-   Я не поняла, вы это о моем репортаже? - удивилась девушка.

-   Ну не о нашем же! - ответил Леонардо.

-   Вы его смотрели? - поинтересовалась Эйприл.

-   Нет, нам о нем рассказал учитель Сплинтер, - ответил Леонардо. - Он смотрел утренний выпуск новостей.

-   Но ведь я целое утро пыталась связаться с вами! - воскликнула Эйприл. - И никто так и не ответил мне. А потом, ведь и в музее вас посчитали пропавшими.

-   Как это? - не понял Донателло.

-   Обыкновенно, - ответила Эйприл. - Как только стало известно о ночном происшествии, к му­зею сразу же сбежались представители всех информационных агентств. И лейтенант чистосер­дечно выложил им, что вы пропали во время напа­дения на музей. Как я не могла передать то, что было в сообщениях всех телеканалов и в газетах? Но перед тем, как выходить в эфир, я несколько раз пыталась связаться с вами.

-   Наверное, мы уже спали, - ответил Лео­нардо.

-   Эйприл! - вмешался в разговор Микеланджело. - Прости за кинокамеру.

-   А в чем дело? - удивилась Эйприл.

-   Ну, как же, - развел лапами Микеланджело. - Ведь я не углядел за ней, и тренидаты разбили ее.

-   Ошибаешься, - хитро улыбнулась девушка.

-   Что, она не разбилась? - теперь уже удив­ленно воскликнул Микеланджело.

-   А ты как думаешь? - подмигнула Эйприл.­ - Наоборот, это я теперь перед вами в двойном долгу.

-   Как это понимать? - спросил Донателло.

-   Камеру мне возвратил ваш старый знакомый, охранник, - объяснила Эйприл.

-   Ник Кортези? - напомнил Леонардо.

-   Именно он, - ответила Эйприл. - Кстати, он же сказал лейтенанту, что вы исчезли после появ­ления монстров.

-   Ох уж этот Ник, - покачал головой Леонардо. - Надеюсь, он понял, что совершил ошибку, сделав это.

-   Напрасно ты так, Леонардо, - сказала Эй­прил. - Если бы вы видели, как он переживал за вас.

-   Да нет, я не имею ничего плохого против него, - возразил Леонардо. - Он действительно хороший парень.

-   К тому же, - добавила Эйприл, - именно он возвратил мне мою камеру. После его рассказа о том, что и как произошло ночью, я даже и не надеялась получить какое-то изображение. Но вы оказались способными учениками.

-   Что ты имеешь в виду? - на лице Микелан­джело появилась улыбка. - Или ты хочешь сказать, что...

-   Да, Микеланджело, я хочу сказать, что кое-­что удалось заснять, - довольно ответила Эйприл. - Так что, черепашки, все было не напрасно, и теперь я вдвойне ваш должник.

-   Приятно слышать, Эйприл, - сказал Леонардо. - Жаль, что мы не сможем посмотреть на свою работу.

-   А почему? - поинтересовалась девушка.

-   Учитель Сплинтер просил нас оставаться дома, - объяснил Микеланджело. - Наверное, мы можем ему понадобиться.

-   Ничего, ребята, не скучайте, - успокоила Эйприл. - Может, у меня получится вырваться сегодня пораньше. Тогда я заскочу к вам сама. О'кей?

-   Согласны, - ответили черепашки. - Пока, Эйприл. До встречи. Конец связи.

-   Вот видите, - сказал Леонардо, выключая переговорное устройство. - Даже Эйприл нас по­хвалила.

-   Что ты хочешь этим сказать? - спросил у него Рафаэль.

-   А вам не показалось разве странным то, как вел сегодня себя учитель Сплинтер? - вопросом ответил Леонардо.

-   Да, это было очень заметно, - согласился Рафаэль. - Я хотел спросить у него, что случи­лось, но так и не решился.

-   Наверное, у него были причины не говорить нам о своих проблемах, - предположил Микеланджело.

-   Ладно, нужно придумать, чем мы займемся в оставшееся время, - сказал Леонардо. - На ули­цу все равно не пойдем. Да и некогда уже. Там скоро стемнеет.

-   Когда уже кончится эта скверная погода?­ - недовольно произнес Донателло. - Мне эти осенние дожди надоели больше, чем тренидатам.

-   Только не вспоминай о них, - отмахнулся Рафаэль.

-   А зачем о них вспоминать? - развел лапами Донателло. - Они и сами о себе напомнят.

-   Кстати, насчет погоды, - вспомнил Микеланджело. - В новостях передали, что завтра наступит прояснение, и в небе появится осеннее солнышко.

-   Осеннее солнышко, - задумчиво повторил Донателло. - Все равно, это не летнее солнышко.

  И черепашки разбрелись кто куда и занялись каждый своим делом, чтобы хоть как-то скоротать свободное время. Такие дни были для них самыми тяжелыми, потому что без настоящих приключений они становились сонными мухами.

  Эйприл так и не позвонила черепашкам. Они решили, что у нее появились какие-то срочные дела. Микеланджело, как не самый разленивший­ся, приготовил на всех ужин, и черепашки устрои­лись возле телевизора, чтобы узнать последние сообщения о тренидатах.

  Но, как ни странно, в выпуске новостей диктор даже и словом не обмолвился о происходившем в музее. Все каналы передавали новую сенсацию - ­странное и весьма загадочное ограбление брони­рованной банковской машины, которая везла под усиленной охраной огромную сумму денег.

-   Эти журналисты, наверное, просто выдохлись за последние сутки, - недовольно сказал Леонар­до. - Они уже не могут собрать на целый день стоящей информации.

-   А тем временем эксперты утверждают, что ограбление совершено хорошо организованной группой налетчиков, - говорил в эту минуту диктор по телевизору.

-   Конечно, - как настоящий знаток, произнес Донателло, - уличные воришки не способны на это.

-   А, ладно, выключай ты его, - махнул разочарованно лапой в сторону телевизора Микеланджело и стал зевать. - Давайте хоть сегодня нормально выспимся.

  Рафаэль хотел уже нажать на кнопку выключателя, как вдруг услышал сенсационное заявление.

-   В живых остался только один из охранников, - говорил диктор. - Но он пока находится в бессознательном состоянии и отправлен в военный госпиталь. Думаю, что не только он станет главным свидетелем. Те же эксперты, которые работали на месте происшествия, утверждают, что нужно было обладать силой монстров, чтобы проломить двери передвижного хранилища денег. Хорошим свидетелем станет также охранник загородной птицефермы, который утверждает, что на ферму было совершено нападение с целью воровства... яиц. Да, да, не удивляйтесь, - были украдены ку­риные яйца.

-   Черепашки! Вы слышали, что он сказал? - ­вскрикнул от удивления Рафаэль. - Яйца! Кури­ные яйца! Опять тот же почерк.

  И черепашки ниндзя бросились к телевизору, чтобы не пропустить ни единого слова этого сооб­щения.

-   И кто бы вы думали совершил это ограбле­ние? - продолжал комментировать диктор. - Самые настоящие монстры! Вы можете не поверить, но охранник утверждает, что именно так оно и слу­чилось. Во время ограбления он затаился и наблю­дал всю картину от начала и до конца. Не знаю, можно ли верить ему полностью, но он говорит, что на ферму проникли самые что ни на есть настоящие монстры и стали поедать куриные яйца. То, что это так, мы убедились и сами. Посмотрите...

  На экране телевизора появилась картинка с изо6ражением огромной груды яичных скорлупин.

-   Вот что оставили после себя эти монстры,­ - продолжал комментатор. - В настоящий момент охранника с его разрешения проверяют на предмет присутствия алкоголя в крови, а потом он со своего же согласия пройдет тестирование на детекторе лжи. Если результаты окажутся подтверждающи­ми его слова, то следует признать версию о весьма необычном феномене. Некоторые журналисты уже поспешили дать утвердительный ответ на все эти вопросы и заявили, что в окрестностях нашего города, а может быть и в самом городе, завелись существа, угрожающие нашему с вами спокойст­вию. Поэтому большая просьба ко всем, кто что­-либо знает, видел или слышал...

-   Это тренидаты, - сказал Рафаэль. - Ника­ких сомнений быть не может.

-   Но с кем они могли быть? - задался вопро­сом Леонардо. - Не стали же они самостоятельно промышлять грабежом?

-   А ты не догадываешься? - многозначительно спросил Рафаэль.

  Черепашки ниндзя замолчали, задумавшись на минуту.