ГЛАВА 29 Бек

Спасибо Господу за Стеллу. Без нее я бы не справился с бесконечными обедами, выпивками и ужинами или бессмысленной светской болтовней. Сегодня мне предстояло прижать Генри к стенке и уговорить его согласиться на продажу здания Дауни. Я не собирался покидать Шотландию без этой победы — это было моей основной задачей. И у меня было мало времени.

Я взглянул на Стеллу, стоявшую у стойки бара. От этого разговора много зависело, но когда она посмотрела на меня, я ни на секунду не усомнился в себе. Я хотел этого. Конечно, хотел, но еще я хотел достигнуть этого для нее, чтобы она могла заняться дизайном, вернуть свой бизнес в нужное русло и забыть о своем идиоте-бывшем. Возможно, она нуждалась в этой победе даже больше, чем я.

Я направился к Генри, который стоял у большого панорамного окна с видом на озеро и горы. Пейзаж соответствовал цветовой гамме магазина, что мы посетили на днях. Коричневый, лилово-розовый и зеленый. Я никогда не обращал особого внимания на пейзаж, когда, будучи подростками, мы с ребятами сюда приезжали. Да, нам нравились виды, но мы были сосредоточены на цели добраться до вершины горы, конца тропы и золотой награды.

— Генри, — обратился я, когда он отвернулся от окна. — Восхищаетесь фантастическим видом?

— Да, конечно. Я прихожу сюда большую часть своей жизни, но от этого по-прежнему захватывает дух.

— Впервые я приехал сюда в восемнадцать. До того, как я начал свой первый бизнес, до того, как решил, что буду делать со своей жизнью. Но здесь ничего не изменилось.

— Благодаря этому и чувствуешь особый комфорт.

Хотя я предпочел бы поболтать с Генри, чем с большинством других людей здесь, вести с ним светскую беседу я не особо горел.

— Я собрал документы и готов отправить их вам по электронной почте, если продиктуете адрес, — сказал я. Когда Генри назвал мне его, я достал телефон и отправил бумаги. Я позаботился об этом заранее с адвокатами, чтобы если у Генри не возникло возражений, он мог бы все сразу подписать и заключить сделку.

Не то чтобы я ожидал этого. Просто не хотел допускать возможности срыва контракта из-за собственной неподготовленности.

— Готово, — сообщил я, пряча телефон обратно в карман.

— Посмотрю что там. Но прошу предоставить мне немного информации, почему вы хотите эту собственность? — спросил Генри.

Я попытался проглотить образовавшийся комок в горле, который появлялся каждый раз, стоило мне подумать о своей матери и о том, как с ней обошлись.

— Кажется, я упоминал, что владею другими зданиями в том квартале. Я планирую превратить все это в элитный жилой комплекс Мейфэра.

— Планируется полный снос?

— Верно, — я кивнул.

— Это здание носит наше фамильное имя с момента постройки в середине восемнадцатого века. Если бы я согласился продать дом, то хотел бы, чтобы его название сохранилось.

Несмотря на кровное родство, я никогда не связывал с собой фамилию Дауни. У меня просто не было выбора, поскольку отец отрекся от меня. И я был чертовски уверен, что, как только купил бы это здание, название здания кануло бы в небытие.

Мне не нужны были постоянные напоминания о том, кем я не являлся.

— Весь квартал будет представлять собой один большой комплекс с совершенно новым названием, — сказал я.

— Ну, может быть, вы сможете дать имя Дауни корпусу или что-то в этом роде? — предложил Генри.

— Над этим нужно подумать, — ответил я, намеренно уклоняясь от ответа.

— Нам придется договориться, где именно будет указано это имя, — продолжил Генри. — Например, табличка в вестибюле, объясняющая родственные связи? — Только через мой труп. — Что скажете?

— Вы хотите внести данный пункт в контракт? — уточнил я.

— Совершенно верно, — подтвердил Генри. — Нечасто я продаю собственность... А уж для сноса тем более. К тому же, это здание было частью нашего семейного имения на протяжении многих поколений.

Можно было бы открыться ему, объяснить, что хоть и не носил фамилию Дауни, но в моих жилах текла эта кровь. Но я не желал использовать свою связь с биологическим отцом, чтобы добиться чего-то в своей жизни. Он никогда ничего мне не дарил. И я не собирался ничего брать. Я упорно трудился ради всего, что у меня когда-либо было, и это не должно было измениться.

— Я понимаю, что приемлемей было бы передать недвижимость кому-нибудь из членов семьи. Но по моему опыту, Генри, и прости меня, если я выскажусь грубо, иногда члены семьи не самые лучшие претенденты, чтобы заботиться о такой собственности, как здание Дауни. Я собираюсь следить за ним, лелеять его... создать наследие для следующих поколений.

Я взглянул на Стеллу, возможно, надеясь снова зарядиться ее уверенность во мне и восстановить силы. Это было очень важно для Генри, и я не хотел ошибиться.

Она поймала мой взгляд, но рядом с ней стояла вовсе не Флоренс. Стелла опустила голову и уставилась в пол, разговаривая с мужчиной, который находился ко мне спиной. Похоже, она собиралась плакать. Это Горди ее довел?

Прежде чем я успел сообразить, кто с ней, Генри ответил:

— Я понимаю, о чем вы говорите, но, на этот раз вы должны простить меня, если я выскажусь грубо, я вас не знаю. Я уверен, что вы честный человек и отвечаете за свои слова...

Мое внимание должно было быть на сто процентов сосредоточено на Генри, но все, что я видел, — это то, как Стелла вздрогнула, когда тот мужчина попытался схватить ее за запястье.

— Это Мэтт со Стеллой? — спросил я, не подумав. Я перебил Генри, когда должен был все свое внимание обратить к нему.

— Думаю, да, — ответил Генри.

Какого хера этот придурок ее хватал? Стелла отступила, но он шагнул к ней, угрожая и напирая, явно повысив голос.

Я привстал, нависнув над своим креслом. Может стоило пойти туда? Я не обязан был защищать Стеллу, но она не заслуживала того, что говорил Мэтт.

Следовало бы заключить сделку с Генри, исполняя свои жизненные амбиции, но...

— Генри, прошу меня простить.

Я мог думать только том, что нужно убедиться - Мэтт обидел Стеллу в последний раз. Он не заслуживал ни ее времени, ни разговоров с ней, ни ее слез.

Я готов был отказаться от заключения сделки, над которой работал всю свою жизнь.

Но есть вещи поважнее.

Я никогда еще не двигался так быстро, но моя рука оказалась на пояснице Стеллы через секунду. Самое большее — две. Она ахнула, когда я прикоснулся к ней, а затем посмотрела на меня. Ее глаза горели печалью, которую я помнил с момента нашей первой встречи.

Я взглянул на Мэтта. Это было его рук дело.

Мне хотелось убить его. Но я дал Стелле обещание, что не стану ничего говорить Мэтту, не стану требовать от него ответа и не скажу, что он ничего не стоит, раз с презрением относится к столь ценной женщине.

Хорошо, что обещание Стелле пересилило мое желание дать Мэтту то, что ему причиталось.

— Простите, что прерываю, но мне нужно поговорить с моей девушкой, — рявкнул я и вывел Стеллу из комнаты.

Подальше от человека, который отшвырнул ее в сторону.

Подальше от человека, который встал между мной и зданием Дауни, и от того финала, которого я так отчаянно хотел.