Корридон застыл на миг, не сводя с нее глаз, потом включил свет и спустился по лестнице. Он понятия не имел о причинах столь позднего визита, но открыл дверь не колеблясь.

— Входите. Вы одна?

— Да,— ответила Жанна, ступив в маленькую прихожую.

— Поднимайтесь наверх,— сказал Корридон и закрыл дверь — но лишь после того, как выглянул во тьму и убедился, что Ян или Ренли не прячутся в тени поблизости.

Жанна поднималась по лестнице, а он следовал за ней, глядя на ее прямую спину, на покачивающиеся бедра. Девушка вошла в гостиную и остановилась возле камина.

— Что привело вас сюда в такой поздний час? — спросил Корридон с порога.— Я уж собирался ложиться — плохо выспался прошлой ночью.

Она отвела от него взгляд и стала рассматривать комнату — ничего не упуская, впитывая каждую деталь. Наблюдая за ней, Корридон впервые обратил внимание на скудость обстановки, на потертый ковер, кресло с выпирающей пружиной, старый, с пятнами, стол...

— Выпьете немного? — резко спросил он, сняв с полки бутылку джина.— Где-то должен быть и вермут.

Корридон скрылся на кухне, раздраженный тем, что ему понадобился предлог уединиться, прийти в себя от ее тревожащего присутствия. Когда он, найдя вермут, вернулся в комнату, беспокойное чувство улеглось, но скованность и напряжение остались.

Жанна все так же стояла у камина— безмолвно, недвижно, настороженно. Насвистывая сквозь зубы нехитрый мотивчик, Корридон смешал коктейль и поставил на стол бокалы.

— Чувствуйте себя как дома. Эту дыру, конечно, трудно назвать домом, но лучшего у меня нет.— Он сел в кресло, и то затрещало под его тяжестью.— За ваше здоровье! — Корридон сделал глоток и поморщился.— Паршивый вермут, надо сказать...

Девушка будто не замечала предложенного бокала.

— У вас обыкновение давать слово и нарушать его, так ведь?

Корридон не ожидал такой прямой атаки и на мгновение опешил, но потом рассмеялся.

— Все узнали обо мне, практически все! — Он вытянул свои длинные ноги.— Это верно. Я не всегда выполняю обещания.

— Вы беретесь за определенную работу, получаете деньги и затем бросаете порученное дело,— продолжала она. — Весьма легкий способ зарабатывать на жизнь, правда?

Корридон кивнул.

— Да. Порой даже слишком легкий.— Он ответил беззаботно, но был удивлен ее спокойствием. Он предполагал, что девушка в ярости бросится на него, и в глубине души был бы рад, если бы она так поступила. Он чувствовал бы себя увереннее.

— И у тех, которые вам платят, не остается никакой надежды?

— Ни малейшей,— весело согласился Корридон.— Дела, которые мне предлагают, обычно не терпят огласки. Но, разумеется, у вас есть моя расписка, можете подать на меня в суд,— добавил он и рассмеялся.

Жанна погасила окурок, взяла коктейль и долго смотрела на Корридона поверх бокала. Он приготовился уворачиваться, думая, что она выплеснет содержимое ему в лицо. Но вместо этого девушка одним глотком осушила полбокала, подошла к дивану и села.

— Полагаю, Крю сообщил вам, что наши документы не в порядке? И, следовательно, что мы не имеем права находиться в Англии?

— Между прочим, да. Я еще отметил, что с вашей стороны несколько рискованно рассчитывать на мою расписку.

— Вы не собираетесь искать Мэллори, не так ли?

Ситуация складывалась не так, как обычно, но, в конце концов, Жанна просто приблизила момент объяснения, который все равно неизбежен. Немного раньше, немного позже — какая разница?

— Разумеется, не собираюсь,— спокойно ответил Корридон.— Если он вам так нужен, убивайте его сами.

Нельзя же всерьез ожидать, что я убью незнакомого человека лишь потому, что вы на это неспособны?

— И все же вы приняли наши деньги?

— Я никогда не отказываюсь от денег.

Корридон достал из кармана пачку сигарет и предложил девушке. Жанна сделала шаг и взяла сигарету. Он заметил, что ее тонкая рука не дрожит.

— А кто их просит обращаться? — продолжил Корридон.— Оставили бы меня в покое.

Жанна откинулась на спинку дивана и безмятежно скрестила ноги. Это необычайное спокойствие начало смущать Корридона.

— Вы отлично перенесли удар,— произнес он, желая вывести ее из себя.— Потерять такие деньги — нешуточное дело.

Впервые за время их встречи девушка улыбнулась.

— Вы думаете, я дура, правда?

— Нет,— смеясь, возразил он.— Но, пожалуй, чересчур наивны.

— Потому что я попросила расписку?

— Ну, вы же не сможете получить по ней.

— Разумеется. Я это знала. И попросила дать ее совсем по другой причине.

Корридон насторожился. Не ошибся ли он в оценке этих людей? С самого начала ему казалось, что все идет слишком гладко. Но что они могут сделать? Деньги в банке...

— Что же это за причина?

Жанна допила коктейль и протянула бокал.

— Налейте мне еще.

Пока Корридон с удивлением готовил новую порцию, девушка продолжила:

— Я пришла, чтобы уговорить вас найти Мэллори.

Он посмотрел на нее через плечо, недоуменно вскинув брови.

— Полагаете, вам это удастся?

— Вы же не откажетесь? — Жанна подалась вперед/— Он предатель и заслуживает смерти. Два года назад вы не жалели предателей.

— Предатель он или не предатель, мне плевать,— сказал Корридон, протягивая ей бокал.— Я выполнял приказы. Мои личные чувства к тем или иным мужчинам и женщинам не имели никакого значения.

— Вы бы не колебались, если бы знали Пьера,— проговорила она и с такой силой сжала кулак, что ее пальцы побелели.

— Да, но я его не знал.— Корридон вновь сел в кресло.— На свете сотни подобных Пьеров. И только потому, что вы были любовниками...

Жанна вскочила с места, опрокинув бокал. Ее глаза метали молнии.

— Вы будете искать Мэллори или нет? — угрожающе потребовала она.

— Ну конечно нет,— небрежно ответил Корридон, обретя в себе уверенность.— Таскать каштаны из огня? Извольте сами.

— Это ваше последнее слово? — вскричала девушка. Она изо всех сил пыталась совладать с обуявшей ее яростью. Ее грудь судорожно вздымалась, лицо побелело и стало похоже на восковую маску.

— Безусловно. И вы ничего не сделаете. У вас есть моя расписка, но обращаться в суд вы не посмеете. Есть еще Ян со своей хлопушкой, но мне он не ровня, и вы это знаете. Вы мне не страшны, все трое! Деньги у меня, и я не собираюсь их вам отдавать. Вот и весь сказ.

Жанна неожиданно отвернулась, спрятав от него лицо, и простояла так неподвижно несколько секунд; потом подошла к дивану. Когда она села, Корридон заметил, что к ней вернулись уверенность и хладнокровие. Он напрягся, не зная, чего сейчас ожидать.

— Я с самого начала чувствовала, что так будет. Но Ренли все время твердил, что верит вам.

— Он слишком доверчив,— согласился Корридон, пристально наблюдая за девушкой. Он больше опасался ее спокойствия, чем гнева.— Ренли судит о других по себе, а это большая ошибка.

— Да, большая ошибка.— Жанна отвернулась и стала рассматривать висящую над камином гравюру.— Однако на сей раз вам придется идти до конца. Конечно, мы предпочли бы ваше добровольное содействие, но, к сожалению, это невозможно, и нам остается лишь силой заставить вас выполнить обещанное.

— Смелое заявление! — Корридон искренне рассмеялся.

Она впилась в него горящим взглядом.

— Это не пустые угрозы. Мы поручили вам найти Мэллори, и вы его найдете.

— Интересно, откуда такая уверенность?

Жанна помолчала немного, выдержав драматическую паузу, и, не сводя с него глаз, произнесла:

— Крю мертв.

Корридон вспомнил слова Крю: «Не могу отделаться от мысли, что они хотят меня убить. Я представляю себя на их месте...»

От такого удара Корридон долго не мог опомниться; по спине потекла струйка холодного пота. «Неужели я их недооценил? Или она лжет?»

Жанна закуривала сигарету, когда Корридон наконец взял себя в руки и резко спросил:

— Какое мне дело, жив он или мертв? У меня нет ничего общего с этим типом.

Она откинулась на спинку дивана и постукивала пальцем по сигарете, стряхивая пепел на выцветший ковер.