Исайя пророчил, что Иерусалим не попадет в руки царя Ассирии и что царь, который порицал Бога, будет уничтожен «вихрем», посланным Богом.

Эта история в деталях описывается в Писании три раза — в 4-й Книге Царств (18–20), во 2-й книге Паралимпоменон (32) и в Книге Исайи (36–38). Только первая версия содержит первую часть истории Сеннахерима, который покорил все укрепленные города Иудеи и Езекию, царя Иудеи, подчинившегося ассирийскому царю и уплатившему ему дань. Все три письменных источника рассказывают о восстании Езекии против Сеннахерима и отказе подчиниться или платить дань. Очевидно, что, несмотря на повторяющиеся упоминания о Лахисе, здесь должны были быть две военные кампании: во время первой Езекия подчинился и согласился платить дань; вторая произошла несколькими годами позже. А тем временем Езекия «восстановил всю обрушившуюся стену, и поднял ее до башни, и извне построил другую стену, и укрепил Милло в городе Давидовом и наготовил множество оружия и щитов. И поставил военачальников над народом. А когда пришел Сеннахерим и вошел в Иудею, Езекия приказал засыпать все источники воды, которые вне города, и говорил с людьми в городе, чтобы они оставались тверды и мужественны». А затем наступила таинственная гибель ассирийского врага.

Хроники Сеннахерима рассказывают только первую часть этой истории: о захвате городов, о покорении Езекии и о дани, которую он заплатил. Об осаде Лахиса в записи на призме не упоминается, но об уходе оттуда сказано. В ассирийских источниках ничего не говорится о поражении в Иудее, и только эпилог — убийство Сеннахерима его собственными сыновьями — описан абсолютно идентично в Писании и на клинописной табличке Эсархаддона, сына Сеннахерима.

Поскольку гибель армии Сеннахерима произошла во время более поздней — очевидно, последней — военной кампании Сеннахерима перед его убийством, о ней нет записи на призме, упоминающей о восьми походах. Возможно, это был его девятый, или даже десятый, поход. Его плачевный исход скорее всего не вдохновил царя заказать новую призму, которая включила бы и эту кампанию.

В прошлом столетии было открыто, что первая часть этой истории в Книге Царств есть точная копия записи на призме и что вторая ее часть в Книге Царств, так же как и вся эта история в Паралипоменоне и Книге Исайи, представляет собой особый рассказ об отдельной военной кампании в Палестине.[671]

Первый поход против Иудеи произошел в 701 или 702 году до нашей эры. Дата второго похода определяется 687 или, что менее вероятно, 686 годом до нашей эры.

«Об оставшихся восьми годах его царствования (согласно записям на призме) мы не имеем информации по его собственным летописям, которые к этому времени не велись. Сеннахерим еще раз приезжал на запад (687 или 686?).[672]

Ignis е coelo[673]

Поражение армии Сеннахерима лаконично описано в Книге Царств: «И случилось в ту ночь: пошел Ангел Господень, и поразил в стане ассирийском сто восемьдесят пять тысяч. И встали поутру, и вот все тела мертвые. И отправился, и пошел, и возвратился Сеннахерим, царь ассирийский, и жил в Ниневии», Подобным же образом описало это и в книге Паралипоменон: «И помолился царь Езекия и Исайя, сын Амосов, пророк, и возопили к небу. И послал Господь Ангела, и он истребил всех храбрых, и главноначальствующего, и начальствующих в войске царя ассирийского. И возвратился он (Сеннахерим) со стыдом в землю свою».

Что это было за уничтожение? «Malach», переведенное как «ангел», означает по-еврейски «того, кто послан исполнить приказ», как предполагается, приказ Бога. В текстах Книги Царств и Книги Исайи объясняется, что на армию Сеннахерима был послан «меч» (4-я Книга Царств 19:7; Исайя 37:7). «Я пошлю на него меч… и он вернется в свою землю», — таким было пророчество, непосредственно предшествующее катастрофе. Одновременная смерть десяти тысяч воинов не могла быть вызвана чумой, как обычно предполагается, потому что чума не может поразить так внезапно; она развивается после заражения и если даже быстро, то в течение нескольких дней, и может поразить целый военный лагерь, но нарастая волной день ото дня.

Тексты Талмуда и Мидраша, очень многочисленные, сходятся в описании способа, каким были уничтожены ассирийцы; меч упал с неба на лагерь Сеннахерима. Это был не огонь, но поражающий меч: «Их души были сожжены, хотя одежда осталась нетронутой». Это явление сопровождалось ужасным шумом.[674]

«Arad fibil» — это вавилонское обозначение «ignes е coeto» (огонь с неба).[675]

Еще одна версия гибели армии Сеннахерима предложена Геродотом. Во время своего посещения Египта он услышал от египетских жрецов или знатоков древностей, что армия Сеннахерима, некогда угрожавшая границам Египта, была уничтожена за одну ночь. Согласно этой истории, образ божества, державшего в ладони фигурку мыши, был воздвигнут в египетском храме в память об этом чудесном событии. Объясняя смысл этой символической фигуры, Геродоту рассказали, что бесчисленное множество мышей настигло ассирийский лагерь, и они погрызли оперения их стрел и другое оружие. Лишившись оружия, воины в панике бежали.

Иосиф Флавий повторил версию Геродота и добавил, что существовала и иная версия, принадлежавшая халдео- эллинистическому историку Берозу. Иосиф написал вступление к фрагменту Бероза, но сам цитируемый текст отсутствует в нынешнем тексте «Иудейских древностей». Очевидно, что это было объяснение, отличающееся от версии Геродота. Сам Иосиф, как обычно рационалистичный, говорит, что причиной внезапной смерти в самую ночь осады ста восьмидесяти пяти тысяч воинов в лагере ассирийцев, расположенном под стенами Иерусалима, была чума (бубонная).

Геродот сообщает» что он сам видел статую бога с мышью в ладони, которая была воздвигнута в память об этом событии. Два города в Египте заявили свои права на одно и то же священное животное, мышь-землеройку, — Панополис (Акмим) на юге и Летополис на севере. Геродот не ездил на юг Египта. Значит, он должен был видеть эту статую в Летополисе. Даже в наши дни много бронзовых мышей, иногда исписанных молитвами паломников, находят в земле Летополиса.

Оба эти города, с их культом мыши, были «священными городами молнии и метеоритов».[676] Египетское название Летополиса передается теми же иероглифами, что слово «молния».

В тексте, датируемом эпохой Нового Царства и созданном в Летошлисе, сказано, что в этом городе был учрежден праздник в память «ночи огня против врагов». Этот огонь был подобен «пламени, раздуваемому ветром во все концы неба и земли».[677] «Я выступил вперед и двинулся во всепожирающем огне в день преследования врагов», — гласит текст от имени божества. Таким образом, бог со священной мышью был богом всепожирающего огня.

Однако, интерпретируя мышь как символ бубонной чумы,[678] комментаторы согласны с Иосифом в том, что войско Сеннахирима должно было погибнуть от бубонной чумы.

Странно, что многочисленные комментаторы Геродота и не менее многочисленные комментаторы Библии не обратили внимания на определенное совпадение в этих описаниях бедствия. Езекия серьезно заболел от какой-то бубонной инфекции и был близок к смерти. Вызвали Исайю. Он сказал царю, что тот должен умереть, но вскоре вернулся и предложил лекарство — пласт смокв для нарыва — и сказал царю, что Бог избавит его от неминуемой смерти и избавит также «этот город от царя Ассирии».

«И вот тебе знамение от Господа… Вот, я возвращу назад на десять ступеней солнечную тень, которая прошла по ступеням Ахазовым. И возвратилось солнце на десять ступеней по ступеням, по которым оно сходило» (Исайя 38:6–8; то же самое 4-я Книга Царств 20:9).