— Здравствуйте, Колин-джи. – тихо поприветствовала она, сложив ладони возле груди.

«Колин-джи»? Серьезно? Она принимала у него душ, готовила ему кофе, сидела с ним на одном диване и рассказывала о доме. А теперь он вдруг стал «Колин-джи». Колин едва не заскрипел зубами. Ну что же. Все актеры вошли в свои роли. Арун – серьезный жених. Хиран – индийская невеста. А он водитель. Хотя, нет. Не так. Как-то Арун упоминал… Ах, да! Рикша. Он - рикша.

— Привет! – поздоровался он, а потом картинно поклонился. — Экипаж подан, мэм.

— Что? — она явно растерялась и непонимающе посмотрела на Аруна.

Тот подошел к ней, взял за руку, сжал ладошку. Протянул втору руку и погладил по щеке, как маленького ребенка, которому требуется утешение.

— Не волнуйся, Хир. Тебе пора ехать, Колин отвезет тебя. Не могу доверить тебя никому другому, так что я попросил его поездить с тобой. Он хорошо знает Нью-Йорк, так что можешь не переживать.

Колин, сцепив зубы, наблюдал, как его друг попытался отпустить ладонь Хиран, но та сама перехватила его руку и подошла совсем близко. Колин видел как дрожат ее губы, когда она с мольбой глядя на Аруна, почти беззвучно прошептала:

— Пожалуйста, Арун.

Но, о чем бы она ни просила в тот момент, ее жених остался непреклонен. Он с сочувствием посмотрел на нее и покачал головой.

— Все решено, милая. Поезжай. Мне нужно на встречу и еще уладить пару дел. Потом я позвоню. Будь осторожна.

Плечи девушки поникли. Она опустила голову. Колину не понравилось это, что-то противилось в нем всей этой сцене, да и всему происходящему. Все от первого до последнего кадра в этой сцене было неправильным. Он почему-то хотел, чтобы Хиран расправила плечи и попыталась настоять на своем, о чем бы там ни просила. Но она этого не сделала. Выпустила руку Аруна, отошла.

— Хорошо, Арун. Я поеду. До свидания. – сказала она и отвернулась к двери.

А Арун еще несколько секунд продолжал смотреть на свою невесту.

Дальше все было как в дурной комедии. Арун поспешно пожал руку Колину, открыл для них с Хиран дверь. Ни она, ни Колин не произнесли больше ни слова, пока он не помог ей устроиться на заднем сидении его автомобиля и не спросил, куда ее отвезти. Она назвала адрес, сверившись с листочком бумаги, который достала из плетеной сумки, перекинутой через плечо. Колин тронул автомобиль.

Колин часто смотрел на девушку в зеркало заднего вида, не мог устоять. Она была такой грустной, совсем не похожей на невесту, у которой скоро свадьба. Ее солнечный наряд создавал слишком сильный контраст ее настроению. Она сидела, откинувшись на спинку сидения, и смотрела в окно. Иногда по ее лицу пробегали блики и выхватывали часть скулы и кончик уха, с золотой серьгой, которая сверкала и искрилась.

Откуда она взялась на его голову? Колин старался не смотреть и не мог. Она притягивала его взгляд как магнитом. А в те моменты, когда он должен был внимательнее следить за дорогой, девушка все равно занимала его мысли. Хиран. Мысленно произнес ее имя. Потом еще и еще раз. И вдруг подумал, что оно ведь должно что-то значить. Он хотел спросить, но не успел.

Она вдруг встрепенулась, схватилась за ручку дверцы и подалась вперед, словно собиралась выглянуть прямо наружу, и Колин подумал, что если бы не стекло, она бы так и сделала.

— Остановись! Пожалуйста, остановись!

Это было не совсем удобно в этом месте, но ее полный мольбы взгляд не оставил ему выбора.

— Мы еще не доехали до ресторана. – уточнил Колин, но уже начал перестраиваться на соседнюю полосу. Когда ему все же удалось припарковаться, они отъехали уже достаточно далеко. Но стоило ему притормозить, как Хиран открыла дверцу и вышла из автомобиля. Колин последовал за ней, помня обещание данное Аруну. Но и не будь его, он вряд ли остался сидеть в машине и позволил девушке разгуливать одной. — И что заставило тебя выпрыгивать на ходу, индийская принцесса?

Она не ответила, а продолжала идти, удивительно, как не натыкалась на прохожих. Колин же молча следовал за ней, пока она не остановилась напротив застекленных дверей с яркой вывеской.

—Салон красоты? — удивился он. — Это поэтому мы остановились?

Она виновато посмотрела на него.

—Извини меня.

— Да нет. — пожал плечами Колин, действительно удивленный причиной остановки. — Мое дело маленькое. Ты – индийская принцесса. Я – водитель. Где скажешь, там и остановлю. Если тебе захотелось прихорошиться или сделать прическу, то кто я такой, чтобы мешать тебе.

Хиран смутилась. И даже на ее смуглой коже был хорошо виден румянец. Она сжала в руках ремешок от сумки.

— Что значит твое имя? – вдруг спросил он, как завороженный глядя на нее. — Хиран. Что оно значит?

— Что? – удивленно переспросила она. Ну, хоть смущаться перестала и оставила в покое сумку.

— Имя. Скажи мне, что оно значит. Ведь должно быть что-то.

— Бриллиант. Хира. Это значит бриллиант. Или Хирани. – ответила она и улыбнулась, от чего у Колина ухнуло раскаленным жаром в животе.

Он посмотрел на ее темные, но словно светящиеся изнутри глаза. Ее гладкую кожу, нежные губы. Ее сверкающие серьги и браслеты. Яркий наряд, непривычный для этого города. И кивнул, подмигнув, чем, кажется, снова смутил ее.

— Тебе подходит, индийская принцесса.

Она молчала так долго, что Колин подумал, она уже ничего не ответит. А потом она снова посмотрела на вывеску салона. Но не пыталась даже войти. Мимо них проходили люди, и некоторые явно были не очень довольны, что они с Хиран стояли посередине тротуара. Но Колину было плевать, если ей хотелось стоять и пялиться на этот салон, пусть так и будет. Так они и стояли какое-то время. Хиран смотрела на салон и о чем-то думала, а Колин смотрел на нее.

— А «Колин»? – вдруг сказала она, не поворачиваясь к нему. – Что значит имя «Колин»?

— Одна женщина сказала, что оно значит «голубь».

Хиран наконец-то посмотрела на него, удивленно выгнув бровь.

— Голубь? Оно не…

— Не подходит мне? Она и это мне сказала. И за это я разбил ей окно. Ох, ну и выдрала же она меня тогда.

— О! – Хиран, кажется, была не на шутку взволнована.

— Не волнуйся, она же потом кормила меня печеньем с молоком и ревела в три ручья по мне. Она была добрая женщина и зря меня не драла. А мне, знаешь ли, это было даже полезно.

— А меня бабушка за уши дергала, когда я подслушивала или сладости таскала. А иногда убегала через забор и бежала к Аруну. И мы прятались у него в саду, а нас искали. А когда находили, то сначала обнимали и целовали, а потом наказывали.

От воспоминаний она снова загрустила. Отвернулась.

— Колин-джи…

— Что я говорил насчет «джи»?

— Извини… Колин, почему Арун попросил тебя возить меня всюду. Почему именно тебя. Или это твоя работа?

— Нет. Точно не моя.

— Тогда почему?

— Как он сам мне сказал, не может доверить тебя никому чужому.

— А тебе может? Потому что ты его друг?

— Да.

— Самый лучший друг в Нью-Йорке?

— Не самый лучший. Единственный. – уверенно сказал Колин, зная, что не соврал.

— И даже согласен нянчиться со мной, потому что тебя об этом попросил Арун?

— Да. Я еще и не на такое способен, если это надо будет Джею.

Хиран кивнула, словно отвечая на вопрос, который задавала сама себе. Сцепила руки в замок. А потом застыла. В какой-то момент ему показалось, что она и не дышит вовсе. Он подошел к ней ближе, и она тут же вскинула на него взгляд. Какой-то отчаянный и в тоже время решительный. Было в нем что-то, чего он не замечал до этого момента. Надежда и обреченность одновременно. Невозможно было объяснить это, или передать.

— Хочу зайти туда. Вы проводите меня, Колин-джи?

Он удивился. Даже не обратил внимания, что она снова привязалась с этим «джи».

— Зайти? Мне пойти с тобой?

— Мне надо сделать… - она запнулась, вдохнула. — Мне надо сделать свадебное мехенди. Арун говорил, что его мне сделают, его должны и в салонах красоты делать. Пойдемте со мной, Колин-джи. Пожалуйста.