Это звучало как нонсенс.

— О чем вы говорите?

— Подумай об этом. Он всегда уделял тебе особое внимание, разве нет? Всегда был очень дружелюбным по отношению к тебе? Оставлял тебя после уроков, чтобы поговорить? Без сомнений, он пытался завоевать твое доверие. Стать ближе к тебе, чтобы ты рассказала о своих силах. Но подумай о том, как это может выглядеть для остальных, если ты позволишь помочь своему верному слуге. Он уже сделал всю работу, похитив твоего парня. И когда копы пойдут в его квартиру и найдут все фотографии, доказывающие, что он следил за тобой, ну, ни один судья в мире не отпустит его.

— Но у него есть доказательства, что у меня есть силы! Это разоблачит меня!

— Не переживай. Я уже позаботился об этом.

Я хотела убрать эту наглую улыбку с его лица, но была слишком занята тем, что пыталась понять его план. Это было заманчиво. Это может сработать. Но… Я отрицательно покачала головой. Я не могла в этом участвовать. Это был Картер. Я не могла доверять ему.

— Что вы с этого получите?

Его улыбка стала еще шире.

— Удовольствие от знания того, что я помог кому-то, кто в этом нуждался?

— Не играйте со мной, Картер! — закричала я. — Я не в том настроении, чтобы разбираться с вашим дерьмом!

Мне было приятно видеть, как он отходит от меня, когда я протянула руку в его сторону. Иногда быть страшным суперфриком приятно.

— Послушай, это беспроигрышная ситуация. Ты сможешь сохранить свой секрет, а я заполучу свою историю для статьи. И это будет даже лучше, потому что люди быстрее поверят в нее, чем в историю «Супердевушка реальна», даже если бы она была с видеодоказательствами. Эта история прославит меня. Раскрыв правду, я спас твою жизнь и жизнь твоего парня. Мы бы смогли даже получить Пулитцеровскую премию[21].

Снова он ставил меня в тупик. Не то чтобы я обязательно хотела, чтобы Картер получил свою выгоду со всего этого, но его план подразумевал, что больше не надо переживать об Эдвардсе. И если Картер получит свою глупую Пулитцеровскую премию, возможно, он будет держаться от меня подальше и больше меня не побеспокоит. Боже, одна только мысль стоила того.

Я закивала головой прежде, чем приняла окончательное решение.

— Нам нужно будет согласовать наши истории, — пробормотала я, понимая, что уже сдалась.

— Это никогда не сработает, — прохрипел мистер Эдвардс. — Даже если мир не поверит моей истории, «Visticorp» узнают правду. Они придут за тобой. Ты никогда не будешь в безопасности. Никогда, если не позволишь мне помочь тебе.

— Держитесь подальше от этого, — огрызнулась я, в раздражении пиная его в живот.

Эй, я говорила, что выиграла конкурс красоты. Я никогда не говорила о том, что за меня проголосовали как за Мисс Конгениальность.

Мистер Э заткнулся, потому что у него перехватило дыхание от моего удара, но его угрозы нанесли ущерб. Я забыла про группу богатых злых ученых, на которых работал мистер Эдвардс. Я с отчаянием посмотрела на Картера, но он просто снова улыбнулся.

— Никто не придет за тобой, Джеймилинн, — заверил он меня. Затем он ухмыльнулся мистеру Эдвардсу. — Не так ли?

Лицо мистера Эдвардса стало темно-красным, доказывая, что Картер прав. Я снова посмотрела на Картера, чтобы он объяснил, и он с радостью согласился.

— Твой мистер Эдвардс здесь совершенно один. Никто не придет за тобой, Джеймилинн, потому что, по правде говоря, они никогда не верили в тебя. Это Эдвардс узнал про твою аварию в Иллинойсе. Эдвардс отчаянно пытался найти доказательства, но не смог. Он пытался месяцами убедить «Visticorp», что ты другая, но они никогда не видели ценности в его словах. Он ушел из компании и в одиночку отправился на твои поиски.

— Это неправда, Джейми! «Visticorp» отправили меня в Иллинойс после твоей аварии, чтобы наблюдать за тобой, чтобы посмотреть, стоит ли рисковать из-за тебя. Но чем больше я узнавал о тебе, тем больше я не мог вынести мысли о том, чтобы сдать тебя им. Я сказал им, что ты обычная девушка, а затем последовал за тобой в Калифорнию, чтобы убедиться, что никто за тобой не пришел.

— Он лжет, Джейми, — сказал Картер. — Если он был здесь, чтобы убедиться, что ты в безопасности, тогда зачем он преследовал тебя?

— Это была его вина! — закричал мистер Э, указывая пальцем на тело Райана. Он так рассердился, что ему пришлось глубоко вздохнуть. Затем он снова посмотрел на меня и сказал: — Если ты послушаешь этого человека, «Visticorp» увидят эту статью. Они поймут, что я лгал им. Даже если они в это не поверят, они пошлют кого-нибудь, чтобы проверить.

— Поверь мне, Джейми. Он может рассказывать все, что хочет, о твоих способностях, но «Visticorp» увидят лишь того сумасшедшего, одержимого человека, что видят остальные.

Мысли в моей голове начали вращаться вокруг двух противоречивых позиций. Проблема была в том, что я не доверяла ни Картеру, ни Эдвардсу. Хотя была вероятность, что они оба лгут, была и вероятность того, что один из них говорит правду. Я не знала, что делать.

Я была так зла, и я так устала о того, что меня постоянно преследуют и угрожают, что схватила Картера и прижала его к стене.

— Если вы лжете мне, Картер, то поможете мне совершить мое первое убийство!

Испуганные крики моих родителей заставили меня бросить его.

Отец звал по имени, пока мама кричала:

— Что ты делаешь?

Картер немного успокоился, и отец помог встать ему на ноги.

— Вы сделали это? — Картер спросил его.

Мой отец кивнул, и внезапно я полностью растерялась.

— Мы нашли все, как вы и сказали. Мы все уничтожили, оставив только необходимое.

Я уставилась на отца, ошеломленная, что он уже был в сговоре с Картером. Он выглядел более серьезным, чем я его когда-либо видела, как будто он докладывал генералу или кому-то еще, что «миссия невыполнима» выполнена. Но мама, которая, очевидно, тоже участвовала в этом плане, светилась, будто была в восторге от этих шпионских игр.

— Я даже оставила там некоторые вещи Джейми, — гордо сказала она.

Я не могла в это поверить. Я не могла доверять Картеру, но мои родители верили ему. Может быть, я была немного предвзята, потому что Картер разрушил мою жизнь в Иллинойсе. Я имею в виду, мои родители не были глупыми, и никто не может быть большим параноиком, чем мой отец. Думаю, мне нужно следовать их плану. Действительно, какой у меня был выбор? Идти с моим одержимым учителем английского? Эм, нет, спасибо.

— Какие вещи ты оставила? — спросила я, пытаясь успокоиться.

— О, твои старые помпоны, корону и пару твоих трусиков, — ответила мама. Она пожала плечами, как будто это было неважно, а затем злобно улыбнулась. — Я положила их под его подушку.

— Мама! — ахнула я.

— Линда! — в ужасе крикнул отец. Кровь сошла с его лица при слове «трусики».

— Что? — огрызнулась мама. — Это именно то, что забирает жуткий сталкер!

— Тьфу! По крайней мере, скажи, что это не красивые шелковые из «Victoria’s Secret».

— Маленькие черные с кружевами, — виновато призналась мама.

— Мама!

— Дамы! — папа съежился, закрывая уши. — Пожалуйста!

Картер прервал нашу семейную ссору, к облегчению отца.

— Эм, — сказал он, оглядывая класс. — Где Эдвардс?

Я хотела сказать очень плохое слово. Я даже не видела, чтобы Мистер Э поднялся на ноги, но он исчез. Мои родители тоже оглядели класс, и когда мама впервые увидела Райана, у нее перехватило дыхание. Папа проследил за ее взглядом, и затем он сказал очень плохое слово.

— Ему нужно в больницу, — объяснила я, — но его сердце бьется довольно стабильно. — Я знала это, потому что часть меня была сосредоточена на этом с того момента, как я зашла в класс.

Мама бросилась к нему и отвязала его от стула. Я чувствовала себя плохо из-за того, что не сделала этого раньше, точно так же, как чувствовала себя плохо из-за того, что оставила его здесь. Но столько всего произошло, и мне пришлось смириться с этим. Иногда это отстой — быть единственным в мире человеком со сверхспособностями.