохнул и выдохнул, явно сдаваясь.

— Похоже на то.

Я молчала, желая, чтобы он продолжал. Мне хотелось узнать больше. Хотелось знать все об этом мужчине.

— Раньше в этом доме жила моя мать, когда была беременна мной.

Я чувствовала, что в покупке этого здания было нечто большее, но такая сентиментальность стала для меня шоком.

— Ты хочешь стать владельцем в память о былом? — уточнила я.

— Едва ли. Ее попросили уехать прямо перед родами, но ей некуда было идти. Она рассказала мне эту историю, когда мне было шестнадцать. С тех пор я зациклился на этом здании.

— Потому что ее попросили уйти?

Он кивнул, теребя синие галстуки перед нами.

— Генри унаследовал здание от своего кузена Патрика Дауни. — Бек сделал паузу. — От моего биологического отца.

Холодок пополз вверх по моему позвоночнику.

Он ранее говорил о своем отце — о человеке, которого явно любил и который был жив.

— Я думала, твой отец...

— Я никогда не был знаком с Патриком Дауни. Мой отец вырастил меня и является единственным человеком, которого я считаю отцом. Патрик Дауни воспользовался моей матерью, а потом выгнал ее, как будто она была никем. Когда она была его любовницей, то жила в квартире в этом здании. Но стоило ей забеременеть, получила от его адвоката письмо о выселении. Вместе с деньгами на аборт.

Мои внутренности сжались, но я старалась не дрожать.

Теперь все обрело смысл.

Его одержимость зданием Дауни.

Его решимость отличаться от аристократов, от людей с фамильными деньгами. Он не хотел вписываться в тот мир, потому что не хотел быть похожим на мужчину, который смог так поступить с женщиной.

Я встала, подошла к Беку и обняла руками его талию. Он отступил назад, оказавшись вне моей досягаемости.

— Не надо меня жалеть.

Я посмотрела на него снизу вверх.

— Мне обидно не только за тебя, но и за твою маму. Никто этого не заслуживает.

Он кивнул и на этот раз смягчился, когда я обняла его и прижалась головой к его груди.

— Здание Дауни не будет существовать, когда я со всем покончу.

— Когда мы с этим покончим, — поправила я его.

— Последнее слово всегда остается за тобой? — хмыкнул он.

— Чаще всего. Кстати, одежды недостаточно. Это просто чтобы окружающие убедились, что ты не отличаешься. Тебе необходимо поменять модель своего поведения с ними. Ты сам себя саботируешь.

Он вздохнул.

— Я знаю. Сам позволяю этим людям лезть мне под кожу. Каждый раз, когда я говорю с кем-то, меня так и тянет спросить их, когда они в последний раз работали полный рабочий день.

— И ты удивишься ответу, — сказала я. — Ты знаком с дядей Мэтта Ричардом?

— Нет.

— У него нет нужды работать из-за огромного наследства, но он детский нейрохирург. Работает полный рабочий день в государственной больнице, даже не принимает частных пациентов.

А если я расскажу, что Ричард любит брать сложные дела, чтобы оставаться на сверхурочные, то Бек мне точно не поверит.

Бек кивнул, явно решив, что исключения встречаются везде, вот только люди есть люди — богатые или бедные. Некоторые — хорошие, а некоторые — придурки.

— А Нэнси Мидоуз, с которой я тебя познакомлю, если представится случай, семь дней в неделю занимается благотворительностью. Она вообще не отдыхает. В прошлом году она собрала тринадцать миллионов фунтов для бездомных. Не все люди, рожденные в достатке, никчемные. Как не каждый, кто сам добился высот, достойный человек.

— Я знаю, но...

— Тебе понравится Генри. Он действительно один из хороших людей. Просто дай ему шанс.

— Мне нужно это здание, — ответил он.

— Тогда ты знаешь, что тебе нужно сделать. Ты должен быть очаровательным, дружелюбным, чтобы заставить Генри есть из твоей ладони. Чтобы поладить с ним, просто уважай его мнение.

— Мне нужно сосредоточиться на цели и не делать поспешных выводов, — подвел он итог.

—Да, помни о конечной цели. Задача покажется тебе несложной, если ты дашь этим людям шанс.

Он прижался губами к моему лбу.

— Не знаю, что бы я без тебя делал.

Я закрыла глаза, радуясь, что он нуждался во мне, потому что я нуждалась в нем. Если бы не он, я бы все еще оплакивала человека, который не стоил моих слез, но теперь я была сосредоточена на своем будущем. На здании Дауни и развитии в Мейфэре. Генри отпишет нам эту недвижимость, чтобы мы снесли ее и дали вторую жизнь.