Поиск
Сортирует, солит, вялит,
Прячет в бочках и в торфу
И таких гигантов валит,
Что и Петр Великий — тьфу!
Едет ветер
Едет ветер на бешеной тройке,
Кони ржут и поводья рвут,
Он бы мог и быстрее, но стройки,
Трубы фабрик ему не дают.
Даже степью не разбежишься,
Ни иртышскою, ни донской,
То амбары, то общежитья,
То пшеница кричат ему:
— Стой!
То заборы мешают, то доски,
То промышленные штабеля.
Вдруг он врезался где-то в Подольске
В белый-белый косяк белья.
Натянулись до звона веревки,
Чье-то платье слетело к ногам.
Закричали сороки-воровки:
— Что ты делаешь, хулиган?
Ветер на землю спрыгнул, опешил,
Оробел, взял коней под уздцы:
— Кто белье это, граждане, вешал?
Выходите ругаться, жильцы!
В ожидании поединка
Ветер встал, головою поник.
Удивительная блондинка
Во дворе перед ним стоит.
— Озорство тебе я прощаю! —
И сияет от доброты. —
Что попадало, перестираю,
А сушить, извини, будешь ты!
— С удовольствием, ненагляда!—
Отвечает ей ветер в упор.
И ресницы вдруг стали преградой
Выше самых высоких гор.
Перед взглядом ее окаянным,
Перед вьющейся силой кудрей
Ветер сделался постоянным
И сказал: — Распрягаю коней!
* * *
Девушка, как цапля в целлофане,
Мокнет на трамвайной остановке.
Пристает к ней мелкий-мелкий дождик,
А она не сердится нисколько!
Сквозь туман окраины рабочей
Движутся стальные донкихоты,
Башенные краны к ней шагают:
— Мы тебя проводим, дорогая! —
И идут! И хвастаются оба:
— Этот дом высотный я построил!
— Этот Дом культуры я закончил! —
Девушка смеется:
— Вы прекрасны! —
А сама ныряет в переулок,
Умоляя:
— Дальше не ходите! —
И стоят два башенные крана,
Как вдовцы. А девушка шагает
Через мелкий-мелкий дождик.
Светится фигура в целлофане,
Светится дождинки на ресницах,
Светится невинная душа!
Пушкинский бульвар
Выхожу я утром рано
Да на Пушкинский бульвар.
Там сидят два ветерана.
Я пройдусь — ведь я не стар.
Мне еще не мемуары
В тихой комнате писать.
Мне про шумные бульвары,
Про живое рассказать.
Весь бульвар — собранье красок.
И на нем в такую рань
Демонстрации колясок,
Мамок, бабушек и нянь.
Человечество катают,
Кормят кашей, молоком.
В долг дают ему и знают,
Что оно отдаст потом.
Всходит красная гребенка,
Словно солнце в волосах,
Молодая мать ребенка
Подымает на руках.
Соской тешится мечтатель,
Сам зрачками даль сверлит.
Там, как главный воспитатель,
Пушкин бронзовый стоит.
Ветер в ладонях
Родина
Милая родина!
Зори закатные,
Мачты высокие,
Голос турбин.
В золото осени
Ярко вплетаются
Флаги пунцовые,
Грозди рябин.
Я узнаю тебя
В голосе диктора,
В лязге лебедок,
Морских якорей,
В атомной станции,
В запуске спутников,
В реве пропеллеров,
В шуме морей!
Ты вдохновенная,
Ты несравненная
В шаге, в заплыве,
В размахе крыла.
Ты — это самые
Скорые скорости,
Ты — это самые
Новые новости,
Самые лучшие
В мире дела.
Ты — это счастье
Народов безбрежное!
Ты — это самая
Светлая жизнь,
Ты от Памира с Камчаткой
До Мурманска
Вся устремленная,
Буйная, бурная,
Вся как могучий
Порыв в коммунизм!
* * *
Почему не поют орлы
И веселыми не бывают?
Или им очень видно с горы
И они больше нашего знают?
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: