Представила, как Валера читает ее письмо.Гневится и увольняет нерадивых работниц. А те несчастные, глупые, безработные.

Мария мысленно улыбнулась. Сложила из заявления кораблик и швырнула его в воду. Кораблик заскользил по голубой глади.

Скатившись с постели в прохладу бассейна, Мария распласталась лягушкой на его поверхности. Ее охватила нега, обняла истома. Беспокойные мысли унеслись вон. И она вновь почувствовала себя счастливой и молодой.

Через неделю Мария пошла за водой в «АВаНу». За прилавком стояла новая продавщица. Она была приветлива и доброжелательна.

– Вы новенькая? А где та продавец?

– Ее уволили. И еще мойщицу вместе с ней.

– А что же случилось? – Недоуменно спросила Мария.

– Нахамили одной постоянной клиентке и сами же хозяину и рассказали. В цветах и красках. Да, еще похвастались, что осадили ее, барыню.

А хозяин долго не церемонился.Мария пожала плечами, закрутила крышку в бутыле и вышла из помещения.

«Хомейко-продакшн»

Ну, написала я книгу. Про своих знакомых, соседей, их знакомых, про себя, про всякие абсурдные ситуации, в которые мы попадаем. В общем, про нашу «жисть».

Назвала – «Бред городского сумасшедшего». Дала почитать героям моей книги, сославшись на свой блог в «Новой Литературе».

Почитали.

Светка-соседка, самая главная моя героиня, как и положено, вынесла приговор: «Действительно, бред! И как такое еще печатают?»

Людка была более корректна: «Смешно, живо. Мне ночью на дежурстве в больнице все равно нечего делать.»

Невестка Юля оптимистично подсказала, что после того, как меня не станет, лет эдак через… может быть, результат и будет. Она уже узнавала. И им что-то перепадет от издания. Если напечатают.

Я приняла все это к сведению. И начала действовать.

Итак, книгу надо издать. В бумажном варианте. Чтобы труд мой не пропал в дебрях интернета. Я открыла свой блог и скопировала будущую нетленку. Получилась простыня внушительных размеров. На три книги! Еще раз просмотрев ее на вшивость и удалив последних блох, я веером разослала свой труд по е-мелу, на адреса известных мне издательств. Их набралось штук 15.

Прозвонив в пару местных издательств, я узнала, что все они под завязку завалены рукописями неизвестных миру авторов, коих в нашей стране и аналогично в России, тьма тьмущая. Причем, все авторы мнят себя гениями, творящими исключительно шедевры. А на самом деле шлют один мусор. Так мне поведала одна разговорчивая дама-издатель.

В киевском издательстве «Радуга» мне сказали, что они способны издавать 30 книг в год, а получают рукописей от 700 авторов. Читать рукописи – прерогатива редактора. Но, редактор прочесть все физически не успевает. Потому и не читает! И что издать роман, а лучше серию романов им выгоднее, чем сборник сомнительных рассказов.

Выяснилось, что издать книгу можно. За деньги автора. Потешить его самолюбие! В издательствах, специально созданных для этой цели. Например, издательство «Азимут» просчитало стоимость моего опуса. Одна книга, в мягкой обложке, тиражом три тысячи экземпляров, тянула на 48 тысяч гривен, то есть, на 6 тысяч долларов.

В кармане у меня завалялся жетон на метро. Как раз доехать до «Азимута»!

Идея издать книгу за деньги автора развеялась сама собой.

Через несколько дней ответ пришел из одного Харьковского издательства, куда я отправила диск с моей рукописью. Поблагодарили за оказанное доверие и пообещали выдать результат через 3 месяца. Ух, ты! Молодцы! Еще общаются с авторами!

Остальные издательства мне не ответили, молчали, как русский герой на допросе у немцев.

Я начала ждать. Терпеливо, считая дни. За три месяца произошла масса новых ярких событий в жизни моего окружения. Ну, как тут не чиркануть новых рассказов! Несколько забавных историй вновь опубликовала «Новая Литература». Стали на е-мел приходить отзывы читательниц. С некоторыми особо восторженными дамочками завязались дружеские отношения.

Я тут же отослала в Харьковское издательство копии опубликованных рассказов, как дополнительные аргументы для издания рукописи.

А на следующий день от них пришло письмо. Заказное. По почте.

В отделение связи, на улице Вишняковской, я летела на крыльях.

Вот, он зыбкий момент, отделяющий жизнь на «до» и «после»! Вот, этот шаг от неизвестности к вечности! К международным книжным ярмаркам, где заселились акулы пера Донцова, Маринина, Полякова! И, где мы с соседкой – Светкой, главной моей героиней, будем сидеть у стенда с моей книгой. Светка, со свежими кудряшками «платиновый блонд», будет важно раздавать автографы. И тихо возмущаться: «и кто такой бред еще читает?»

Я долго не могла вскрыть большой и тяжелый бумажный конверт, переклеенный со всех четырех сторон прочной и широкой лентой скотча. Острым концом ключа от квартиры я тыкала в толстый скотч, пытаясь его прорвать. Скотч не поддавался. Мое лицо пылало огнем от перевозбуждения.

Тяжесть и плотность конверта рождали самые дерзкие мысли. Несомненно, там лежал долгожданный Лицензионный договор! А, может быть, еще и предоплата в десяток тысяч гривен.

Наконец, скотч поддался, лопнул, и конверт был вскрыт. Внутри находились две тяжелые гофрированные картонки, а между ними мой диск с рукописью и письмо.

В письме сообщалось, что издать мою рукопись предприятие не рискуют, поскольку сомневается в коммерческом успехе данного проекта.

Ноги отяжелели, настроение сдулось, как праздничный шарик, проколотый острым стеклом.

Еле перебирая ватными ногами, я поплелась к дому. Корона Анны Гавальды, Мураками и Улицкой свалилась с моей головы и в дребезги разбилась об асфальт.

Надо менять профессию. В управдомы! На рынок! Возомнила себя писательницей!

– Куда это девушка бредет, не узнавая соседей? – Слышу я рядом знакомый голос. – Отлично выглядишь? Ботокс? Подтяжка? Новый любовник?

Подымаю глаза. Ух ты! Мой герой, Гоша Хомейко, о котором я писала в рассказе «Синенькая леечка». Гоша – бывший председатель нашего ОСМД, который первым в Киеве ушел из-под ЖЕКа, первым обнес многоэтажный дом высоким забором, и при помощи дяди Пети – дворника пропускал жильцов через шлагбаум, заставляя должников куковать на улице, на раскладушках, закупленных на наши же деньги. Самые обидчивые нашли на Гошу управу, сдали его в прокуратуру. И даже, говорят, было заведено уголовное дело по факту хищения денег. Гоша как-то ловко вывернулся из ситуации, но его убрали из председателей. Гоша не растерялся и переквалифицировался в продюсеры. Начал зарабатывать деньги на кинопроизводстве. Делать киносериалы. Сопливые, как он хвастался, для пенсионеров и домохозяек.

Мой рассказ, где он фигурирует в этой комичной роли, Гоша еще не читал. Не дай Бог! Я представляю, что тогда будет! Гоша очень нервный! Но, то, что я пишу рассказы Гоша слышал, от соседей.

– О! Гоша! Привет! – Обрадовалась я.

– Ну, и где же бабки? Работаешь, работаешь, а по тебе и не видно! – Гоша с пристрастием оглядывал меня с ног до головы.

Моя куцая курточка «аля – бумагомаратель» и видавшие виды макасины «Экко» говорили без утаек о моем нынешнем месте под солнцем.

– Книга написана. Осталось ее издать. – Стала защищаться я.

– Давай я издам.

– ?…

– Я серьезно.

– Нда..? А где ты деньги возьмешь? Надо 6 тысяч долларов. На одну книгу. А их три!

– Где, где! В тумбочке.

– Ух, ты!

– Я даю деньги, но с условием. На книге будет стоять мое имя. Хомейко Гоша.

– ?… А зачем это тебе? Ты серьезный мужчина. А книга написана легкомысленной женщиной. Для простого читателя. Преимущественно, для легкомысленных дамочек. Это же видно по тексту.

– Ты соглашайся. Тебе никто кроме меня денег не даст. Куда ты пойдешь? К жирным котам? В Кабмин? К депутатам? С тобой даже десять минут никто разговаривать не будет. Я издам книгу. Ну, может быть, и твое имя поставим, вторым, после меня. Если уж так хочешь. Заключим договор. Мне 90 процентов, тебе 10. Или 5! С тебя хватит.