Верхняя часть тела Хэйвока был прижата поперек стола, а затем яростный голос Смерти четко зазвучал на весь класс:

— Если ты хотя бы попытаешься поднять руку на эту девушку, клянусь, я, не теряя времени, разорву тебя в клочья и брошу твое бесполезное тело в преисподнюю, где тебе и место.

— Давно не виделись, Смерть. — Хэйвок рассмеялся. — Вижу, ты всё тот же веселый парень, как и всегда. Как поживаешь?

— Я предупреждаю тебя, — зарычал Смерть, усиливая хватку на руках Хэйвока. — Завязывай. Оставь девушку в покое.

Я слезла со стула и изо всех сил пыталась удержаться на ногах, пока в полном ужасе наблюдала за противостоянием двух парней. Это не та стычка, с которой мне хотелось бы иметь дело. К сожалению, она касалась именно меня.

— Ну, я не могу сделать этого, — сказал Хэйвок. Он обставлял всё это так, как будто он и Смерть всего лишь старые друзья, которые встретились и говорят о погоде. — Если ты нарушаешь Указ, то и я нарушаю Указ.

— Это не в твоей компетенции, — сказал Смерть, понизив голос. — Только не говори мне, что тебя нужно так быстро спустить на землю. Помни свое место.

— Ну, не знаю, — вздохнул Хэйвок. — Просто знаешь, Хедли так напоминает мне Люкрецию, а я не хочу…

Раздался громкий щелкающий шум, похожий на звук сломавшейся кости. Посмотрев на миг на Смерть, можно было сказать, что выражение его лица фактически заставляло его казаться… каким-угодно, только не человеком.

— Не смей произносить её имя.

— Ой, я тебя задел? — съязвил Хэйвок, ухмылка окрасила черты его лица. — Прошло более четырехсот лет, Смерть. Пора двигаться дальше, дружище.

Казалось, что Смерть собирался что-то сказать в ответ, но после минутного молчания он ослабил свой захват на руках Хэйвока и отступил назад.

Хэйвок чопорно поднялся, не обращая внимания на Смерть или на меня, отряхивая свою рубашку, его левая рука неуклюже болталась в стороне — видимо, она была сломана.

— Убирайся отсюда, — приказал Смерть, его голос был опасно низким. — Чтобы тебя и близко рядом с ней не было.

Хэйвок вздохнул, всплеснув руками.

— Если ты так говоришь. — Через мгновение он исчез из виду, но не раньше, чем сверкнуть в мою сторону улыбкой, настолько жуткой, что я чувствовала, словно покрыта слизью.

Я облокотилась на лабораторный стол и тяжело вздохнула, проводя рукой по лицу.

Ни Смерть, ни я не произнесли и слова в течение нескольких минут. Класс вокруг нас продолжал оставаться замороженным. Единственным звуком, который, я слышала, было мое бешено колотящееся сердце.

— Хедли.

— Я в порядке, — быстро сказала я, глядя на Смерть. — Всё в порядке.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я не хотел, чтобы это произошло, — сказал Смерть c серьезным выражением лица, когда посмотрел на меня. — Совсем.

— Я знаю, — согласилась я. — Но это не твоя вина.

— Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Хедли.

— Да. Я тоже.

Смерть сжал мое плечо, успокаивая, а затем повернулся, чтобы выйти из класса. Но я должна была сначала кое-что прояснить.

— Смерть, подожди! — позвала я, как только он дошел до двери класса.

Думаю, он понял, что я собиралась спросить, а я ещё даже не сказала ни слова.

Он сделал глубокий вдох, как будто пытался успокоить себя, прежде чем заговорить:

— Люкреция была моей женой.

— Что с ней случилось? — спросила я, не уверенная, что хочу услышать ответ.

Смерть не ответил. Он со вздохом прислонился к двери и не произнес ни слова. На мгновение, я подумала, что он не мог ответить. Словно было слишком больно даже думать об этом, не говоря уже о том, чтобы произносить это вслух.

— Разве ты не можешь ничего сделать Хэйвоку? Например, остановить его? — спросила я, быстро меняя тему.

Я хотела переключить его внимание как можно быстрее. Я не хотела расстраивать Смерть.

— Нет, — наконец ответил он. — Нет, не могу. Не в моих силах сделать что-то Хэйвоку.

— Черт, — выругалась я. — Как бы мне хотелось сделать что-то, чтобы…

— Ты не должна беспокоиться обо мне, Хедли, — сказал Смерть. — Беспокойся о себе. Беспокойся об Арчере. У тебя осталось семь дней. Это не так уж много времени.

— Я знаю, — сказала я, отводя глаза. — Я знаю.

Я не смогла б справиться с мыслью о потере Арчера, и напоминание об этом не помогало.

— Я буду держать Хэйвока подальше от тебя так долго, как только смогу, — сказал Смерть, возвращая меня обратно в реальность. — Но смотри в оба, Хедли. У меня уже и так достаточно неприятностей.

— О, поверь мне, — сказала я, вздохнув. — Я определенно буду смотреть в оба.

Было много чего, что я должна была выяснить за эти последние семь дней. Если бы Хэйвок вышел из игры, всё было бы значительно легче.

— Ладно, Джеймисон, — вздохнул Арчер, бросив тряпку на прилавок. — Расскажи мне, что случилось.

— Что ты имеешь в виду? — Я бросила на Арчера любопытный взгляд.

Он поднял бровь, как только взглянул на меня. Я стояла на коленях на полу кофейни, опустошая коробку с выпечкой, но это не помешало Арчеру спустя мгновение присесть на корточки рядом со мной.

— Ты почти ничего не сказала за весь день, — произнес Арчер. — Ты даже не сказала своей подруге Тейлор заткнуться, как это обычно бывает.

Я выпустила смешок. Он был прав.

— У меня просто слишком много мыслей в голове, — сказала я.

И это действительно так.

Всё, что случилось в классе химии, снова и снова проигрывалось в моей голове. Смерть просто появился из ниоткуда, когда я думала, что Хэйвок сейчас убьет меня, и спас мне жизнь. Он сказал, что ему нельзя мне помогать, но я рассматриваю спасение моей жизни как помощь.

Я не знала, что и думать об этом.

В основном я также думала о Люкреции, жены Смерти. Я поняла, что судя по тому как Смерть говорил о ней в одном предложении, он по-прежнему очень сильно её любил. Хэйвок сказал, что прошли сотни лет с тех пор, как она покончила с собой. Но он по-прежнему влюблен в нее?

Как может кто-то так сильно любить кого-то? Любить кого-то, игнорируя время и пространство?

Вот что я не могла понять.

Я бросила коробку со старой выпечкой и села на пол, прислонившись к прилавку. Арчер на мгновение посмотрел на меня, а затем сел рядом со мной.

— Как тебе кажется, хорошим людям иногда приходится делать что-то плохое? — ляпнула я.

Арчер бросил на меня любопытный взгляд. Я немного робко пялилась на него в ответ.

— Не знаю, Хедли, — сказал он, смотря прямо перед собой. — Многим людям иногда приходится принимать плохие решения. Неважно, хороший ты человек или плохой.

— Но что если кто-то делает что-то плохое для того, чтобы произошло что-то хорошее?

— Ты признаешься, что списывала тест по геометрии или ещё в чем-то? — с серьезным видом спросил Арчер.

— Я НЕ СПИСЫВАЮ ТЕСТЫ ПО ГЕОМЕТРИИ.

Он расхохотался и чуть не упал назад.

— Боже, я знаю, что это не так, Джеймисон, но твоя реакция того стоила.

— Спасибо, Арчер, — сказала я, вздохнув. — Я так рада, что являюсь источником твоих развлечений.

— Оу, ты больше, чем это, — сказал он, подергивая бровь таким образом, что я густо покраснела.

— Что с тобой сегодня, Моралес? — сказала я, игриво толкая его локтем. — Ты кажешься… счастливым.

Все следы юмора покинули лицо Арчера, как только эти слова вылетели из моего рта. Он бросил на меня серьезный взгляд, его губы хмуро опустились.

— В этом полностью твоя вина, — наконец, вздохнул он. — Ты отняла у меня мою семью, а теперь ещё и мой рассудок.

— Отвали, Арчер!

На этот раз мы оба расхохотались.

Я не помню, когда в последний раз по-настоящему смеялась. Столько всего произошло за эти последние две недели или около того, и я не думала о чем-то столь незначительном, как смех.

Честно говоря, было приятно снова смеяться. И тот факт, что я смеялась с Арчером, сделал всё это немного более особенным, чем могло бы быть иначе.