-   Не вижу никакой разницы, - вмешал­ся Донателло.

  Эйприл махнула на них рукой и снова ус­тавилась в план-схему.

-   Ну, как хотите, а я буду добиваться вызова адвоката... - ска­зал Леонардо и подошел к решетке.

  Вместе с ним к решетке бросился и Дона­телло, заметив, что угрюмый верзила под­нялся из своего угла и, по-видимому, решил подойти именно к нему. Через несколько се­кунд Донателло почувствовал, что ему на плечо легла тяжелая волосатая рука. «Види­мо, драки не миновать», - подумал Донателло и, развернувшись, с ходу ударил вер­зиле в живот.

...Тем временем Микеланджело настиг Луизу-Белую Дьяволицу на лифтовой пло­щадке первого этажа. Он ловким и быстрым движением сорвал с шеи полудьяволицы те­семку, на которой болтался черный ключ. Но едва ключ оказался в руках у черепаш­ки-ниндзя, как мгновенно раскалился и об­жег юному мутанту руки.

  Белая Дьяволица оглянулась и злобно захо­хотала. Она надвинулась на бедного черепаш­ку, и из ее пасти вылетел настоящий огонь с искрами. 3акрывшись руками, Микеландже­ло отпрянул, а чудовище нагнулось и подня­ло ключ с пола лестничной площадки.

  Стукнули двери лифта. Дьяволица вошла внутрь, и лифт, не закрыв двери, стреми­тельно помчался вверх.

-   Что мне делать? - пробормотал Мике­ланджело. - Где мои друзья?

  Тут он вспомнил, что, скорее всего, ста­рушка «ЧЕНИ-l» осталась без присмотра. На ней смонтирована мощная протоновая пушка. Если завести двигатель автомобиля, то электричества для питания оружия про­тив бесов вполне хватит.

-   Я буду сражаться, - прошептал Мике­ланджело. - Я буду сражаться против не­чисти до последней капли крови.

 Глава 21. Драка в тюремной камере

  Массовые беспорядки, вызванные поваль­ными проделками злых сущностей, вызво­ленных из главного духоприемника, достиг­ли своего апогея. Остановился общественный транспорт, произошли десятки автомобиль­ных катастроф. Полицейские и врачи «Ско­рой помощи» не успевали справляться со своими обязанностями. Неожиданное наше­ствие водяных привело к тому, что пловчи­хи, тренирующиеся в бассейнах, уже давно не плавали, а лежали возле воды и громко икали. То же самое случилось со многими купающимися в водах прилегающих озер и протекающей возле города речки. Икали да­же спасательная служба - водолазы и ка­питаны речных барж. Более того, у некото­рых особенно смелых пловчих, которые не обратили внимания на странное поведение своих подруг, ступни ног необъяснимым об­разом срослись и начали превращаться в ог­ромные рыбьи хвосты, а бедра покрываться чешуей, как у русалок.

  Наиболее догадливые жители города сооб­разили, что все происходящее теперь - это действия вырвавшейся утром из заточения нечистой силы. Множество людей собралось возле здания мэрии с плакатами и лозунга­ми, призывающими освободить из-под стражи укротителей нечисти. Люди понимали, что выручить город в данной ситуации мо­гут лишь работники предприятия «Нейтра­лизация полтергейста». Муниципальная власть во главе с мэром Роджером Маккар­туром и шерифом Джоем Дуоденумом пре­бывала в полной растерянности, потому что не знала, что делать. Уже давно в город бы­ли вызваны федеральные войска, но стран­ным образом у гвардейцев вместо пороха па­троны были напичканы табаком, жевательной резинкой и разной другой чепухой. Кроме того, командиры не могли указать для своих подчиненных целей. Разве можно стре­лять в тени, которые носились по всему го­роду, издавая злобный хохот. Тем временем в магазинах нечистая сила набросилась на товары. Призраки и оборотни хватали вещи и начинали летать по торговому залу, норо­вя выскочить из магазина без чека. Единст­венное, что пока еще работало, - это радио и телевидение. Именно по этим каналам свя­зи сообщили о том, что приключилось возле конторы «Нейтрализация полтергейста». Ре­портеры на все лады рассказывали, что Лео­нардо, Эйприл, Донателло, Рафаэль и даже убежавший за Белой Дьяволицей Микеланд­жело задержаны и отправлены в полицей­ский участок до выяснения степени вины. По телевидению в утренних новостях пока­зали остатки их конторы, попутно демонст­рируя то, что творится в городе. К полудню

внимание репортеров было переключено на небоскреб у центрального парка, так как на последних этажах здания по неведомой при­чине образовалась огромная дыра. Жильцы дома в спешном порядке начали эвакуиро­ваться. Даже главный архитектор города не мог дать гарантии, что здание надежное.

Тем временем под окнами мэрии уже раз­давались крики:

-   Свободу ловцам призраков! Выпустите ловцов призраков! - кричала одна группка энтузиастов.

-   На волю истребителей нечисти! - вто­рила им другая.

-   Мэра - на мыло! - скандировала хором пока что немногочисленная толпа под окнами мэрии.

  Репортеры газет, радио и телевидения то­же были на площади перед мэрией в толпе скандирующих, они ждали пресс-конферен­ции, обещанной мэром Роджером Маккарту­ром. Но мэр, шериф и генерал прибывших федеральных войск не знали, что делать.

-   Весь город летит к чертям собачьим!.. И все молчат, никаких идей!.. - кричал на своих подчиненных Маккартур. - Вы что, язык проглотили, генерал?!

-   Господин мэр, - оправдывался гене­рал, - призраки проникают в танки через стволы башенных орудий и напускают там такой вони, что мои танкисты теряют созна­ние!

-   Так заткните ваши орудия какими-ни­будь тряпками... - взорвался Роджер Мак­картур. - И это мне, мэру города, надо всем давать советы!

  Помощники мэра напряженно вздыхали, не смея перечить начальнику. Они даже не осмеливались посмотреть на него, ибо в гне­ве Роджер был страшен. Этот величавый с залысинами человек уже не одного чиновни­ка уволил за то, что те посмели ему пере­чить. Его боялись еще и потому, что выраже­ние лица у мэра Маккартура было похожим на выражение мордочки хомяка, набившего за щеки по стакану зерна. Но каждому ра­ботнику мэрии казалось, что за щеками у мэра - уволенные им ни за что чиновники. Единственный, кто мог успокоить Роджера и говорить с ним на равных, - это был его друг детства, а теперь епископ города Джар­вис. Но его в этот момент не было в городе, он улетел на вертолете ловить бабочек на лу­га возле своей фермы, на которой он и разво­дил «павлиньи глаза» и «махаонов».

-   Я вас всех уволю! - кричал разбуше­вавшийся мэр. - Кто может объяснить, что происходит в городе?

  Маккартур прошелся по кабинету, отвис­лые щеки его прямо трепыхались, словно за ними шевелились уволенные чиновники, и остановился возле начальника торговли:

-   Почему все продукты неожиданно взле­тели в воздух? Почему рыба пахнет ванилином, а ванилин рыбой?

  Шериф Джой Дуоде­нум стоял навытяжку и чувствовал, что боль­ше всего вопросов возникнет к нему. По­скольку он был наиболее решительным человеком из всех находящихся в кабинете лиц (во время последней войны он даже два раза видел след вражеского танка), то он на­брался храбрости и сообщил:

-   Мы тут бессильны что-либо сделать. На город обрушился целый рой сверхъестествен­ных сил.

-   На всякий рой должен найтись хоро­ший пчеловод!

-   Я думаю, с бесами надо пойти на пере­говоры! - высказал идею генерал. - Они могут пойти на компромисс, если мы им что­-нибудь пообещаем.

-   Вы понимаете, алюминиевая пуговица, - ­нервно закричал мэр, - что вы говорите? А вдруг они потребуют человеческих жертво­приношений? Ну тогда уж я сам из себя сва­рю мыло, как того требуют демонстранты.

  Генерал остекленело смотрел на Роджера Маккартура и сожалел, что высунулся.

  Неожиданно начальник полиции надел фу­ражку, стал по стойке «смирно» и произнес:

-   С ними могут справиться ловцы призра­ков.

  Мэр остановился, криво усмехнулся и ска­зал:

-   Ты прямо читаешь мои мысли, я толь­ко что об этом хотел сказать. Во всяком случае, это моя идея. Немедленно привести их сюда, пока нас журналисты не съели!

  Шериф хотел было объяснить мэру, что это сейчас невозможно сделать, но Маккар­тур уже повернулся к остальным подчинен­ным, чтобы высказать им свою оценку их деловым качествам: