Я открываю дверь на дюйм и смотрю на джентльмена. Затем смотрю вниз на коричневый конверт и киваю на электронное устройство подписи. Он протягивает его через маленькую щель, и я расписываюсь. Мы обмениваемся предметами, и я закрываю дверь.

Конверт тонкий. Я так нервничаю из-за того, что это может быть, но кладу его в сторону и решаю подготовиться к работе.

После душа наношу легкий макияж. Одеваюсь в белые штаны с высокой талией, белую рубашку с длинными рукавами, которую расстегиваю, чтобы показать грудь, и толстый черный ремень, который застегиваю прямо под грудью. Не зная, что делать с моими волосами, я завязываю их в высокий хвост.

Когда во второй раз кто-то стучит в дверь, я настолько погружена в подготовку к работе, что даже не проверяю, кто это, пока не открываю ее.

А вот и он.

Выглядит сексуально в черных брюках, белой рубашке, которую он подвернул на локтях, из-за чего его руки смотрятся потрясающе аппетитными. Так, на нем его обычный ремень в комплекте с блестящей серебряной пряжкой и полированные черные туфли. Я ошеломлена.

Я никогда не видела, чтобы Ашер одевался так раньше, и мои трусики внезапно становятся влажными. Он выглядит шикарно.

Переминаясь с ноги на ногу, он выглядит нервным. Не желая, чтобы он знал, я-то чувствую себя так же, я делаю то, что получается у меня лучше всего.

Веду себя как сучка.

Я говорю:

— Я могу чем-то помочь тебе, Дух?

Не отвечая на мой вопрос, спрашивает:

— Тебе понравились цветы, девочка?

Закатывая глаза, чтобы не расплакаться, я поворачиваюсь к нему спиной и отвечаю, рукой обводя рукой квартиру:

— Кому не понравится?

Он заходит в квартиру и заявляет:

— Ты прочитала записки.

Я отвечаю простым кивком, он тоже кивает и говорит:

— Я должен рассказать тебе историю.

Только не снова.

Качая головой, говорю громко:

— Нет, больше никаких историй. Я просто хочу двигаться дальше.

Он подходит ближе ко мне и произносит:

— Если тебе не понравится эта история, детка, я оставлю тебя и больше никогда не беспокою.

Хотя мое сердце разбивается от этого заявления, я действительно хочу услышать, что он должен сказать. И я отчаянно надеюсь, что мне это понравится. Я киваю, чтобы он продолжал.

Он подходит к кухонной стойке и начинает:

— Однажды я встретил девушку. — Играя с цветами на стойке, он смотрит на меня и продолжает: — Ты знаешь первую часть этой истории, поэтому я собираюсь пропустить ее, опустить всю ерунду и добраться до того, что тебе нужно услышать, хорошо?

Внезапно чувствуя себя уязвимой, я обнимаю себя, потирая вверх и вниз ладонями свои руки. Я снова киваю, и он продолжает:

— Итак, эта девушка была моей одержимостью. Я не знаю, как так вышло, но она все время была в моем сознании. Поэтому, после того, как мы согласились, что у нас будет секс по дружбе, я подумал, что у меня было все. Свобода и девушка — все сразу. В какой-то момент после того, как мы начали трахаться, я понял, что, хоть и чувствовал, что у меня все это есть, я чего-то упустил. Появились глубокие чувства, и я впал в панику. Я так паниковал, что сделал кое-что глупое: я поднял руку на эту девушку, надеясь отпугнуть ее от меня. Но это не сработало.

Добравшись до белого тюльпана в вазе, он вынимает его, приносит мне и кладет в мою руку. Использует вторую свою руку, чтобы накрыть мои пальцы и продолжить:

— Поэтому я ушел на какое-то время, чтобы найти себя. И это было чертовски хреновое решение, но в первый раз в жизни я был смущен из-за того, что чувствовал к женщине. Я пытался испортить наши отношения, но, черт меня подери, она сильнее, чем я думал. Она не убегала от меня, даже когда я был монстром.

Эш идет в гостиную, чтобы забрать ирис. Он встает позади меня, передает лиловый цветок и хихикает:

— Знаешь, я уже какое-то время понимаю, что люблю эту девушку.

Я ахаю, но он игнорирует меня.

— Раньше я никогда такого не чувствовал, и это испугало меня. Видишь ли, красавица, я сделаю все ради этой женщины. Вообще все. Если бы она попросила меня купить ей бриллианты, я бы это сделал. Если бы она попросила меня стать лучше, я бы постарался на пределе возможностей. Если бы она попросила меня прекратить видеть весь негатив в моей жизни, я бы помнил, что она — моя светлая полоса.

Он продолжил, обходя меня:

— Я всегда думал, что это я. Что во мне была проблема, когда дело доходило до отношений с женщинами, но это было не так. Проблема была в них.

Забирая оба цветка из моей руки, он продолжает тихо:

— Видишь ли, детка, они не были тобой.

Мои губы дрожат, и я закрываю глаза, чтобы сдержать слезы.

Он шепчет:

— Подожди здесь. Я принес кое-что для тебя.

Я слышу, как он идет по коридору и в мою комнату. Затем возвращается ко мне и помещает что-то в мои руки. Я открываю мокрые от слез глаза и смотрю на большую красивую лилию Касабланку в своей ладони. Он говорит:

— Это означает праздник.

Я шепчу хрипло:

— Что мы празднуем?

Мое сердце пропускает удар, и я чуть не грохаюсь в обморок, когда Эш встает на одно колено передо мной. Он тянется в карман и вытаскивает синюю бархатную коробочку. Я накрываю рот рукой и плачу. Эш открывает коробочку, и там находится самое красивое кольцо из белого золота с бриллиантами и изумрудами. С усмешкой он объявляет:

— Мы женимся, детка.

Восемь часов спустя

— Ты берешь эту стильную штучку, — Элвис читает с листка бумаги в руке, прежде чем продолжить, — Натали Ковач, в свои законные супруги, дружище?

Эш смеется, прежде чем смотрит мне в глаза и счастливо улыбается:

— Черт, да.

Элвис поворачивается ко мне и спрашивает:

— Бойкая штучка, ты берешь этого четкого паренька, — он снова сверяется с текстом на листке, — Ашера Коллинза, в свои законные мужья?

Улыбаясь, как дура, держа в руках пятнадцатидолларовый пластиковый букет цветов, я подпрыгиваю на месте и почти кричу:

— Да!

Элвис ухмыляется и бормочет:

— Ну, ладно. Властью, возложенной на меня штатом Невада, я объявляю вас мужем и женой. Теперь вы можете поцеловать...

Но я не жду, пока он закончит, я бегу и прыгаю в ожидающие объятия Ашера, крепко его целую и стону. Я настолько счастлива, что это почти невероятно, потому что сегодня утром я была невероятно печальна. Сегодня лучший день в моей жизни.

Одной рукой Эш поддерживает меня под задницей, а другую кладет на затылок, запутываясь пальцами в моих волосах, а я оборачиваю ноги вокруг него. Наш поцелуй страстный и сексуальный, и все в этом роде.

«Я люблю целовать своего мужа!»

О, боже мой... моего мужа. Не могу поверить, что мы только поженились. Невероятно!

Эш клюет меня в губы, прежде чем бормочет.

— Я люблю тебя, красавица.

Улыбаясь, я шепчу:

— О, боже, я не думаю, что мне когда-нибудь надоест это слышать. Я тоже тебя люблю, Эш.

Элвис прерывает нас:

— Эй, оставьте это для отеля.

Эш не отрывает губ от моих, когда протягивает ему большие чаевые.

— Большое вам спасибо.

Эш выносит меня из часовни «Любви и свадеб» и выходит к нашей взятой на прокат машине. Усаживает меня на капот и встает между моими раздвинутыми ногами. Улыбаясь мне, говорит:

— Клянусь, когда-нибудь я устрою тебе большую свадьбу со всем блестящим дерьмом, которое нравится женщинам, но сейчас я так же счастлив, как и ребенок в магазине конфет.

Я беру его за руку и отвечаю:

— Думаешь, мы сделали верный выбор? Выбрав это место?

Эш кивает без колебаний.

— Да. Я уверен. Мне не нужно ничье одобрение, детка. Мне нужна ты, и надеюсь, что я нужен тебе.

Внезапно опечалившись, я говорю:

— Вероятно, я не смогу иметь детей, Эш.

Он слабо улыбается и отвечает:

— Ты хочешь детей?

Смотря на него, я киваю. Он опускает свое лицо к моему, мягко целует мои губы и говорит: