«Значит, так, - расхаживал по кабинету Каиров, - убийство Бабляка не имеет политических мотивов. Возможно, не имеет. Встреча Бабляка и Хмурого, зафиксированная на фотографии, могла быть чисто случайной. А Хмурый прихлопнул Бабляка, видимо, с целью грабежа. Допустим, так… Но куда же Хмурый дел деньги? Не мог ли он передать их Ноздре под видом чемоданчика с вещичками? Маловероятно… Но придется вспугнуть Ноздрю, произвести обыск».

Дела идут хорошо. В руках Каирова три нити. Георгец. Роза Карловна… «Коллекционер приобретет старые монеты и медали…»

Это уже целая сеть. И рыбе трудно будет из нее вырваться, какой бы крупной она ни была…

В одиннадцать вновь позвонил Золотухин. Соседка привела… доктора Челни.

Ну и Челни. Восьмой месяц работает в уголовном розыске, а частной практикой занимается, словно земский врач. Нужно поговорить с ним официально.

- Следите за Розой. Не спускайте глаз с ее дома.

Через четверть часа Золотухин докладывал:

- Доктор Челни ушел. Роза Карловна жаловалась ему на печень.

- Он тебя видел?

- Да. Поздоровался. И спросил, что я здесь делаю? Я ответил: она опаздывает на свидание.

- Ох, Челни! Я же запретил ему подрабатывать на стороне.

Затем он взял чистый лист бумаги. И стал писать объявление: «Коллекционер приобретет старинные медали и монеты…»

У Лысой его никто не ждал. Однако следы копыт и запах конского навоза свидетельствовали, что час или два назад здесь находились два всадника, поспешно ускакавшие на юго-запад, может, вспугнутые именно выстрелами.

Анастасия продырявила Требухова в четырех местах. Но у него еще хватило сил вскочить на ноги и пробежать метров десять. А потом он споткнулся и покатился под гору. И Волгин просто случайно увидел тело, застрявшее в кустах, когда метался в поисках воды, надеясь привести Анастасию в чувство.

Требухов был мертв. Но открытые глаза его удивленно смотрели на землю, словно никогда не видели ее раньше.

Минут через пятнадцать Анастасия пришла в себя. Она глядела на Костю с каким-то диким изумлением.

- Какое счастье, что ты жива, - сказал он.

Она молчала.

- Тебе нужно помыться. И ты мне все расскажешь…

Они вместе нашли ручей, и она попросила его уйти.

Раздевшись донага, обмыла себя студеной водой. Вернулась от ручья раскрасневшаяся. И было заметно, что белье она надела на мокрое тело.

- Что случилось? - сразу же спросил Костя.

Анастасия отвечала сбивчиво, волнуясь. Но он понял

следующее…

Рано утром в дом егеря Воронина явился Требухов. Он сказал, что Аполлон вовсе не Аполлон, а сотрудник уголовного розыска… Воронин был на пасеке. Но Требухов не стал его ждать. И велел Анастасии быстро собрать необходимые вещички и идти с ним.

«Куда?» - об этом Анастасия спросила, когда они уже находились в лесу.

«К отцу», - ответил Требухов.

«Я хочу к бабушке. В Москву. Покажите мне дорогу…»

«Я не знаю в Москву дорогу».

«Тогда я найду ее сама», - решительно ответила Анастасия и повернула на ту дорогу, где и нашел ее Волгин.

«Вернись, - остановил ее Требухов. - Ты знаешь, кто твой отец?»

«Догадываюсь…»

«Вот-вот… Тебя будут судить, если задержат. Большевики не признают церковных браков. И то, что ты спала с их агентом, не поможет тебе».

«Подлец! Мне безразлично, кто он - сотрудник уголовного розыска или рыбоконсервного завода… Он мой муж. И я люблю его».

Тогда Требухов набросился на нее. Повалил на спину. Но… из кармана выпал пистолет Кости. И Анастасия выстрелила четыре раза…

- Это правда, что говорил Требухов? Как тебя называть - Аполлоном или…

- Костей. Ты очень разочарована?

- Пусть Костя. Но я хочу знать всю правду. Я должна знать правду… - убежденно сказала Анастасия.

- Вся правда в том, что я люблю тебя.

- А ты… Ты имеешь на это право?

- Я не знаю, что такое право на любовь.

- Но почему ты не сказал об этом тогда, ночью?.. Ты не верил мне? Ты думал, что я способна тебя предать?

- Я не мог.

- Что мы будем делать теперь?

- Возвращаться на станцию. У нас есть лошадь. И мы доберемся к утру… Жена Воронина слышала, что говорил Требухов?

- Да. Она перепугалась…

- У меня есть краюха хлеба. И я знаю, где растет кизил. Там пообедаем.

- Мне не хочется есть. Совсем не хочется. Как все запуталось. Отец и ты. Он убьет тебя, если поймает?

- Или я его, или он меня…

- Это ужасно. Почему все так сложно в жизни?

- Помнишь у Киплинга «Маугли»?.. Там тигр-людоед.

- Помню.

- Твой же отец лишил жизни людей побольше, чем тигр Киплинга… Семьи вырезал. Детей малолетних не щадил…

- Это ужасно, - повторила Анастасия.

- Садись на коня, - сказал он. - Было бы неплохо засветло выбраться из этих дебрей.

…Они двигались остаток дня, вечер и большую часть ночи.

Потом произошла встреча.

Силуэт всадника, скакавшего одвуконь, мелькнул на фоне неба, более светлого, чем горы и лес, и Волгин сказал Анастасии, что это полковник Козяков. Он сказал, что узнал бы полковника с любого расстояния и ночью и днем, потому что тот учился верховой езде в императорском Александровском лицее и сидел в седле артистично.

Стук копыт приходил снизу. Можно было догадаться, что всадник уже выбрался из ущелья и горной дорогой, на которой с трудом могли бы разминуться две лошади, поднимался сюда, к дубу, где стояли Анастасия и Костя.

Глухо крикнула большая птица. Улетела в ночь, рассекая воздух черными крыльями…

- Это точно Козяков, - тихо сказал Волгин.

- Спрячемся, - прошептала Анастасия.

- Пусть прячется он. Мы у себя дома. Мы здесь хозяева.

Анастасия вспомнила, что у нее в кармане пальто лежит пистолет мужа. Она опустила руку в карман, чтобы передать Константину личное оружие. Но тут же увидела в правой руке Волгина другой пистолет.

Конь Волгина внезапно заржал. Козяков остановил свою лошадь.

- Руки вверх! - крикнул Костя и шагнул навстречу полковнику.

Но в это время за его спиной раздался выстрел. Волгин упал плашмя. И даже не вскрикнул…

Вздрогнул конь под Козяковым, поднялся на задние ноги. Едва удержался в седле полковник.

- Не пужайтесь, господин полковник… - Из-за дуба вышел егерь Воронин с ружьем наперевес.

- Кого это ты успокоил, Сергей Иванович? - спросил Козяков, спрыгивая с седла. Но, не дождавшись ответа, вдруг опознал Анастасию и бросился к ней.

- Анастасия! Бог милостив! Бог милостив! Я не рассчитывал тебя найти.

- Что вы наделали? - выдохнула она. - Что наделали? Вы убили его! Мерзавцы, подлецы, бандиты сволочи…

- Успокойся, дочка. Успокойся…

- Это Аполлон, - сказал Воронин. - Они уже здесь около получаса отдыхали.

Сбросив оцепенение, в которое ее ввел внезапный выстрел, Анастасия подбежала к Волгину. Упала рядом с ним на колени и прижалась лицом к его голове. Пуля, вероятно, попала в затылок. Волгин был мертв. Но кровь еще не остыла.

- Нашел? - спросил Козяков Воронина.

- Да. В полной сохранности. Только перекласть во что-то нужно. Несподручно тащить в горшке будет…

- Придумаем. Где золото?

Егерь повернулся, чтобы идти к дубу, и уже сделал несколько шагов, когда поднялась Анастасия, быстро приблизилась к Воронину и выстрелила в то место, где воротник кожуха облегал шею. Затем она повернулась к отцу:

- А теперь твоя очередь…

- Анастасия. Не смей!

- Не подходи…

- Анастасия, Воронин принес золото. Мы сегодня же уедем отсюда. Уедем туда, куда я обещал…

- Не подходи!..

- Я не двигаюсь. Это тебе просто кажется!

Но она выстрелила все равно…

Эх! Только все это привиделось Анастасии. Привиделось, приснилось. Бывают же сны, похожие на явь.

Это, конечно, хорошо, что не случилось ничего страшного, непоправимого. Что уснула Анастасия, просто уснула.

Волгин и Анастасия действительно шли день, вечер и большую часть ночи. Большую часть, но не всю ночь. Потому, что идти всю ночь у Анастасии не было сил. И они сделали привал возле заброшенного шалаша, с которого еще не облетели сморщенные, как гармошка, листья.